— Мост Чандвар сделался шире, — продолжал Вираф свой рассказ о загробном путешествии. — В девять копий стал мост Чандвар шириной. Я торжественно, смело и победоносно прошёл [Кл] по нему, сопровождаемый благими язатами. Срош и Адур сопровождали меня; Михр, Рашн, благой Вай, язат, Бахрам, Арти (авест. Аши) и Фарр были мне защитою. Праведные души приветствовали меня поклонами. И вот увидел я Рашна, справедливейшего судью. В руках у него были золотые весы: он взвешивал поступки праведников и грешников.

Тут божественный Срош и бог Адур взяли меня за руки и сказали:

— Пойдём с нами, мы покажем тебе рай и ад, славу, упокоение, изобилие, красоту, добро, счастье, удовлетворение, радость и благоухание рая — воздаяние праведникам. Мы покажем тебе мрак и тесноту, тяготы и лишения, несчастья и зло, боли и болезни, печали и страх, страдания и смрад в аду, всевозможные наказания, которым подвергаются дэвопоклонники, колдуны и грешники. Мы покажем тебе обитель праведников и обиталище лжецов. <…> Мы покажем тебе воздаяние праведникам от Ормазда и Амахраспандов в раю. Покажем пытки и всевозможные истязания, которым в аду подвергают грешников нечестивый Ахриман, дэвы и нечестивцы [Кл]. [361]

И вот достигли мы места, — продолжал Вираф, — где влачили своё существование души тех, чьи добрые дела не перевешивали злых, а злые — добрых. Содеянное ими добро и зло уравновешивалось на весах Рашн. Адур и Срош поведали мне:

— Это место называют Чистилищем [Кл]. А эти души будут пребывать здесь до того дня, когда очистится мир и наступит будущее существование. Передай людям, чтоб не отвращались от добрых дел, пусть даже самых малых, ибо у кого благие поступки хоть немного перевешивают грехи, тот попадёт в рай, а у кого больше грехов, попадёт в ад. У кого же добрые поступки и злые уравновешиваются, тот будет пребывать в Чистилище до последнего дня. Возмездие им определено сменой погоды — то холод, то тепло. Другого воздаяния им нет.

— Затем я делаю первый шаг [Кл], — продолжал Вираф, — на звёздную ступень к хумате, туда, где пребывает Благая Мысль, и вижу души праведников, от которых, как от сияющей звезды, постоянно изливается свет. Их обитель полна света, сияния и благодати. Я спросил у благочестивого Сроша и бога Адура:

— Что это за место и кто эти люди?

— Это — звёздная ступень, — говорят благочестивый Срош и бог Адур, — а души, обитающие на ней, принадлежат тем, кто в земной жизни не возносил молитв, не пел гимнов богам, не соблюдал обычая кровнородственных браков, не обременял себя ни царской властью, ни правлением, ни командованием. Они были праведниками в других добрых делах.

Я делаю второй шаг — на лунную ступень к хухте, где пребывает Благая Речь, и вижу великое собрание праведников. Спросил [я] у благочестивого Сроша и бога Адура:

— Что это за место и чьи это души?

— Здесь лунная ступень, — говорят благочестивый Срош и бог Адур, — и души на ней принадлежат тем, кто в земной жизни не молился, не пел гимнов, не заключал кровнородственных браков. Они поселились здесь за другие благие дела. Их сияние подобно свету Луны.

Я делаю третий шаг — к хварште, туда, где пребывает Благое Деяние. Там я достигаю Света, который считают величайшим из величайших, и вижу души праведников на золотых сидениях и ложах. Свет, излучаемый ими, подобен сиянию Солнца. Спросил [я] у благочестивого Сроша и бога Адура:

— Что это за место и чьи это души?

— Это — солнечная ступень, — говорят благочестивый Срош и бог Адур, — и души на ней принадлежат тем, кто в земной жизни вершил доброе царствование, благое правление и благое командование.

Я делаю четвёртый шаг — в сверкающий, вечно благословенный [362] рай [Дом Хвалы]. Нас встречают души усопших. Они нас приветствуют, оказывают почести и восклицают:

— Как ты, праведник, явился из того тревожного и злого мира в этот свободный от тревог и несчастий мир? Вкушай бессмертие, потому что долго здесь ты будешь наслаждаться миром! [Кл]

После этого мне навстречу вышел язат Адур и приветствовал меня. Он так воскликнул:

— Входи, посланник маздаяснийцев, праведный Вираф, который приносил огню сырые дрова!

Я поклонился и сказал:

— О бог Адур! В земной жизни я всегда приносил тебе семилетние [хорошо высушенные] дрова и лил благовония, а ты попрекаешь меня сырыми дровами! [Кл]

Тогда Адур показал мне озеро. Это озеро — а оно было очень большое — набралось из воды от тех сырых дров, которые я подкладывал в огонь. Так, оказывается, я оскорблял священные стихии.

Но тут навстречу мне поднялся со своего престола Вохуман. Он провёл меня к трону Ормазда. Там, подле трона великого бога, пребывали Амахраспанды и бессмертные души Спитама Зардушта и Кей Виштаспа. Я хотел было пасть перед Творцом ниц, но он промолвил:

— Привет тебе, Вираф праведный! Мне ведомо, зачем ты пришёл. Пусть Адур и благочестивый Срош покажут тебе рай и ад.

Адур и Срош, взяв меня за руки, повели меня от одной загробной обители к другой. Я видел бессмертные души Гайомарта, Зардушта, Кей Виштаспа, Фрашоштара, Джамаспа [и] других благодетелей веры и её предводителей [Кл]. Я видел души тех, кто был в жизни щедр и добр; тех, кто прилежно молился и соблюдал все ритуалы; тех, кто жил в кровнородственном браке; я видел души царей и властелинов, источавшие величие и благость, мощь и триумф, когда они в сиянии шествовали на золотой колеснице, — и это показалось мне замечательным [Кл]. Я видел жрецов и вероучителей; видел воинов; ремесленников, которые верно служили своим господам; видел пастухов, которые надлежащим образом заботились о скоте; и пахарей я видел; и женщин, которые были верны мужу и соблюдали все ритуалы; и тех, кто был защитником бедным и обездоленным. Все эти души испытывали несказанное блаженство! Таким я увидел тот прекрасный мир благочестивых: светлым, всеблагим, счастливым, благоухающим от множества цветов, нарядным, полноцветным, ярким, полным благодати, радости и покоя, которыми никто не мог пресытиться.

Затем благочестивый Срош и бог Адур взяли меня под руки, и я ушёл оттуда.

Пошёл [я] дальше и увидел могучую реку, труднопреодолимую. В той реке находились многие души. <…> Одни из них не могли её [363] перейти, другие преодолевали с большим трудом, третьи счастливо переходили. Я спросил:

— Что это за река, и кто эти люди, которые так страдают? [Кл]

— Эта река — из слёз, которые проливают люди, оплакивая покойников. Те, кто не может преодолеть реку — это те, по кому друзья и родственники много горевали и кого долго оплакивали. А кого оплакивали мало, те легко преодолевают поток. Передай живущим, когда вернёшься: грешно долго оплакивать мертвеца. Слёзы принесут ему вред в царстве мёртвых, ибо трудно ему будет преодолеть эту реку.

Я вернулся на мост Чандвар, и глазам моим предстало ужасное зрелище: души грешников, восседающие в изголовьях мёртвых тел. Это были грешники, издохшие за последние три дня. Печальными голосами они пели гату:

В какую землю мне направиться и кого получить в защитники? [Кл][14]

Столько мучений и несчастий обрушивается на них в те три ночи, что они восседают подле мёртвого тела, сколько несчастнейший из людей испытывает за всю свою жизнь.

— Потом, — продолжал Вираф, — грешников встречает зловоннейший ветер с севера, где обиталище дэвов. И вот является их вера-Дэн в облике обнажённой распутницы — опустившейся, грязной, с кривыми коленями и голым задом, с бесчисленными пятнами проказы, которые, соединяясь вместе, похожи на самого безобразного гада — самого грязного и самого зловонного. Душа грешника спрашивает: