Ложь. См.: Друдж.
Лохрáсп. Среднеперс. и фарси; авест. Арватаспа (см.).
Мáги. Латинизированная форма от древнеперс. этнонима «мáгуш» — названия индийского племени. См. с. 26, 29-31, 46-47, 49. В селевкидскую эпоху античные авторы называли «магами» жрецов всех религий иранского происхождения, в том числе жрецов Митры в митраизме и жрецов Зервана; «в период позднего эллинизма под именем „учений магов", „учений магов и халдеев", „учений Зороастра" ходили различные религиозно-философские и мистические сочинения, связанные с учениями гностиков, неоплатоников и т.п. и обычно имевшие к действительному зороастризму лишь самое косвенное отношение или совсем никакого»[49] второе значение слова «маг» — «чародей», «астролог» — связано с легендами о Зороастре как об астрологе (см. с. 26) и также не имеет реального отношения к иранскому жречеству. В позднепарфянскую и сасанидскую эпохи «магами» называли все зороастрийских священнослужителей, иногда также жрецов зороастрийских сект. С исламского времени «маг» — приверженец зороастризма, «неверный», огнепоклонник.
Магупáт. Среднеперс. «Господин магов»; в поздней традиции мобед. В сасанидском Иране верховный зороастрийский жрец. Должность, по-видимому, учреждена при Картире. См. с. 58, 61.
Мáдйо-мóнгха. Авест. «Среднемесячный» — т.е. рождённый в середине месяца; среднеперс. Медйóк-мах, в поздней традиции Медйомáх. Двоюродный брат Заратуштры и его первопоследователь. Впервые упоминается в «Гатах» («Ясна» 51.19) как потомок Спитамы и в «Мемориальном списке» (13.95) как сын Арастайи и «первый, кто услышал слово Заратуштры и учился у него». См. с. 322.
Мазáнские дэвы, земли и др. Авест. и среднеперс. в русифицированной передаче. Мазанские дэвы — постоянно упоминаемые в «Авесте» и пехлевийских источниках дэвы, населяющие Мазанские земли — область на юге [486] Каспийского моря, совр. Мазендаран. Образ восходит к одному из враждебных зороастрийцам «дэвопоклоннических» племён. В пехлевийских текстах мазанские дэвы иногда описываются как идолопоклонники, но это, очевидно, уже позднейшее осмысление. Уничтожение «двух третей» мазанских дэвов приписывается Хаошьянгхе. В «Шахнаме» мазанские дэвы — дивы Мазендарана; см. с. 235.
Мáзда. См.: Ахура Мазда.
Маздáк. Среднеперс. Магупат в период царствования шаханшаха Кавáда (488—496 и 499—531 гг. н.э.), реформатор зороастризма и политический предводитель повстанческого (так наз. «маздакитского») движения крестьян и городской бедноты против феодальной знати. См.: объективно-исторические сведения — с. 62-63; легендарные — с. 367-382; источники — прилож. 7.
Маздаясни́зм. См. примеч. 50 на с. 29.
«Малая Авеста». Раздел «Авесты», составленный, по преданию, Атурпатом Махраспанданом. См. с. 69.
Мáни. Среднеперс. Иранский религиозный деятель и реформатор III в. н.э., основоположник манихейства. «Мани», по-видимому, не имя, а нечто вроде титула; в манихейской религиозной традиции существует множество его толкований, возводящих этимологию к разным языкам: «владыка», «драгоценный камень», «вечный» и др.; толкования, встречающиеся в зороастрийской и христианской литературе: «маньяк», «одержимый», «безумец» и т.п., более чем сомнительны, поскольку в противном случае сторонники и последователи Мани вряд ли бы называли его так. См. с. 57-59, 121-124, прилож. 5.
Манихéйство. См.: с. 57-59, 121-124, прилож. 5, Мани.
Мáнтра Спéнта. Авест. «Святое [воздействующее] Слово»; среднеперс. Мараспáнд. Представление, что сказанные вслух слова могут обладать сакральной силой и оказывать воздействие на окружающий мир, возникло в глубокой древности и существовало в том или виде (заговоры, заклинания, проклятия, благопожелания и др.) у всех народов на протяжении всей истории — вплоть до наших дней.[50] В индоиранской религии «Мантра Спента» [487] соответствуют заклинания, произносимые кави (см. с. 8-9). В «Гатах» Мантра Спента — воздействующее Слово Ахура Мазды, на уровне «земного» мира иногда тождественное «благим речам» в основной триаде зороастрийской этики («благие мысли, благие речи, благие дела») и «праведному учению» — т.е. зороастрийской религии («Ясна» 28.11; 29.7); применительно к Заратуштре под Мантра Спента, видимо, понимается дар убеждения, способность пророка своим «истинным» (см.: Аша) словом обращать людей в зороастрийскую веру («Ясна» 28.6). В «Младшей Авесте» и среднеперсидской традиции к Мантра Спента/Мараспанд относятся также молитвы и заклинания, произносившиеся жрецами при отправлении ритуалов. Иногда понятие «Святое Слово» персонифицируется как абстрактное божество-гений (см. с. 155); ему посвящен 29-й день каждого месяца.
Манýш. Авест. «Человечья[?]». Название одной из гор в хребте Хара Березайти; см. с. 199. Отождествлению с реальным топонимом не поддаётся; вероятнее всего, мифическая гора.
Манушáк. Среднеперс., этимология имени восходит к названию горы Мануш (см. с. 199). Сестра Манушчихра. См. с. 210, 257.
Манýш-и Хуршéд-вини́к. Среднеперс. «[Рождённый на горе] Мануш Солнечный Нос». Один из предков Манушчихра. См. с. 199.
Манýш-хурнáр. Среднеперс., этимология имени восходит к названию горы Мануш. Отец Манушчихра. См. с. 199.
Манушчи́хр. Среднеперс.; авест. Манýш-чи́тра — «Рождённый на [горе] Мануш», фарси Менучéхр — о значении см. примеч. 467 на с. 201. Один из царей династии Пишдадидов; см. с. 199-210.
Мараспáнд. Среднеперс.; авест. Мантра Спента. (см.).
Массагéты. Скифское племя. См. в статье: Саки.
Мать Жизни. В манихействе абстрактное духовное начало, женская параллель Первого Человека. См. с. 122-123. Образ восходит к зороастрийскому образу Спандармат.
Мах. Среднеперс.; авест. Маха (см.).
Мáха. Авест.; среднеперс. Мах. Луна, персонифицируемая как божество. О Луне в зороастрийской мифологии см. на с. 93. [488]
Мáхлия и Махлия́на. Среднеперс. в поздней традиции; среднеперс. Машйа и Машйои (см.).
Мáшйа и Машйóн. Среднеперс. «Смертный и Смертная»; в поздней традиции Махлия и Махлияна. Первая человеческая пара, потомки Гайомарта. См. с. 101-103, 164.
Медйóк-мах. Среднеперс.; авест. Мадйо-монгха (см.).
Медйомáх. Среднеперс. в поздней традиции; авест. Мадйо-монгха (см.).
«Мемориальный список». Установившееся в научной литературе традиционное название заключительной части «Фраварди́н-яшта» («Яшт» 13.85-158), посвященной поминовению и прославлению фраваши богов, иранских легендарных правителей, героев и других мифологических персонажей — праведников с точки зрения зороастрийской морали и этики — от Гайа Мартана до Заратуштры и Саошьянта. Значительная часть имён, содержащихся в «Мемориальном списке», нигде более в зороастрийских текстах не упоминается.
В «Списке» выделяются семь тематических пластов: 85-95 — боги, Гайа Мартан, Заратуштра (текст см. на с. 129) и Мадйо-монгха; 96—110 — первопоследователи пророка от Асмо-хванвы; 111-117 — неизвестные персонажи; 118-128 — персонажи, связанные, по-видимому, с окраинными каршварами (судя по тому, что четверо из них в этом качестве упоминаются в других текстах); 129 — Саошьянт; 130-138 — герои дозаратуштровской легендарной истории; 139-142 — женщины-праведницы, от Хутаосы до матерей трёх грядущих сыновей Заратуштры (Саошьянтов). Часто выделяют и два хронологических пласта: более древний — последователи Заратуштры, и сложившийся на «младоавестийской» стадии (см. с. 32-33) — прочие персонажи; однако это деление является весьма условным: с одной стороны, в перечне последователей пророка содержится множество позднейших вставок, с другой — текст «Фравардин-яшта» по содержанию значительно древнее «Гат», он восходит ещё к индоиранской религии (см. с. 66) — включая и значительную часть «Мемориального списка», которая хоть и составлялась в «младоавестийский» период, но отражает ещё дозороастрийские представления (так, Хаошьянгха, по «Младшей Авесте» — первый царь династии Парадата, упоминается предпоследним в перечне легендарных правителей (137).
49
Дьяконов И.-1. С. 376.
50
На сознательной или бессознательной вере в воздействующую силу слова основаны и некоторые традиции (произнесение тостов, торжественные напутствия выпускникам школ, молодожёнам в ЗАГСе, стандартные «формулы вежливости» при общении и т.п.); и моральные табу говорить на некоторые темы (например, о сексе), «называя вещи своими именами»; и все случаи употребления эвфемизмов («приговор приведён в исполнение»); и идеологические манипуляции терминами (в СССР — «разведчики» и «военно-патриотическая работа», в США — «шпионы» и «военная истерия»); и психологические ситуации, когда совершить определённое действие можно лишь произнеся предварительно определённые слова (в «Анне Карениной» на этом основан один из эпизодов. Кознышев влюблён в Вареньку и собирается сделать ей предложение во время прогулки в лес; причем Варенька знает, что Кознышев в неё влюблён, знают об этом и окружающие, и сам Кознышев тоже знает, что Вареньке известно о его чувствах к ней, — но во время лесной прогулки он так и не набрался смелости для признания в любви — и никакой свадьбы не состоялось)… Однако всё это — во-вторых и в-третьих, а во-первых: способность слова воздействовать на мир — реальность настолько самоочевидная, что остаётся только удивляться, почему применительно к древним народам понятие «воздействующее слово» рассматривают обычно лишь с религиозной точки зрения, как предмет веры или суеверия. Простейшие примеры: если исход сражения во многом зависит от боевого духа солдат, то речь командира перед боем, поднявшая этот дух, — разве не «воздействующее слово»? Или речи талантливых ораторов, хрестоматийная речь Цицерона против Катилины? Предвыборная агитация? Призывы на митингах?… Словом совершались революции, слово меняло судьбу человека (множество тому примеров в книге Карнеги «Как завоёвывать друзей и оказывать влияние на людей»). Нет никаких сомнений, что древние это прекрасно осознавали, и именно здесь следует искать истоки всех магических и религиозных ритуалов, связанных с произнесением слов.