А о том, сколь он был озабочен, чтоб ему досталась хорошая жена, и при этом выбор его не был бы вопреки воле родителей, сообщает предание, что когда отец его искал ему жену и приводил девушек на смотрины, Заратуштра каждый раз говорил:

— Покажи мне свой лик, дева. Я хочу видеть, каково оно — привлекательно или отвратительно.

И когда девушка отворачивалась в испуге,[19] Заратуштра говорил:

— Кто отворачивает от меня взгляд, того я чтить не могу.[20]

А о том, как умел он различать, что праведно, а что греховно, тоже есть предание, вот оно: однажды Заратуштра пришёл на собрание людей, которые слыли в тех краях самыми мудрыми и знающими, и задал вопрос: «Что благоприятнее всего для души?» Ему ответили: «Заботиться о бедняках, давать корм скоту, приносить дрова для огня, выжимать хаому и почитать дэвов священными словами и пением гимнов». Тогда Заратуштра позаботился о бедных, задал скоту корм, принёс дрова для огня и выжал хаому [смешав её сок] с водой, — но никогда и нигде никаких дэвов не почитал Заратуштра.

Изложено по: «Затспрам» 21.8-11; «Денкарт» VII.3.51-62

Когда Заратуштре исполнилось тридцать лет, Boxy Мана явился ему.

В тот судьбоносный для всего телесного мира день Заратуштра отправился на реку Аеватáк за водой для приготовления хаомы. По отмели он отошёл вброд подальше от берега, где вода чище и [265] холодней, и вдруг увидел мужчину, который шёл [ему навстречу по берегу] со стороны южного каршвара.

Это был Boxy Мана. Заратуштре показалось, что ростом он — в три копья. Прекрасным, всезнающим, мудрым, осиянным божественной славой выглядел этот муж, и Заратуштра понял, что перед ним один из небожителей.

Заратуштра зачерпнул воды и пошёл к берегу. Когда он ступил на сушу, Boxy Мана встал перед ним и произнёс:

— Кто ты?

— Я Заратуштра, из рода Спитамы, — ответил Заратуштра Бессмертному Святому.

Тогда Boxy Мана спросил:

— О Заратуштра Спитама! О чём твоя тревога и печаль в этой жизни? и к чему ты стремишься более всего? и каковы твои сокровенные чаяния?

— О праведности, — ответствовал Заратуштра, — о ней одной я радею. О ней моя тревога и печаль, к ней одной я стремлюсь. Я — искатель праведности.

— Знай же, — сказал тогда посланник Неба, — есть в этом мире праведность, и твоя забота о ней не тщетна. Я явился к тебе как воплощённая праведность. Я — Boxy Мана, Благой Помысел. Но есть в этом мире Некто, Который превыше меня, — Творец Ахура Мазда.

И Boxy Мана велел Заратуштре следовать за ним.

Изложено по: «Затспрам» 21.11-27

Воху Мана так сказал Заратуштре:

— Ступай же за мной, о Заратуштра праведный, на собрание Бессмертных Святых!

И они пошли, Заратуштра позади, Boxy Мана впереди, указуя путь. Чтоб не отстать от небожителя, Заратуштре приходилось делать девяносто шагов, в то время как Boxy Мана делал только девять шагов. И вот наконец он узрел собрание семи Амеша Спента.

Когда Заратуштра приблизился к ним, он не увидел своей собственной тени на земле, столь ярким было сияние Бессмертных Святых.

По одному из поздних жреческих сочинений, когда Зардушт впервые увидел Амахраспандов, он решил, что перед ним верховные дэвы.

Они пребывали в Арьяна Вэджа, на берегу Вахви Датии. Спитама Заратуштра воздал хвалу Ахура Мазде, громким возгласом восславил [266] Амеша Спента, после чего прошёл вперёд и сел на место, специально приготовленное для него.

Святые показали ему знаком: спрашивай! И Заратуштра спросил:

— В [этом] телесном мире что наиболее совершенно, во-первых? что — во-вторых? [и] что — в-третьих?

— Во-первых — добрые помыслы, — ответил Ахура Мазда. — Во-вторых — добрые речи. И в-третьих — добрые дела.

— Что есть благо, что ещё благостней, и что благостнее всего? — вняв ответу Ахура Мазды, снова обратился с вопросом пророк и услышал из уст великого бога:

— Имена Амеша Спента — благо. Вид их — ещё благостней. А исполнение их заветов и наставлений — вот что благостнее всего, о праведный Заратуштра!

Далее в изложение вставлен фрагмент из «Яшт» 1 («Ормазд-яшт»). «Текст этого гимна дошёл до нас в искажённом виде, видимо, он просто дополнен или испорчен позднейшими переписчиками. Не обладая особыми художественными достоинствами, „Ормазд-яшт" тем не менее представляет большой интерес уже хотя бы потому, что помещается на первом месте среди всех яштов, и это закономерно — ведь в нём перечисляются имена верховного бога зороастрийской веры — Ахура Мазды. Первоначально, очевидно, имён этих было всего двадцать, но позднее добавили ещё более пяти десятков, так что общее число их стало насчитывать 72 (за вычетом имён „Ахура" и „Мазда"), то есть точно соответствовать количеству глав важнейшей зороастрийской религиозной службы — литургии „Ясна" <…> Несмотря на свою "дефектность" (с научной и литературной точек зрения), „Ормазд-яшт" очень почитается верующими: считается, что перечисление имён Ахура Мазды — лучшая защита против демонов-дэвов. Напомним, что такой же славой пользуются имена бога в разных религиях, в том числе и 99 имён Аллаха (так называемые ал-Асма-ал-Хусна, букв.: „прекраснейшие имена") у мусульман.

„Ормазд-яшт" полагается читать ежедневно после утренних молитв, рекомендуется читать его и перед сном, а при перемене места жительства — обязательно».[21]