Впервые я почувствовала это, когда мной заинтересовался Грег, но это было два с половиной месяца назад. С того времени я потеряла много веса. Я знаю, что я кардинально изменилась.

И так как я никогда раньше не замечала, какие взгляды на меня бросают – за исключением повышенного внимания к тому, какая я пампуха – неужели это так плохо – потратить немного времени и посмотреть, какого это? Все исключительно в целях науки: своего рода социальный эксперимент, чтобы понять, какого это: быть девушкой, которая привлекает взгляды. Это нечто противоположенное тому, что делает Аманда. Она дурачит людей, прикидываясь, что в ней нет ничего особенного. Ненадолго мне хотелось бы заглянуть по ту сторону занавеса.

– Я серьезно, Ник. Я хочу услышать правду. Я не буду злиться. Просто скажи мне как другу, почему я?

Ник закинул в рот еще одну хлебную палочку и наклонился вперед.

– Окей, Кэт, хочешь правду – получай. Это потому что я не могу поверить, как ты могла так внезапно стать настолько сексуальной.

Его взгляд снова упал на мою грудь. Уже в восьмидесятый раз за вечер. Я уже начинала думать, что следовало бы мне обучить ее нескольким приемчикам.

– Что с тобой стало? – спросил Ник. - Как ты к этому пришла? Ты же была такой пухлой.

Спокойствие...

– Что ж, спасибо за то, что так верно подметил это, Ник. Ты всегда был таким наблюдательным: вот почему ты такой выдающийся ученый.

– Так что произошло? – повторил он. – Пластическая операция?

Люди серьезно так обо мне думают?

– Ничего подобного, – я вежливо улыбнулась. – Всего лишь перешла на здоровый образ жизни.

– Очень здоровый, – оценивающе сказал Ник.

На этот раз моя улыбка была искренней. Потому что я поняла, что счастлива, что именно Ник позвал меня на свидание. Аманда была права. Его супермозг с этим справится. Он был тем человеком, кто совершенно непринужденно и без тени стеснения может вести самые откровенные разговоры.

И, осознав это, я поняла, что смогу это пережить. Я не чувствовала себя неловко или неуютно – или сонно – рядом с ним. Не чувствовала ничего из того, что чувствовала рядом с Грегом. На самом деле, было круто пообщаться с человеком, которого я знала всю свою жизнь. Даже несмотря на то, что он продолжает пялиться на мою грудь.

Как только лед треснул, и мы пообещали быть честными друг с другом, я почувствовала, что могу расслабиться. Я просто откинулась на стуле и позволила Нику развлекать меня своими историями. И, поверьте мне, все они до одной были невероятно интересны.

Сначала он рассказывал о своих наградах и достижениях - начиная с того, что он был первой скрипкой в городском оркестре и заканчивая различными почетными званиями, которые он получил во время поездок в международные летние лагеря – но затем, он перешел к более сочным рассказам о своей личной жизни.

Например, о девчонках с которыми он встречался. Я и понятия не имела, что Ник был настолько...успешен. И, поскольку, я уже сделала честность слоганом сегодняшнего вечера, Ник был волен рассказывать мне все, о чем я его спрошу.

Оказывается, что та русская девчонка даже не была самым экзотичным экземпляром в его списке. Там так же была дочь южноафриканского посла, дочь французского физика, племянница лауреата Нобелевской премии по химии. Не говоря уже про местных гениев. С тех пор, как нам исполнилось тринадцать, он каждое лето он жонглировал девушками.

Но не в течении учебного года. С приходом осени он возвращался к работе.

Аманда постоянно подходила к нам, чтобы наполнить стаканы водой, хотя, технически это не было ее работой. Затем она становилась за его спиной и одними губами пародировала все его слова. Еще один ее скрытый талант. Мне было очень сложно сохранять свое лицо непринужденным.

Когда подошло время десерта (моего фирменного фруктового пирога с яблоком и персиком, спасибо, что спросили), я стала совсем немногословна. Я говорила только лишь: «Угу», «Вау» или «А что дальше?». И все равно этот диалог был в тысячу раз интересней любого другого, что я вела с Грегом.

– Забавно, – сказал Ник, отламывая кусочек пирога. – Ты не такая, как я ожидал.

– В смысле?

– МакКини предупреждал меня на счет тебя.

Я прищурилась.

– Что, прости?

– Ага, он советовал мне быть с тобой настороже.

В тот момент Аманда наполняла мой стакан и едва не вылила половину кувшина прямо мне на колени. Я не могла найти в себе сил взглянуть на нее.

– Что именно он сказал? – спросила я.

Ник закинул себе в рот еще один кусочек десерта.

– Только то, что с тех пор, как ты похудела, ты перевидала множество парней.

– Множество парней! – Аманда настолько близко подошла ко мне, что наступила на ногу. К сожалению, она упустила из виду посетителей, которые ждали, пока их проводят к их столикам.

Я изо всех сил старалась сохранять спокойствие.

– Что еще он сказал?

– Только то, что в последнее время ты кажешься довольно-таки самодовольной особой, и что мне следует быть аккуратнее.

Я едва могла говорить, злость пожирала меня.

– Аккуратнее с чем?

Ник ухмыльнулся.

– Очевидно, ты любительница разбивать сердца направо и налево. Знаешь такое выражение, «поматросит и бросит»?

Так вот что по мнению Мэтта произошло с Грегом? А как на счет того, что Грег был плохим парнем, придурком? Значит, теперь он жертва?

– Ну, – сказала я, выдавив из себя улыбку. – Боюсь, Мэтт МакКини, как всегда, чертовски неправ. Надеюсь, ты ему не поверил.

– Я предпочитаю самостоятельно приходить к выводам.

– Ты очень умен, – сказала я, а Ник, естественно, с этим согласился.

У меня не было на это времени. Я знала, что как только мы доедем до танцев, мы больше не сможем поговорить. Мне пришлось забыть о своем гневе и сфокусироваться на более важных вещах.

– Итак. Мне интересно еще кое-что.

Ник взглянул на часы.

– Нам, наверно, уже пора идти, – сказал он и попросил нашу официантку принести счет.

Я не уступала. Поскольку я слышала все истории Ника, я понимала, что есть кое-что, чему он еще может меня научить. Да, это не девушка, рассказывающая о своей стратегии в общении с парнями, но люди – они и в Африке люди. Вне зависимости от пола. Иногда ученым просто необходимо расширить свою исследовательскую базу.

– Надеюсь, ты не обидишься, если я подмечу, что ты невероятно успешен у слабого пола.

Ник улыбнулся.

– Что ты хочешь услышать?

– Ну, просто...я хотела бы услышать, что ты сам можешь сказать по этому поводу. Вне всяких сомнений, ты очень умный парень, так что у тебя наверняка есть какой-то секретный трюк. Помимо внешности, ведь, это есть у многих.

Каждый раз, когда я упоминала, что Ник симпатичный, он просто с этим соглашался. И правда заключалась в том, что чем больше времени я проводила с ним, тем большим красавчиком я его считала.

– Расскажи мне про свое секретное оружие, – попросила я. – Предположим, что есть какая-то рандомная девушка, которая приходит в место, полное парней, почему из всех них она выберет именно тебя?

Люди – забавные существа. Вы никогда не сможете предугадать, что они скажут в той или иной ситуации. Думаю, именно поэтому существует целый раздел психологии, который изучает и пытается предугадать мысли и поведение людей.

Я ожидала, что Ник начнет рассказывать о том, что девушки просто любят его мозги, что-то о том, что он собирается поступить в Гарвард, а затем получить Нобелевскую премию и бла-бла-бла. Кто его знает? Он мог сказать все, что угодно.

Но сказал он следующее:

– Мое секретное оружие заключается в том, что я умею ценить прекрасных девушек, Кэт. И сегодня моей ценностью являешься ты.

Я не ожидала, что наши танцы станут такими интимными.

Серьезно...это буквально противоречило моей природе. Но что-то взяло надо мной верх: какая-то химия, царившая между нами, что-то, что я не могла контролировать. Я была шокирована, я была в ужасе, понимая, что прямо сейчас мы с Ником Лэнганом обжимались на танцполе на виду у всех.