Услышав голос Хейли, Гремлин подняла голову. Она лежала на диване, свернувшись калачиком на подстилке. Я ни за что на свете не признался бы в этом, но уже чувствовал, что привязался к щенку. Вчера вечером, пока мы вместе смотрели повтор фильма «Сайнфелд», я с удовольствием гладил ее животик.

— Не волнуйся, я уже позаботился о платье.

Хейли скрестила руки на груди и с подозрительностью посмотрела на меня. Казалось, она собиралась что-то сказать, но потом облизала губы и покачала головой.

— Мне стоит начинать бояться?

— Только если тебя испугает вид богини секса на стероидах, — я оставил ее стоять возле лифта, а сам быстренько схватил коробку.

По моему указанию — чуть больше часа назад — моя личная помощница выбрала самое экстравагантное и самое дорогое платье, какое только смогла найти. Мне не терпелось увидеть выражение лица Хейли, когда она разглядит этот наряд.

Эффектным движением руки я открыл коробку и поднял платье за плечи. Это была воздушная паутина, представляющая собой переплетение легких шелковистых нитей кремового цвета с мелкими бриллиантами по всему ажуру (прим. узор со множеством небольших сквозных участков, разделенных тонкими перемычками). Я изо всех сил старался не рассмеяться, когда Хейли посмотрела на меня широко распахнутыми от ужаса глазами.

— Не хочу показаться неблагодарной, но...

— Прости, я тебя разыграл, — засмеялся я. — Я имел в виду, что ты, очевидно, все же наденешь, в конце концов, это платье для меня. Но, думаю, мы побеспокоимся об этом чуть позже. Настоящее платье для предстоящего вечера вон там.

— О боже, а это что? — оторопела она, когда увидела постройку для Гремлин.

— Это собачья башня, которую я с любовью строил для своего неблагодарного питомца.

— Но собаки не пользуются башнями. Не думаешь, что это больше подойдет кошке?

— А, может, люди просто ленятся строить собачьи башни? И лишают тем самым бедных животных возможности немного развлечься?

— Ага, — засмеялась девушка. — Точно! Так оно и есть.

* * *

Я протянул руку Хейли, чтобы помочь ей выйти из лимузина, но на этом мои джентльменские манеры тут же закончились. Мои глаза впились в ложбинку между ее очаровательными холмиками, а когда она выскользнула из машины, мой взгляд приласкал гладкую кожу ее ног. Она выпрямилась и замерла рядом со мной.

— Боже, ты шутишь?! — выдохнула она.

— Что, у тебя морская болезнь?

— Нет... я просто думала, что вечеринки на яхтах… это… все лишь для кино.

Я усмехнулся.

— Богатые люди никогда не жалеют ни времени, ни денег, придумывая то, что вынудит всех остальных считать их особенными.

— Ты так говоришь, как будто сам не имеешь к ним никакого отношения.

Я пожал плечами и, скользнув рукой по ее талии, повел ее вниз по причалу. Перед нами еще несколько нарядных пар направлялось к самой большой яхте в гавани.

— Видишь ли, я не всегда был богат. И благодаря моему прошлому нахожусь совсем в иной категории. А мы сейчас говорим об основной массе богатых людей.

— Что, прямо как старые и новые деньги?

— Да. Мне пришлось начинать все с нуля. Я делал все вот этими руками и достаточно попотел, прежде чем смог пробиться к богатству. Так что я никоим образом не принадлежу к их воображаемой возвышенной элите.

— Не обижайся, но мне реально трудно это представить. Ты и усердный труд?

Я рассмеялся.

— Обижаться не буду. Хочешь верь, хочешь нет, но когда мы поднимались, я надрывал свою задницу не меньше брата. Но в последнее время я все больше чувствую себя львом в клетке. Нынешняя погоня абсолютно лишена красок. Брюс устроен иначе. Ему чужда сама мысль о настоящей погоне и об острых ощущениях. Он просто наслаждается процессом. Его деталями.

— А Наташа? Она такая же уравновешенная?

— Ха. Нет, вовсе нет. Но Наташа — это именно то, что ему нужно. Она как магнит постоянно притягивает в свою жизнь хаос и неразбериху. Но благодаря ей Брюс стал более терпим к моим выходкам, и поэтому она получила мой голос одобрения.

— Выходит, искать диаметрально противоположных себе женщин — характерная особенность братьев Чамберсонов?

— Хм... даже не знаю, настолько ли мы полярные с тобой. Наверное, придется тебя допросить.

— Допросить меня? — ухмыльнулась она.

Мы подошли к сходням, перекинутым на яхту, и Хейли слегка прижалась ко мне, пока мы двигались над водой.

— Давай определимся, — задумчиво сказал я, постукивая пальцем по подбородку. — Как ты думаешь, кто-нибудь верит, что чистка ушей — это не основная сфера применения ватных палочек?

— Что?

— Обрати как-нибудь свое внимание на упаковку. На ней есть специальное предупреждение, запрещающее чистить уши ватными палочками. Они якобы предназначены только для чистки клавиатур, снятия макияжа или очищения лицевых отверстий у младенцев… до сих пор не понял, что это такое.

— В таком случае я принадлежу к бунтарям, потому что чищу уши только ими. И мне это нравится, — в ее глазах вспыхнул мятежный блеск, и это, возможно, было самой сексуальной вещью, которую я когда-либо видел.

Я прочистил горло и запечатлел этот образ глубоко в своем мозгу. Затем кивнул охраннику, и тот взмахом руки дал нам разрешение взойти на яхту.

Ее интерьер напоминал круизный лайнер на стероидах: стены из полированного дерева, мраморные полы, разодетые в смокинги и элегантные платья мужчины и женщины, официанты с полными бесплатной еды и напитков подносами. В вестибюле, в поле нашего зрения, находились сотни гостей. Две пары лестниц спиралью поднимались на верхние палубы, которые представляли собой целый лабиринт комнат, гостиных, баров, боулинга, крытого бассейна. И вершиной всего этого безумия, разумеется, был огромный бассейн на верхней палубе.

— Ух ты, — не сдержала своего восхищения Хейли. — Она твоя?

— Нет. Я тратил деньги только на всевозможные глупости и никогда не покупал яхты. Парень, владеющей этой красавицей, магнат недвижимости. У него есть даже команда НФЛ, ну, что-то в этом роде, — и я провел девушку в ту часть помещения, где нам не пришлось бы каждый раз убираться с дороги постоянно прибывавших гостей.

— И вы друзья?

— Ну, строго говоря… нет. На самом деле я здесь лишь потому, что охрана не способна отличить меня от брата.

— Подожди, что?! Так нас не приглашали?!

— Пожалуй, ты почти права. Но не стоит беспокоиться. У Брюса и Наташи, когда они приедут сюда, вероятно, возникнут с этим небольшие проблемы, но, думаю, это не выльется в какую-то кровную вражду. Брюс не запрещал мне здесь появляться. Он просто не попросил меня прийти. А это, надо заметить, огромная разница.

Хейли выскользнула из-под моей руки, лишив меня возможности наслаждаться ее близостью, пока я обнимал ее за талию. Она возмущенно уставилась на меня, словно маленькая очаровательная сердитая мышка.

— И что ты ему сделал?

— Да ладно тебе. Кто вообще тебе сказал, что это была моя вина?

— Даже имея такую короткую историю общения с тобой, я ничуть не сомневаюсь, что все так и было.

— В свое оправдание скажу, что на одной из вечеринок я вынужден был одолжить у него спасательную лодку, — девушка немного расслабилась и терпеливо ожидала продолжения. — Люди спешили сойти на берег и образовали огромную очередь. Пришлось воспользоваться шлюпкой. Казалось, что так будет быстрее. Я же не мог привязать эту штуковину к своей машине и тащить ее до дома. Я оставил ее там, где Брюс легко смог бы ее найти.

— Ты просто невероятен.

— Спасибо.

— Это не комплемент.

— Да? А очень похоже.

— Тогда мне следует сделать вывод, что ты повредил свои барабанные перепонки ватными палочками.

— Я никогда не говорил тебе о своем отношении к спору о Q-Tipе (прим. сценический псевдоним американского рэпера, продюсера и актёра, участника группы A Tribe Called Quest)? Хочу сообщить, что, возможно, я до краев наполнен воском и весьма горжусь этим, — ухмыльнулся я, заметив, что Хейли всеми силами старалась сохранить на лице выражение недовольства, но ее губы выдавали ее веселье.

— Я бы не сказала, что ты выглядишь наполненным воском.

— Откуда тебе знать, что там внизу?

— Шутка про коротышку? В этой части разговора мы вернулись к средней школе?

— Но ты же в вопросах секса еще не перешла порог средней школы? Я решил, что эта шутка будет вполне уместной.

— Вау, — она неодобрительно покачала головой и все же улыбнулась. — А ты умеешь плавать? Имей в виду, если нет, то я обязательно столкну тебя за борт при первом же удобном случае.

— Умышленное убийство? Я всегда чувствовал, что в тебе это есть.

— Что-то заставляет меня подозревать, что я далеко не первый человек, который угрожал твоей жизни. И если уж на то пошло, сегодня, думаю, я не единственная, кто угрожал тебе.

— Хочешь верь, хочешь нет, но большинство людей считают меня весьма очаровательным. Смертельные угрозы — не совсем обычное явление для меня.

— Выходит, со мной ты ведешь себя по-особенному?

— Исключительно особенно, — согласился я. — Я бы даже назвал это свиданием.

— Разве это не тот случай, когда мы оба должны согласиться с этим?

— Нет. Не думаю, что мне требуется твое разрешение, чтобы назвать этот вечер тем, чем он является. На тебе специально купленное для этого платье, в котором ты, кстати, восхитительно выглядишь. Мы на элитной вечеринке. На шикарной яхте. Кто-то играет на фортепиано. А я лишь надеюсь в конце этого вечера получить заслуженный секс. Это свидание, нравится тебе это или нет.

Хейли криво улыбнулась, а ее щечки мило зарделись. Мне показалось, что она собиралась сказать что-то кокетливое, но внезапно озорство на ее лице сменилось беспокойством.

— Я хотела спросить тебя... там была одна женщина. Зоя. Она подошла ко мне на вечеринке и…

— Скормила тебе кучу всякого дерьма, — продолжил я. Моя кровь вскипела лишь от одной мысли, что эта стерва добралась до Хейли. Одно дело, когда Зои выплескивала свое дерьмо на меня, или же мои родители подобным образом пытались провернуть со мной свои дерьмовые штучки. Но Хейли? Она была вне досягаемости. Если им захотелось узнать, как быстро я смогу перекрыть им кислород, то все, что от них требуется, это встать между мной и Хейли. — Зои — моя самая большая ошибка. Бывшая из ада. Она, вероятно, в том же списке, что и этот твой придурок Натан.