Неправильный подход… Моя смотрительница не любит такие намеки, сейчас разозлится.

— Если ты пошутить пришла, то извини, я спешу!

Ну точно, разозлилась!

— Не надувайся так сразу, — примирительно сказала Юлия. — Мне нужно с тобой поговорить кое о чем. Это очень важно. Мы можем подняться в твой кабинет?

— О чем поговорить? — наконец и Лита сообразила, что что-то не так.

— Это не объясняют в двух словах.

— Ну а если попробовать? Вкратце?

— Вкратце… — тяжело вздохнула Юлия, погладила своего зверя по руке. — Я решила покинуть проект и отдать тебе Оскара.

— Все, закончили! — для убедительности я стукнул хвостом по бетонной стене. Стена рассыпалась.

— Кароль, прекрати громить реквизит! — возмутился Артем.

— Подумаешь! Пусть вычтут это из моей зарплаты!

Моя любимая шутка. Я уже пару раз просил, чтобы мне начали платить, но люди почему-то не воспринимали меня всерьез. Ничего, скоро я потребую и объясню им, что будет, если они откажутся. Деньги-то мне сильно не нужны, тут, скорее, дело принципа.

— Мы выиграли, — подытожил я.

Играли двое на двое: мы с Оскаром против Титана и Лео. Подборка была почти равнозначной: и Оскар, и Лео необычно сильны даже для зверей первой серии, Титан сильнее меня, а я умнее. Целью было нахождение трех стеклянных шаров каждой командой, и мы выиграли — мы нашли три, а четвертый я нагло украл у соперников.

На подобных тренировках настаивала Лита, и я не отказывался. Нам с Оскаром предстояло стать командой на долгих шесть месяцев, надо извлечь из этого максимальную выгоду.

Вообще, любопытно… В проекте есть команда с двумя смотрителями, а теперь вот появилась команда с двумя зверями. Да, старые устои меняются.

Новость об уходе Юлии стала для меня шоком. Правда, позже, путем подслушивания, я выяснил, что уходит она не навсегда. Но и это не избавило меня от того самого шока.

Юлия носила в себе ребенка. Забеременела она не от Оскара, но до того, как я это выяснил, у меня чуть хвост от страха не отвалился. Я-то никаких детей не хотел! Не из-за того, что разлюбил Литу — не думаю, что такое вообще возможно. Просто мне не хотелось представлять уродца, которого мы породим.

Ребенок Юлии был вполне человеческим, правда, отца, насколько я понял, у него все равно нет. Старшая смотрительница назвала это «искусственным оплодотворением»… Надо будет спросить у Литы, что это значит, но звучит уже мутно.

Юлия была старше моей смотрительницы, но на данном этапе с мужем она развелась и заводить новую семью не планировала. Работа была важнее всего для нее, однако от детей она отказываться не хотела. Поэтому она решила родить ребенка, благополучно скинуть его на собственных родителей и вернуться в проект.

Впрочем, против природы она пойти не могла: чтобы выносить этого ребенка, ей требовался покой. Поэтому она взяла отпуск на шесть месяцев, а Оскара решила не передавать новому смотрителю, а присоединить к уже существующему дуэту; начальство не возражало.

Оскар сам выбрал меня и Литу. Конечно, друзьями мы не были, но не раз работали вместе. Да и вообще, многие звери первой серии смотрели на меня, как на человека. Что же до меня… мне Оскар не мешал. Его силища пригодится нам, он послушен и достаточно сообразителен — проще говоря, все выигрывают.

Я думал, что он будет скучать по своей смотрительнице, но Оскар вел себя так, будто ничего в его жизни не изменилось. Я не выдержал и спросил его, неужели ему совсем не больно внутри. Я-то терпеть не мог надолго разлучаться с Литой!

— Она вернется, — спокойно сказал он. Так, как произносят абсолютную истину… или ультиматум.

Или она вернется, или он погибнет, а тосковать нет смысла.

За неделю тренировок мы хорошо сработались. Оскар повиновался Лите, которая была чуть ли не в два раза меньше его, со сдержанной покорностью, а она в награду позволяла ему говорить по телефону с Юлией.

В общем, все наладилось.

— Мы еще отыграемся! — злобно прошипел Никита.

Есть тут пара смотрителей, которые меня по-прежнему ненавидят… Идиоты. Этому я, в частности, жизнь когда-то спас, но разве ж он признает!

Лео покинул зал следом за своим хозяином. Вот он больше не испытывает ко мне агрессии, но никогда не пойдет против воли Никиты. Другое дело — Цербер. Тот и врезать может своему смотрителю, если тот зарвется, но обставит все как несчастный случай. Это вызывало бы опасения, если бы я не был уверен в Цербере.

Лита ждала нас у выхода. Уже по ее виду я догадался, что что-то случилось.

— Не пялься на меня глубокомысленно, — Лита заметила мой взгляд, — я и так скажу! Дети мои, у нас появилось первое совместное задание!

Радуется… Значит, задание солидное, а не как в прошлый раз. В этом мы с моей смотрительницей похожи: оба скучаем без действия.

— Летим прямо сейчас, — продолжила девушка. — Так что, Кароль, у тебя не будет возможности взять с собой любимого плюшевого мишку.

— Нечестно, ты-то уже взяла! — парировал я.

— Я с тобой поделюсь. Еще одна новость: для перемещения нам выделили какой-то там особый вертолет, сконструированный специально для перевозки зверей. Так что полет будет долгим, но сократит число пересадок.

— А куда летим-то?

— На край земли!

Я был заинтригован, Оскар — нет. Он никогда не отличался эмоциональностью, но Юлия умела как-то пробиться к нему, а Лита и не старалась. Наверное, так все и будет, пока не вернется его смотрительница.

Не хочу даже думать, что будет, когда Лита тоже захочет завести себе детеныша. Надеюсь, это произойдет не скоро.

По пути к вертолетной площадке я ни о чем Литу не спрашивал — такое у нас было правило. Если дорога длинная, у нас будет время поговорить.

Вертолет, ожидавший нас, оказался и правда необычным. От пилота нас отделяла плотная стенка, все окна в салоне были затемнены. Сам салон оказался достаточно просторным, чтобы даже я мог свободно перемещаться, к тому же, там обнаружился небольшой аквариум, похожий на один из тех, что стоят в лазарете.

— Место в воде всего одно, — сказала Лита. Будто я и сам не видел! — Думаю, тебе стоит уступить его Оскару.

Я кивнул — тут и обсуждать нечего. Я без воды могу находиться довольно долго, а вот Оскар ссохнется. И зачем он нам тогда нужен?

Нас никто не провожал, хотя обычно Лименко забегал на пять минут. Значит, он наконец-то занялся делом! Пилот тоже оказался неразговорчивым, так что вылетели мы быстро.

Летать я по-прежнему не люблю, вот к этому привыкнуть нельзя. Я водное создание, мне и на земле-то не очень комфортно, а уж в воздухе — и подавно. Чтобы отвлечься, я спросил мою смотрительницу:

— Так что делать будем?

— Работать.

Очень остроумно.

— Я серьезно!

— Нам предстоит поймать… ну, как бы это объяснить…. призрака. Так, начнем сначала. Что ты знаешь о земных континентах?

— Довольно много.

— А об экстремальном туризме?

— Меньше, чем о континентах, — признал я. — Знаю, что это риск своим существованием, на который люди идут добровольно из-за отсутствия иных развлечений, воображения и мозгов.

— Э-э… Что-то в этом роде. Хотя я, чтоб ты знал, катаюсь на сноуборде. По крайней мере, раньше каталась. Не важно. В общем, отправляемся мы с тобой на Антарктиду, в зону вечных холодов.

— Романтично излагаешь, — оценил я.

Не придумав достойного ответа, Лита просто показала мне язык и продолжила:

— Там, на месте старой исследовательской базы, построили нечто вроде отеля для экстремального туризма. Здание абсолютно самодостаточно, комфортабельно, поэтому пользовалось популярностью. Отель способен вместить около десяти посетителей, не считая немногочисленного обслуживающего персонала. Открылся он два месяца назад, но бронировать номера надо чуть ли не на год вперед — желающих попасть туда много.

— Зачем туда попадать? — удивился я. — Что там интересного?