— Всех поубиваю!

В время его крика, живая изгороди из копий ощетинилась позади Газефа.

Невозможно было не узнать блеск этого металла. Бесчисленные копья кололи позади Газефа. Это были рыцари Дворцовой стражи и войска. С силой сотен солдат, они готовы были занять всю улицу.

Видя, что враг превосходит их числом более чем в раза, демоны стали колебаться.

Раздались крики радости, и раненые авантюристы стали отступать, за солдат.

— Почему — что Строноф сама здесь делает?

Разве он не должен был остаться, чтобы защитить дворец и королевская семью? Как будто в ответ на свои слова Лакюс, повернулась лицом в другую сторону.

Лакюс увидела, то что было в ее прямой видимости, и ее глаза расширились. Там были четыре священника и четыре заклинателя тайной магии защищавшие старика. На его голове был венец, который было разрешено носить только одному человеку в королевстве. Его тело было облачено в прочные доспехи.

Король Ранпоса 3.

Это было в высшей степени опасный шаг.

Хотя его тело защищено цельными доспехами, некоторые демоны могут проткнуть сталь. Кроме того, несмотря на прикрытие, нет способа избежать получения урона от воздействия заклинаний по площади. И король по-прежнему оставался обычным человеком, поэтому он, вероятно, умрет, если столкнется с какой-либо магией. Даже если воскрешающее заклинания можно применить на нем, король, несомненно, окажется не в состоянии восполнить жизненную силу, потерянную при смерти.

— Его Величество так заявил — ты защищаешь этот безжизненный город, или меня? Там мог быть только один ответ. Охранять тело короля — это мой долг. В таком случае, это поле битвы, где мы должны сражаться! В атаку!

Солдаты эпохально закричали, и помчались вперед.

Сила встретила силу, но когда все думали, что у них появился перевес, тело авантюриста орихалкого ранга пролетало по воздуху, ударилось в стену рядом и оставило ярко-красный след от брызг.

— ООООООООООХХХХХХХХХ!

Как будто говоря: «теперь следующий», гигантское тело демона встало на пути солдат.

Там были монстры, которые не могли быть определены только простыми цифрами.

— Строноф-сама! Дайте мне руку!

— Конечно.

Голос, которому ответил Газеф, глаза Лакюс широко раскрылись.

— Держись. Вам не нужен потрясаящий боец для защиты?

— А также отличный ниндзя.

Невозможно было не узнать эти голоса. Лакюс все еще, была удивлена, не в состоянии поверить своим ушам.

— Гагаран! Тиа!

Они медленно подошли к ней. Они были полностью вооружены и готовы к бою.

— Эй. У меня были плохие сны из-за творящегося в округе, поэтому я попросила Строноф-сана взять меня с собой.

— Готова к бою.

Она не должна быть такой. Она уже сказала им, что им запрещено вступать в бой прямо после воскрешения. Обычно, необходим полный постельный режим и даже тогда они все равно чувствовали опустошенность. Даже так, они знали, как важно проходящее сражение, почему они вступили в бой.

Восстановленная боевая команда была лучшим боевым пополнением, которое она могла получить.

Лакюс молилась всем сердцем.

Она молилась, что Момон победит Ялдабаофа и избавится от демонов в столице.

— Вижу его.

Глядя вперёд, они видели демона в маске стоящего в центре площади, не пытаясь спрятаться. Хотя они и не видели фигур прочих демонов, Эвилай была не столь глупа чтобы думать будто их там нет.

Заметив их приближение, Ялдабаоф повернулся и элегантно поклонился. Это могло значить лишь одно.

— Ловушка… что теперь, Момон-сама?

— Неважно что нас ждёт. Нужно лишь сокрушить это.

— Именно так.

Тон Момона уже не звучал так серьёзно и формально как поначалу, наверное потому что путешествие вместе сблизило их друг с другом. Эвилай в уме тоже начала переключаться на более непринужденный стиль речи. Если она продолжит прятать свою истинную сущность, то они наверняка сразу расстанутся едва начав встречаться всерьёз. Так что хотя открывать свое истинное я было, возможно, немного преждевременно, Эвилай решила что разговаривать в более непринужденном тоне может быть хорошей идеей.

— Похоже они начинают вперёд расписания.

Сзади, раздался звук барабанов и боевые кличи. Чтобы обеспечить Момона возможностью сразиться с Ялдабаофом один-на-один, войска начнут атаку. Это единственный шанс что у них есть. Нет другого способа спасти столицу кроме как победить Ялдабаофа.

— Аа, вероятно так и есть. Похоже, это время для последнего боя. Момон-сама… оставьте прочих врагов на меня и Набель. Вам нужно сконцентрироваться на сражении с Ялдабаофом.

— Понятно. Да, на всякий случай, раз вы так далеко зашли вместе со мной — когда я одолею Ялдабаофа и с триумфом вернусь, могу я рассчитывать что вы будете рядом со мной? Пожалуйста, держитесь вместе с Набель, я надеюсь что мы сможем вернуться все вместе.

— Поняла, Момон-сан.

Они втроём приземлились перед Ялдабаофом. Эвилай осмотрелась, и из примыкающего к площади здания появилась горничная.

Она носила маску как и в прошлую их встречу, с застывшим выражением. Но Эвилай чувствовала направленную на неё ненависть.

Вероятно, их там больше одной.

Ялдабаоф уже знал кто из них двоих сильнее. Теперь, когда рядом с ней Набель, магический заклинатель способный посоперничать с ней в силе, невозможно что он выпустит горничную в бой одну. Он планирует затопить их ордой демонов, или ещё один подчинённый сопоставимого уровня таится в окружающих зданиях? Обе возможности заставляли Эвилай покрываться холодным потом.

Вслед за горничной, появились ещё люди в масках напоминающих маску Ялдабаофа.

Все они носили разнообразные варианты костюма горничной.

И их количество…

— … четверо?!

В общей сложности пять противников, сопоставимых с ней. Двое против пяти — слишком большая разница в силе. Битва выглядела проигрышной с самого начала.

— Проклятье! Я недооценила силы Ялдабаофа!

Если всё так будет продолжаться, их просто возьмут числом, а потом горничные вмешаются в дуэль Момона и Ялдабаофа.

В равной схватке даже крупица помощи может означать разницу между победой и поражением, точно как во время боя с горничной-насекомым.

— Итак, этих пятерых я оставляю на вас.

Сказав это, Момон сжал мечи и невозмутимо пошёл на Ялдабаофа. Пока его могучая спина удалялась от неё, сердце Эвилай наполнила грусть. Как хорошо было бы раствориться в этом красном плаще, забывая беспокойство и отчаяние.

Эвилай подавила ту часть себя, что хотела протянуться к нему.

Она пришла сюда с решимостью умереть. Даже если враги сильнее чем ожидалось, она не может поступить столь бесстыдно и попросить помощи. И слова Момона были явным признаком его доверия. Такой человек как он никогда бы не поступил столь бесчувственно и грубо.

Если подумать, он определенно сказал что-то из-за своей спины. Если это Эвилай и Набель, они определенно смогут сдержать врагов пока я не одержу победу, что-то вроде этого.

Из глубины сердца Эвилай полыхнул огонь.

— Итак, я иду, Де… демон!

Момон взревел и рванулся к Ялдабаофу. Началась жестокая битва. Чтобы не втягивать в неё остальных двоих, Момон теснил Ялдабаофа, заставляя его медленно отступать.

— Итак, я возьму троих и ты двоих, как насчёт этого?

— Ты уверена? Я тоже вполне справлюсь с тремя.

— Хмф.

Набель усмехнулась.

— Ты берёшь двоих, я троих.

Эвилай ощутила что теперь лучше понимает характер Набель, и улыбнулась.

Точнее говоря, мнение Эвилай о Набель как о сопернице поднялось, до собрата-мага способного стоять рядом с Момоном.

Поистине, будь это только Момон и Набель, я могла бы просто снять моё кольцо и открыть мою истинную форму… Что ж, для начала нужно вернуться живой.

— Ты такая упрямая. Ладно, я поняла. Я быстро разберусь с двумя и приду тебе на помощь. Сражайся словно хочешь выжить… что?