Лита собралась довольно быстро. На ней были те же коротенькие шортики и майка, что и вчера, длинные черные волосы девушка собрала в высокий хвост. Благодаря всему этому я имел великолепную возможность увидеть свежий синяк у нее на ноге, чуть выше колена, красное пятно на шее и мелкие царапины на плече.

Я нахмурился; мне казалось, я научился совсем не травмировать ее во время… определенных занятий. Насколько же я потерял вчера контроль?

Лита заметила, куда направлен мой взгляд и беззаботно махнула рукой:

— А, не бери в голову!

— Если буду игнорировать это, вообще могу покалечить тебя!

— Кароль, не будь наивным, я не позволю тебе меня покалечить!

Ага… Я вешу центнер, у меня есть когти, шипы, клыки и хвост, я раз в сто сильнее. Ну, и кто из нас наивен?

— Между прочим, то, что было вчера, мне понравилось больше, чем обычно, — усмехнулась Лита, направляясь к болотам.

Провоцирует! Ладно, пусть потом не жалуется, что я ее не предупреждал.

Сначала мы шли по дороге, однако к ферме дороги не было, пришлось свернуть в заросли. Некоторое время Лита передвигалась самостоятельно, но потом мы пришли к совместному выводу, что нас это замедляет, а ее еще и утомляет. Так что я в итоге взял девушку на руки, и наша скорость значительно увеличилась. Правда, при каждом дальнем прыжке Лита тихо ругалась и бурчала себе под нос «Поосторожней, не дрова несешь, груз хрупкий!», но это уже детали.

И снова я не чувствовал на болотах присутствие того человека. Я уже знал его ауру и искал более внимательно, но без толку. Где он может прятаться? Самым логичным местом была бы ферма, но там его нет.

Лита быстро поняла причину моей сосредоточенности:

— Нет его?

— Угу. Думаешь, я старею?

— Думаю, что здесь все совсем непросто.

Гениальное наблюдение.

Добравшись до фермы, мы сразу пошли в подвал; костей нам не было. Я с удивлением стоял на том месте, где валялись осколки уничтоженной мной статуи, и пытался уловить хоть какой-то запах, который должен был остаться после присутствия человека.

— У меня такое ощущение, что я теряю свои способности, — обреченно признал я.

Лита серьезностью ситуации не прониклась:

— Мозг ты теряешь, а не способности! Ты же сам сказал мне, что он весь грязью покрыт!

— Не весь, а частично!

— И тем не менее. Даже животные в грязи выкачиваются, чтобы свой запах сбить. Думаешь, этот Билли Боб, или как его там, не мог до такого додуматься?

Такие моменты лишний раз напоминают мне, почему я среди всех самок выбрал именно ее. Унижает другое: как я сам не сообразил?!

Ну, с одной проблемой разобрались: я не улавливаю запах, потому что запаха нет. Ауру я тоже не улавливаю, потому что нет человека. А где он есть?

— Ты говорил, что здесь есть тропинка, уходящая в дерево, — напомнила Лита. — Покажи мне ее.

Ну вот, сейчас она и в этом разберется, и я вообще по интеллекту к чемодану приравняюсь!

Я проводил ее к заброшенным вольерам и показал тропинку. Почти сразу же я отметил, что что-то изменилось — сложно сказать, что именно, но создавалось впечатление, что травы стало меньше. Похоже, тут кто-то ходил совсем недавно!

Я заметил, что Лита смотрит вверх, и прежде, чем она успела что-либо сказать, я перехватил инициативу:

— Я слажу туда, проверю, не может же эта тропинка в никуда уводить!

Моя смотрительница одобрительно кивнула, давая понять, что об этом она и подумала. Можно считать, что мой авторитет восстановлен. И как я сразу не додумался проверить дерево? Похоже, мне вредно находиться в затяжной ссоре с Литой, это отвлекает и мешает нормально соображать.

Дерево было очень старое и крепкое, оно вполне могло выдержать мой вес. Думаю, оно бы и еще одного зверя выдержало, если бы таковой присутствовал.

Цепляясь когтями и хвостом за шершавую кору, я полез наверх. Лита оставалась внизу и наблюдала за мной, ей на дерево не хотелось.

Еще до того, как я добрался до широкой площадки, образованной разделением веток, я уже знал, что там найду, чувствовал. Нет, все-таки пока мои способности работают нормально! Гора раздробленных костей, встретившая меня наверху, только подтвердила это. Человек стащил сюда все: осколки ребер, рук, ног, черепа. Статую восстановить было невозможно, если я что-то ломаю, то ломаю наверняка, но он хотел сохранить своего идола хотя бы в таком виде.

Псих — он и есть псих.

— Что там? — напомнила о себе Лита.

— Косточки, — отозвался я. — Погрызть хочешь?

— Нет, милый, когда я у тебя лакомство забирала?

Опять ничья, мы играем по-старому.

Видно, тропинка образовалась не потому, что этим путем человек приходил с болот, а потому, что он часто приближался к этому дереву. Что касается его пути с болот… Если он додумался сбить свой запах, обмазавшись грязью, то мог и сообразить, что каждый раз надо приходить с новой стороны, чтобы не вытаптывать траву и не оставлять следов. А трава тут буйная, если ее один раз примять — за секунду поднимется.

Оставалось неясным лишь одно: зачем он сюда лазил? Кости появились лишь вчера, а к дереву он, судя по состоянию тропинки, ходил чуть ли не каждый день! Должно быть что-то еще…

— Кароль, что ты там делаешь?

— В костях роюсь!

Если быть точным, я не совсем рылся, я просто отодвинул кучу костей в сторону, потому что заметил, что под ними что-то есть. Вот оно!

На коре был даже не вырезан, а выжжен рисунок — судя по всему, карта болот. Вот топи, заросли, городок, наш с Литой временный дом, грязелечебница и ферма. На общем фоне четко выделялась толстая линия, отделявшая довольно большой участок ото всех остальных. Судя по всему, эту территорию он и считает своей. Городок и наш дом в нее не входят, а вот грязелечебница попадает.

— Кароль!

— Я карту нашел!

— Какую еще карту?

Вместо ответа я закрепился когтями на толстой ветке и спустил вниз изогнутый крюком хвост. Лита поняла намек; с тяжелым вздохом, она села на хвост, чтобы я мог обхватить ее и поднять. Так вздыхает, будто ее самостоятельно сюда забраться заставили!

Правда, при виде карты она хмуриться перестала и тихо присвистнула. Когда я такой звук издавать научусь?

— Он еще и художник! Посмотри, а это что?

Она указала на пять крестиков, расставленных внутри охотничьей территории: два парных и одиночный. Никаких значимых мест там не было, так что смысл пометок оставался непонятным, хотя…

А что если?…

— Может, так он обозначает, где кого убил?

— Вполне возможно, — согласилась Лита. — Вот эти два расположены довольно близко к городу, там пропала парочка местных. Но почему тогда пять? Жертв ведь было больше!

— Чего не знаю, того не знаю.

Если только это он всех убил и ему никто не помогал. Но это предположение я оставил при себе. Кроме того, я обратил внимание, что на карте не отмечен пруд аллигаторов — довольно странно для того, кто перед ними преклоняется.

— Ну и что нам принесла эта карта? — поинтересовалась Лита.

— Дополнительную головную боль. Давай спускаться, а то дождь снова начинается.

Я уже успел заметить, что местные дожди имеют тенденцию из мелкого накрапывания за пару минут превращаться в ливень. Что произошло и на этот раз: едва мы успели укрыться на ферме, как на землю обрушилась стена воды. Ничего, долго это не продлится.

— Не мерзнешь? — спросил я, с сомнением оглядывая ее наряд.

— Неа, тут даже дожди теплые.

Лита рассматривала комнату, подходила близко к мебели, иногда осторожно пинала ногой кучи мусора. Я сидел возле окна и наблюдал за ней, потому что помнил, чем закончилась наша последняя попытка стоять рядом на этом гнилом полу. А Лита легкая, так что пусть мельтешит, не страшно.

— Что ты ищешь?

— Не знаю, — пожала плечами моя смотрительница. — Что-нибудь интересное!

— То есть, груда человеческих и крокодильих костей на верхушке древнего дерева поверх выжженной карты — банальность?

— Опять чувство юмора практикуешь? Тренировался бы ты лучше на кошках или на Штуковине!