Глава 53

2000 Джинни уставилась на мужа.

— Ты говоришь, что позволил Гриззу считать себя геем в надежде проводить больше времени со мной? Что твоя девушка Синди на самом деле лесбиянка? — она вскинула руки в воздух. — Томми, что за бред. Я не верю тебе.

— Это правда, Джинни, — он выглядел обиженным. — Я не делал этого намеренно, но все так случилось, и я просто воспользовался возможностью.

— Нет. Быть не может. Гризз был слишком умен. Он бы...

— Он бы что? Сообразил? Он и сообразил. Поймал меня.

— Поймал тебя? Как он тебя поймал?

— Кто-то, похоже, видел меня с женщиной и передал Гриззу, что я изменяю своей богатенькой подружке. Либо так, либо он за мной следил. На самом деле он не сказал, как понял. Да и в общем уже не важно. Он понял, что я соврал, и понял, почему.

— Что за женщина?

Джинни почувствовала укол ревности. Чувство было схоже с тем, какое возникало, когда Томми периодически брал Синди на их «дружеские свидания». Девушка фанатела по Роду Стюарту и всегда включала песню «Tonight's The Night» на кассетном плеере в машине Томми. Она даже напевала себе под нос. Если подумать, сейчас Джинни даже немного ревновала, ведь как бы она ни обожала Рода Стюарта, эту песню просто ненавидела. И теперь понятно почему. Если подумать, не было причин ревновать к Синди.

Интересно, специально ли девушка пыталась задеть ее. Внезапно до Джинни дошло.

— Джин, были и другие женщины, — сказал деликатно Томми. — Я ведь человек.

А ты была замужем. С несколькими девушками я пытался сблизиться. Я старался. Но ни одна так и не стала мне дорога. Не было шансов. Я не мог забыть тебя только из-за того, что встречался с другими.

Она отмахнулась от своих чувств, продолжив дальше.

— Забудь. Так значит, Гризз тебя поймал? Что он сделал?

— Этого тебе знать не нужно.

— Надоело это слышать, — Джинни сказала, как отрезала. — Ты сказал, что я прятала голову в песок. Что я никогда не видела, на что реально способен Гризз. Ну, так скажи мне! Скажи, что он сделал, когда обнаружил, что ты его обманул. Не могло же быть все так плохо. Ты, может, и не знал, что он твой отец, но он-то знал, — она подбоченилась и наградила его самодовольной улыбкой. — Что он сделал с собственным сыном?

— Он голыми руками выбил из меня все дерьмо и на две недели отправил в больницу. Вот. Это ты хотела услышать?

*** В ту страшную ночь Грант должен был ужинать с Алленом. Неожиданно позвонил Гризз и сказал, чтобы он, не отлагая, приехал в мотель. Парень взглянул на часы. Он явно не успевает. Позвонил Аллену и сообщил, что припозднится. Тот попросил не волноваться на этот счет. Он дружен с хозяином ресторана. Столик останется за ними, в какое бы время они ни появились. Аллен просто подождет его в баре.

Грант въехал на территорию мотеля и припарковался напротив номера Гризза и Кит. Ее машины позади офиса он не приметил.

Интересно, вдруг нашли парня, изнасиловавшего ее. Может, хочет поговорить об этом?

Когда Грант выходил из машины, услышал несколько приветствий со стороны ямы. Он машинально махнул в ответ, затем постучал один раз и вошел в четвертый номер.

Гризз сидел в своем кресле.

— Не присаживайся, — сказал он, как только Грант собрался сесть. Затем встал перед парнем, и внезапно комната мотеля показалась слишком маленькой для его роста.

— Не садиться? Почему? Что случилось?

— Хочу, чтобы ты, как мужчина, встретился со мной лицом к лицу, когда я тебе вломлю.

Грант моргнул.

— Вломишь мне? За что?

— Мне нужно кое-что знать, — голос Гризза стал низким, угрожающим. — Ответь мне сейчас, ведь когда я закончу, ты уже не сможешь говорить. — Парень сглотнул. — Ты позволил мне думать, что пидор. Признаю, что к такому выводу я пришел, полагаясь на отчет Акселя. Но ты не просто так позволил мне так думать. И единственная причина, которую я вижу — твоя влюбленность в Кит. Ты хочешь проводить с ней время. С моей женой.

Удар в лицо заставил Гранта пошатнуться. Он не упал, но уже понимал, что эту битву ему не выиграть. Но и проигрывать, не сопротивляясь, он не станет.

*** — Гризз избил тебя и отправил в госпиталь? Собственного сына? Из-за меня? — голос Джинни звучал почти как писк.

— Он очень сильно избил меня. Я тоже просто так не сдался. Знаю, что сломал ему пару ребер и посадил фингал под глазом. Мы разнесли ваш номер. Как ты не заметила, что там была драка?

— Думаю, я помню тот вечер. Я вернулась домой, а четвертый номер выглядел так, будто на него бомбу сбросили. Гризз сказал, что заходили двое знакомых, начали выяснять отношения, а он влез между ними, пытаясь растащить, так и получил свой фингал и сломанный нос. Ты с ним это сделал?

— Да, я. Он был больше и сильней, но ты должна помнить, что он сам учил меня драться, — на губах Томми помелькнула тень улыбки. — Я сломал ему нос? Правда?

— Не обязательно произносить это так самодовольно, — она закатила глаза. — Что случилось после?

— Аксель усадил меня в машину и отвез в ресторан, там мы нашли Аллена. Тот сначала доставил меня в больницу, потом на частном джете перевез в Орландо, чтобы я мог восстановиться под его присмотром. Он позвонил мне на работу и сочинил какую-то историю о том, что я влип куда-то. Может, сказал, что меня ограбили. Не помню. Помню, как ты спрашивала меня, как прошли две недели в Ванкувере.

— Гризз сказал, что ты уезжал по работе, — голос Джинни был негромким. Затем ее осенило. — Он узнал, что Аксель обманул, подкинув информацию о том, что ты гей?

— Нет, я прикрыл его. Сказал, что Аксель доложил все, как было. Я действительно зависал с геем. Мы с Алленом пару раз в месяц ночевали в пентхаусе. Почему бы Акселю и не поверить в это?

— Но и после этого случая я тебя видела! Не понимаю, мы ведь продолжили проводить вместе время. Как так вышло? Если он был так зол и знал, что ты в меня влюблен, почему позволял нам встречаться? Что-то не сходится.

— Когда я впервые увидел его после драки, Гризз сказал, что передумал: слишком уж проблематично объяснить тебе, почему он не одобряет продолжение нашей дружбы, ну и что это он из меня дурь выбивал. Или, может, просто хотел держать меня поближе к себе, присматривать. К тому же он прекрасно знал, что после того избиения я никогда, вообще никогда не попытаюсь пойти дальше в отношениях с тобой. Я и не пытался. Та драка была предупреждением.

Джинни, замерев, выдохнула. Столько секретов, столько лжи. Если она и прятала голову в песке, то точно не по своей вине.

— Но Томми, ты ведь все так же продолжал привозить с собой Синди после этого.

Продолжал оставаться в ее пентхаусе. Почему?

— Тому несколько причин, — он пожал плечами. — В основном ради нее. Ей все еще нужно было прикрытие. И мне было удобно. Я жил в апартаментах за миллион долларов недалеко от работы. А Синди отличная девчонка. Мы дружили. Что еще мне оставалось делать в этой ситуации?

Джинни покачала головой, чувствуя, как от всей этой информации закружилась голова.

— Все еще не могу понять, почему Гризз не возражал против того, что мы проводим столько времени вместе.

Чего Томми не собирался и не мог рассказать своей жене, так это то, что знает причину. Когда он пришел увидеться с Гриззом за несколько дней до казни, они почти час провели вместе, гуляя по внутреннему двору тюрьмы. Когда дело доходило до Джинни, тот оставался все тем же старым Гриззом. Он все еще злился, ведь несколько недель назад Лесли разнюхала об инциденте с полицейской дубинкой. Он сказал, Томми повезло, что он не додумался спросить об этом, когда выяснилось о его якобы нетрадиционной ориентации. Без сомнений, сообрази он тогда, Томми бы не в больницу попал на пару недель. Сын или нет, он отправил бы его в могилу. Гризз был просто в ярости, когда узнал от Блу, что Томми приходится отцом одного из его сыновей.

Потом Гризз в мельчайших подробностях стал объяснять все Томми. Ничего не скрывая. С открытым ртом Томми таращился на Гризза, услышав, что тот вовлечен в дела, которые выходят далеко за пределы его криминальной активности. И все встало на свои места. И то, что Гризз отправился в тюрьму без борьбы. И то, что позволил Томми находиться рядом с Джинни. И то, что попросил Томми жениться на ней после его ареста.

Теперь Томми знал, почему все так произошло, и не винил его ни секунды. И он понимал, почему Гризз не сказал ни единой душе. Ведь объяснение лишало дара речи.

— Гризз был преступником, Джинни. Он предполагал, что однажды я ему понадоблюсь. Чтобы позаботиться о тебе. Я хоть и попытался одурачить, притворяясь геем, но ему это кое-что продемонстрировало. То, что я тебя любил и стал бы защищать.

Подумай об этом. Я не обращался к нему с предложением жениться на тебе после ареста.

Он обратился ко мне.

Джинни покачала головой, пытаясь все осознать. Ей нужен тайм-аут.

— Налить еще? — спросила она, подхватывая пустые стаканы.

Томми кивнул. Он сидел, глядя, как жена входит в дом, прикрывая за собой стеклянную дверь.

Оставшись наедине со своими мыслями, он обругал себя за то, что продолжает умалчивать. Однако затем вспомнил. Он обязан. Для ее же безопасности.

Его мысли прервал звук ковбойских сапог, застучавших по полу веранды. Она протянула ему стакан воды и села.

— Возвращаясь к тому, что ты его сын. Почему так важно было скрывать это?

— У него были враги, Джинни. Враги, которые способны навредить мне, чтобы добраться до него. Он сказал, что даже Блу не знал. Блу, который знает все, не догадывался, что Гризз — мой отец. Только когда он приехал в тюрьму после того, как разыскал Джен и своих сыновей, Гризз рассказал ему обо мне.

— Ты, правда, веришь, что Блу не знал?

— Да, думаю, да. Они встретились в молодости, но Блу не знал Кэнди.

— Я слышала их ссору. Помню, Кэнди кричала что-то о том, что она представила Гризза людям, которые поставили его на то место, где он был.

— Но это не ее заслуга, а друга ее отца. Она просто пыталась поиметь хоть какую- то выгоду, преувеличивая свою важность. Кэнди как впорхнула в постель Гризза, так и выпорхнула. Он был юн. Он не помнил, чтобы ее пути пересекались с Блу.