– Как всегда, приобнял меня, выходя из класса. Из-за чего, конечно же, меня бросило в жар. Этому парню следует в защитном костюме ходить.

– Я восхищаюсь твоей выдержкой, – сказала Аманда. – Сомневаюсь, что смогла бы выстоять, окажись я на твоем месте.

Этими словами она открыла тему, на которую я уже давным-давно хотела с ней поговорить.

– Можно кое о чем тебя спросить? – сказала я.

– Конечно.

– Вы еще не...?

– Что? Ты про секс? Неужели ты считаешь, что я скрыла бы от тебя такое?

– Значит, ты все ещё придерживаешься своего плана?

– Конечно, – ответила Аманда. – По крайней мере, пока.

Аманда разработала свою девственную политику еще в средней школе. Обе ее сестры были старшеклассницами, и обе спали со своими парнями. Каждая из них независимо от другой рассказывала Аманде, что они хотели бы подождать подольше. Это оставило неизгладимый след. Так что она решила прислушаться к советам и подождать до колледжа, а если не встретит свою любовь, то и того дольше. Суть в том, что спешить некуда.

– Но ты же все еще любишь Джордана?

– Конечно. Я надеюсь, что он тот самый, но пока слишком рано. Он понимает, что я ещё не готова.

– И его это не... расстраивает?

– Вполне возможно, но он держит это при себе. Он самый терпеливый парень на свете. И это одна из тех причин, почему я люблю его, – Аманда улыбнулась. – И именно по этой причине я потом ух как его вознагражу, если ты понимаешь, о чем я. Но сейчас мы говорим о тебе и Нике... что ты собираешься делать?

– Я не знаю. Иногда, это кажется таким заманчивым, понимаешь? Просто забить на все и оторваться по полной. Но я не могу избавиться от мысли, что мне этого недостаточно, мне нужен полный набор: не только влечение, но и любовь. Я хочу, чтобы этот человек был только моим парнем и по-настоящему любил меня.

– Я тоже этого хочу.

Я застонала.

– Почему я просто не могу влюбиться в Ника? Все было бы намного проще.

– Потому что мы снова возвращаемся к твоим заскокам со «следовало бы», – сказала Аманда. – Ты думаешь, что тебе следовало бы любить Ника, потому что тебя влечет к нему, но это так не работает. Это либо есть, либо этого нет. И, судя по всему, этого чувства к нему у тебя определенно нет. И, – она посчитала необходимым добавить, – не похоже, что он клянется тебе в вечной любви. Так ведь?

Я сделала глубокий вдох.

– Я стану старой одинокой высохшей каргой, как ты и сказала.

– Возможно, так и будет, – ответила она. – А может, в течение следующих двух часов ты встретишь любовь всей своей жизни. Всякое бывает.

– Я серьезно. Может, все вы были правы, и я состарюсь в одиночестве в компании своих научных трофеев.

– Сомневаюсь, – сказала Аманда, собирая кусочком хлеба последние капли супа. – Теперь мы знаем, на какую дикую страсть ты способна, и я уверена, это всего лишь вопрос времени.

– Ты правда так думаешь?

– Кит Кэт, ты потрясающая. Однажды какому-нибудь парню очень сильно повезет, если он, конечно, сможет влюбить тебя в себя.

– Я не такая уж и придирчивая.

– Ха! Я вот удивляюсь, как у тебя от таких заявлений нос не растёт.

Что с Мэттом такое? Я никогда еще не видела его настолько угрюмым, а я видела все оттенки его угрюмости. Он будто бы вывел это понятие на совершенно новый уровень.

Он смотрит на меня с ненавистью во взгляде. Неодобрительно качает головой. Постоянно бормочет что-то себе под нос, когда я рядом. Я успела выловить такие обрывки фраз, как «что за трата времени», и «так неправильно», и самое непонятное «кончай с этим».

Я даже видела, как он снова говорит что-то Нику. Я бы не обратила на это внимания, но как только я вошла в класс, он поднял на меня взгляд, и они оба моментально замолкли, отправившись на свои места.

Поэтому я решила разобраться с этим раз и навсегда. Потому что мне совершенно не нравится, что я стала объектом наблюдений и обсуждений этой парочки. Понятия не имею, о чем они там болтают, но я могу переиграть их в этом, чем бы это ни было.

Сегодня я предприняла первые решительные шаги, чтобы вернуть ситуацию под свой контроль. После урока я передала Нику записку с просьбой позвонить мне сегодня вечером (сделаем исключение для телефонных звонков: это все для моего исследования). Более того, я решила открыто противостоять Мэтту и сказать ему в лицо, чтобы прекратил этот детский сад.

Что мне терять? Перетерплю пару минут дискомфорта от необходимости этого телефонного разговора, но зато я получу кое-что более ценное. Я докажу Мэтту МакКини, что он не может запугать меня.

Передав записку Нику, я вручила еще одну Мэтту. Как же он был удивлен. Всего на долю секунды он взглянул на меня, а затем отвел взгляд и двинулся дальше по коридору.

Я попросила Ника позвонить мне в семь, а Мэтта – в восемь. Я сомневаюсь, что у него хватит смелости, но ничего страшного. Это только даст мне дополнительное преимущество. Это будет значить, что я волевой и стойкий человек, а он всего лишь жалкий трус.

Я с нетерпением ждала, когда раздастся звонок. Этой тупой драме пора положить конец.

– О чем вы с Мэттом разговаривали? – начала я.

– Когда? – спросил Ник.

– Сегодня. Прямо перед тем, как я вошла. Я знаю, что вы говорили обо мне.

– Мужские разговоры, – ответил Ник. – Сплетни. Хвастовство.

Он усмехнулся. Даже его голос сводил меня с ума.

– Почему бы тебе не спросить его?

– Потому что мы с Мэттом не совсем друзья. А вот мы с тобой – возможно, учитывая все, что произошло.

– А я-то надеялся, что получу сегодня твое «сейчас». Я разбит.

– Ты не можешь просто рассказать мне, о чем вы болтали?

– Нет. Прости. Это только между парнями.

Как же я его ненавижу.

Мы попрощались, и я принялась ждать. И ждать. Восемь часов. Девять.

И вот наконец почти в десять (еще чуть-чуть, и вступило бы традиционное правило родителей о запрете любых телефонных переговоров) раздался звонок. Я выждала около минуты, прежде чем взять трубку, при этом крича всем, кто подходил к телефону: «Не трогай!»

– Алло? – сказала я своим максимально скучающим голосом.

– Ага, Кэт, что тебе надо?

Он превзошел меня. Я была сбита с толку.

– Эм, я просто хотела задать тебе один вопрос.

Он промолчал. Полагаю, он ждал, пока я его озвучу.

– Почему ты себя так ведешь?

– Как? – сказал он все таким же безэмоциональным голосом.

– Будто бы я переехала твою собаку и убила всю семью? – я не планировала кидаться на него, но все шло не по плану.

– Ты скажи мне, – ответил он.

Я вздохнула и начала сначала.

– Ты не заметил, что был чрезвычайно груб ко мне?

Услышав эти слова, он рассмеялся. Что, конечно же, совсем меня не волновало.

– Разве мы не можем просто держаться подальше друг от друга? – спросила я. – Я не буду трогать тебя, и я была бы признательна, если бы ты не путался у меня под ногами, кидая в мою сторону злобные взгляды и нашептывая другим на ухо всякие гадости.

– Конечно, Кэт, как скажешь, - казалось, что прямо сейчас он собирается бросить трубку.

– Подожди.

– Что? – сказал он. Создавалось такое впечатление, что он вот-вот уснет.

Я не думала, что все зайдет так далеко. Он не придерживался сценария. Я не добилась ничего. Кроме того, что попросила его быть повежливее.

– Ты настоящий придурок, ты это знаешь?

– Спокойной ночи, Кэт. Спасибо, что позвонила.

И затем он сбросил.

Я даже не успела напомнить ему, что это он звонил мне.

Я ненавидела этого парня. Все шло просто отвратительно.

День 156, пятница, 23 января

Фаза II. Снова в строю.