Глава 51

2000 — Томми, я поверить не могу в то, что слышу.

Затем Джинни подошла. Она остановилась, глядя на мужа сверху вниз и скрестив руки на груди. Он не знал, чего ждать — слез или крика. Не знал, чего боится больше.

— Джин, мне жаль, — Томми опустил взгляд на колени. — Я мечтал быть с тобой сколько себя помню. Не могу вспомнить время, когда не хотел тебя. С того момента, как увидел тебя, идущей по улице, а потом продающей лимонад и до сегодняшнего дня. И я знаю, что неправильно было обманывать его, но...

Ее терпению пришел конец.

— Хочешь сказать, что ты действительно, ну, ты действительно... — женщина не смогла закончить предложение. Она указала рукой на область промеж ее ног. — Ты бывал там своим ртом, пока я спала?

Томми пытался не улыбаться.

— Будучи такой пламенной, Джинни, ты даже не можешь спросить, ласкал ли я тебя? Нет, не бывал. Но хотел. Не буду врать на этот счет.

Джинни изо всех сил врезала ему по лицу. Томми отпрянул, но больше от шока, чем от боли. Но то была хорошая боль. После всего, через что она прошла, он хотел боли.

Нуждался в ней.

— Как ты смеешь сидеть тут и называть меня пламенной, не думая, что меня это выбесит? Полагаешь, твое так называемое признание все исправит? — Джинни сжала кулаки, ее трясло от ярости. — Пытаешься сбросить груз вины? Но знаешь что, Томми? Я из-за этого чувствую себя дешевой и использованной. Как вы с Гриззом посмели вот так играть с моей жизнью! Я сижу тут и слушаю рассказ о решении, каким образом я потеряю девственность, принятом тобой и Гриззом! Вы примерно так же могли обсуждать заказ в ресторане, выбирая стейк или курицу.

— Джинни, это решение далось нам непросто. Не говори так об этом.

— Это и не должно было стать твоим решением! И Гризза тоже, — Джинни врезала мужу снова, в этот раз до крови, потекшей из носа. — Стоило вломить и Гриззу много лет назад, но в пятнадцать я была наивна, не осознавая значимость или серьезность того, что со мной сделали.

Томми отошел от шока и посмотрел на Джинни.

— Я это заслужил. Я заслужил даже больше, — мужчина вытер медленно стекающую кровь.

Он помнил, как ему доставалось и больше. После того, как она тем вечером покинула его комнату и вернулась в четвертый номер, Гризз ворвался без стука. Грант сидел на кровати, опустив голову на руки. Чувство вины переполняло его. Когда мужчина вошел, он поднялся и попытался что-то сказать, но шанса объясниться не получил. Гризз заехал ему в челюсти с такой силой, что он просто полетел назад на кровать. Повезло, что челюсть не сломалась, и все зубы остались на месте.

— Это за то, что не удостоверился в том, что она уснула, ублюдок, — сказал Гризз, разворачиваясь и направляясь обратно в четвертый номер.

Грант удивился, когда позже к нему спустился Блу и сказал, что мужчина разрешил свозить ее за пределы территории мотеля. Его это поразило, но парень предполагал, что Гризз чувствовал себя виноватым за то, что Кит знает о случившемся. Мужчине нужно было отлучиться по делам, и взять ее с собой он не мог, как, впрочем, и не хотел, чтобы она весь день сидела в мотеле, раздумывая над тем, что с ней сотворили.

Сейчас же Джинни, напряженная от злости, повернулась к нему спиной. Она подошла к перилам и посмотрела на просторный двор, когда-то принадлежавший ей, а теперь — Картер.

— Мне показалось, что тем вечером я видела слезы в твоих глазах. Я выдумала их?

— спросила Джинни, не оборачиваясь. Она тяжело дышала, по-прежнему злясь.

— Нет, Джин. Тебе не показалось. Я не мог вынести мысль, что после этого вечера мне все так же придется ждать тебя. — Томми помедлил, а затем добавил: — Могу я спросить тебя кое о чем?

Женщина повернулась и взглянула на него.

— О чем? — ее голос звучал холодно и отстраненно.

— Зачем ты рассказала Лесли о ночи, когда потеряла девственность? Зачем подняла эту тему?

Она покачала головой.

— Просто глупость. Она хотела больше узнать о том, насколько ужасен Гризз. Не верила, когда я утверждала, что он никогда не принуждал меня к сексу. Что я сама инициировала наш первый раз. Она не смогла поверить в это. Мне казалось, его это оправдает, если я расскажу, что он не хотел мне навредить и решил поручить это тебе. Ее потрясло, что человек, за которого я вышла замуж, изнасиловал меня старой полицейской дубинкой, тогда я стала защищать тебя. Я сказала, что попросила тебя сделать это самому.

Оглядываясь назад, думаю, стоило просто оставить все, как есть. Пусть думала бы о Гриззе, что хотела. В любом случае это уже не имеет значения. Все еще не могу поверить, что он умер, зная об этом. — Джинни опустила голову. — Как бы ты поступил, не попроси я тебя сделать это?

— Я бы ничего не сделал. Не коснулся бы тебя. Клянусь. Я бы скорее сказал Гриззу, что передумал, и мне не нравится эта идея. Я бы лучше поступил так, чем подошел к тебе с той палкой.

Она опустила взгляд на пол веранды, на которой они стояли, медленно кивая головой, словно принимая все сказанное. Джинни не выглядела настолько огорченной, какой Томми ожидал ее увидеть. Удары стали сюрпризом. Он не думал, что в ней найдутся силы на такое. Он ни разу в жизни не видел, чтобы она на жучка наступила. Но все же испытывал небольшое облегчение.

Джинни спросила о том, какую роль сыграл Блу во всем этом обмане. Томми рассказал, как Блу и Гризз поработали над его памятью еще в самом начале. Как они убеждали его в том, что он брат Блу. Он даже поверил на какое-то время. Пока не стал старше и не заподозрил, что, возможно, Гризз — его брат. Однако, как и говорил раньше, Томми не предполагал, что Гризз — его отец. И это правда.

— Ты спрашивал его о ней? О твоей матери. Как они встретились? Любил ли он ее? — Джинни задала последний вопрос, не встречаясь с ним взглядом. Она не могла признаться, что мысль о Гриззе, влюбленном в другую женщину, пусть и давно, была ей неприятна.

— Мне хотелось бы кое о чем узнать, но, если честно, Джинни, больше всего я хотел просто оставить все позади. По-прежнему хочу. Он сидел в тюрьме, ожидая смерти через несколько дней, а она давно мертва. От его рук. Мы с тобой поженились, а это все, о чем я мечтал. Быть с тобой, — Томми пожал плечами. — Зачем ворошить уродливые детали прошлого? Я мог бы жить, не зная всех ответов. Ты всегда была моей целью, и я, наконец, достиг ее. Что тогда, что сейчас, главное — это быть с тобой, Джинни. Так было всегда.

Она прикусила губу.

— Когда ты узнал о его настоящем детстве? Он рассказывал мне другое, когда я забеременела впервые. Вообще, это случилось в тот вечер, когда я услышала, как он разговаривает с Кэнди.

— Стала бы ты его винить за то, что он не сказал правду? Можешь не верить, но Гризз рассказал мне после того, как сукин сын Дэррил изнасиловал тебя. Мы по очереди сидели рядом, пока ты была без сознания. Он пил. Скажу честно, до того вечера я никогда не видел Гризза пьяным. Ни разу.

— И я ни разу. Думаю, он мог быть под градусом в ту ночь, когда я поймала его с Уиллоу, но только тогда, и все. Он иногда мог взять пиво и никогда не принимал наркотики.

— Нападение на тебя стало ударом для него. Гризз просто начал рассказывать о разном. Все то же, что я рассказал тебе в воскресенье. Я думал, мое детство было паршивым. Детство Гризза, без сомнений, гораздо хуже. Не то чтобы он терпел побои или что-то в таком духе. Он жил с чувством беспомощности, не имея сил защитить сестру. Как по мне, именно это сделало детство Гризза тяжким.

— Жуткая история, — Джини вздрогнула. — Не могу представить Гризза ребенком, столкнувшимся с подобным. Он когда-нибудь говорил, где вырос? Все произошло там? В Южной Флориде? Кажется, он однажды упоминал Вест Палм Бич.

Называл ли он когда-нибудь имя своей сестры?

Женщина подозревала, что уже знает ее имя, но хотела, чтобы Томми подтвердил.

— Нет, он никогда не говорил, где родился или рос, никогда не произносил ее имени. Вот так все и было.

Да, это правда. Гризз рассказал саму историю, но никогда не произносил названия места, где все случилось, или каких-то личных деталей о своем детстве. Единственное имя, которое он услышал — Ида.

Томми хотел подойти и обнять жену, но боялся ее реакции. Мечтал прочесть ее мысли. Они, должно быть, перегружены новостями. После нескольких минут молчания мужчина выпалил: — Джинни, я не знал, кто я в этом мире. Чей-то брат, чей-то сын, преступник, студент, некто злой, некто добрый. Но когда ты появилась в моей жизни, я понял, кем хочу быть.

Глаза Джинни начали наполняться слезами, и она сглотнула. Не стоит поддаваться эмоциям. Она не собирается вспоминать, как любит просыпаться по утрам в его объятиях.

Она отвела взгляд, размышляя.

— Еще кое-что, Томми. Я никак не могу в этом разобраться. Ты столько времени проводил со мной. Наедине. Разве Синди не ревновала? Я все еще удивляюсь, что Гризз позволял нам видеться. Поражаюсь тому, что он настоял, чтобы я вышла замуж за тебя.

Такое поведение противоречит всему, что Гризз делал для меня. Ты знаешь, почему? — Джинни сощурилась и посмотрела на мужа. Потом наклонила голову набок. — Томми?

Он глубоко вдохнул.

— Да, и об этом...