По образу своих способностей, в этом аспекте людоящеры превосходили людей во много раз. Биологически их органы восприятия были более чувствительными, поскольку жили они в более жестких условиях. Если люди предпочитали селиться в безопасных местах, отдаленных от монстров, то ящеры напротив, жили по соседству с монстрами.

Зарюс, будучи путешественником и часто путешествуя в одиночку, был восприимчив к самым незначительным изменениям в окружении.

Ощутив напряжение, повисшее в воздухе, он открыл глаза.

Прежде он пребывал в знакомой комнате — хотя оставался он тут лишь несколько дней. Люди, даже попытавшись, не смогли бы различить деталей в этой комнате, лишенной источников света, но это не представляло сложности для людоящера.

Ничего необычного вокруг не обнаружилось.

Зарюс осмотрелся, и, убедившись в отсутствии странных объектов, облегченно вздохнул и уселся.

Он был выдающимся воином, поэтому даже пребывая во сне секундой ранее, он сразу же пробудился. От дремоты не оставалось и следа — он будто бы зарядился энергией, чтобы немедленно вступить в битву.

Это также было связано с тем фактом, что у людоящеров обычно был очень чуткий сон.

Однако, Круш, спящая возле Зарюса, не проявила никаких признаков пробуждения.

Потеряв тепло тела Зарюса, Круш вяло издала недовольный шепот.

Будь в окружении изменения отличные от нормы, Круш несомненно учуяла бы их и поднялась, тем не менее было похоже, что сейчас она ничего не замечает.

Зарюс испытывал сожаления по поводу того, что позволял нести Круш тяжкое бремя на своих плечах.

Он обратился к воспоминаниям с прошедшей ночи, и пришел к мнению, что ноша Круш может быть больше его собственной. Во время операции по уничтожению могучего противника, лича, женщина Круш, казалось, перетерпела больше мужчины Зарюса.

Сам он хотел бы позволить ей продолжить наслаждаться сном, но внимательно прислушавшись, он распознал суматошные движения множества людоящеров за дверью. В такое время, когда различные непредвиденные обстоятельства были возможны, не разбудить ее было более опасным.

— Круш, Круш.

Зарюс легонько потряс ее.

— Ммм… Мммм…

Круш скрутила хвостик и немедленно распахнула свои красные глаза.

— Ммм…?

— Похоже что-то случилось.

Эта фраза сорвала все следы недавнего сна с лица Круш. Зарюс подобрал Морозную Боль, оставленную неподалеку, и поспешил подняться; без длинных напутствий Круш последовала за ним.

На пару они вышли наружу и в тот же момент прояснили причину беспорядков.

Они увидели огромную и плотную черную тучу, закрывшую небо над деревней.

Наблюдая на расстоянии, они могли точно сказать что эта туча была абсолютно иной, нежели обычные черные тучи. Так было потому, что небо в нескольких милях от них было безоблачным.

Это так же значило и то…

— Оно… вернулось?

Это был сигнал к новой атаке врага…

— Похоже на то.

Круш приняла то что видит. Все людоящеры из пяти поселений, что собрались вместе сражаться, могли наблюдать черную тучу в центре небес, и обсуждали ее. Однако, страха на их лицах заметно не было.

Так было от того, что в прошлой битве они одержали победу над всеми неблагоприятными обстоятельствами и это давало им подходящий настрой.

Двое из них бежали к деревне, с плеском поднимая воду. Мимо них прошла группа людоящеров, которые уже начали приготовления к битве, не тратя время на стояние у входа.

Уже достаточно много воинов людоящеров собралось у главных ворот, и все они с любопытством посматривали наружу. Среди этой компании был и дорогой товарищ, с которым они вместе прошли через ад, Зенберу, а подле него стоял вождь племени Малый Клык.

После того как Зенберу махнул рукой в знак приветствия двоих людоящеров, чьё приближение сопутствовали громкие звуки плескающийся воды, он немедленно выпятил челюсть в сторону происходящего снаружи.

Зарюс и Круш встали рядом с Зенберу и устремили взор вдаль.

На другом берегу, на границе между лесом и болотами стояла армия скелетов.

— Так значит они пришли снова.

— Хех…

Зарюс ответил Зенберу, а затем щелкнул языком.

Это было ожидаемо, разве что пришли они слишком быстро. Перво наперво он исходил из того, что после столь крупного поражения им потребуется время чтобы восполнить численность солдат, и он не учел возможность просчета в этом. Очевидно, их противник оказался в состоянии выдвинуть в бой крупную армию повторно.

— …Хотя, эти скелеты должны были бы уступать по силе тем, что были призваны личем.

Эти слова заключали скрытый смысл. Как и полагал Зенберу, нынешняя армия скелетов по факту была мощнее той, что вторглась прежде.

Зарюс также внимательно изучал скелетов выстроившихся на противоположном берегу. Это было измерением силы врага, которое позволило бы выбрать подходящие защитные действия.

Конечно, они все были скелетами, но на этот раз они были иными, нежели прежде.

По внешним признакам, наибольшая разница проявилась в экипировке. Прежние скелеты носили с собой лишь ржавые мечи, но эти же были оснащены существенно лучше. По оснащению скелетов можно было разделить на три типа.

Самая многочисленная группа скелетов носила составные кирасы. В одной руке они держали треугольные щиты капельной формы, в другой же руке у них были самые разные виды оружия. За спинами у них были даже колчаны и луки. Это были скелеты, экипированные для атаки и защиты, способные сражаться как на дальней, так и на короткой дистанции.

Далее следовали скелеты в шлемах, носящие аналогичные кирасы, обернутые рваными красными плащами, держащие в руках баклеры и полуторные мечи.

Наконец, наименьшими по числу были скелеты в полном оснащении. Золотом на них светилась цельная броня, а руки сжимали блестящие копья. Ослепительная свежесть их красных плащей не была омрачена ни пятнышком грязи.

Зарюс вглядывался достаточно, чтобы установить удивительную действительность. Пусть он и протер глаза несколько раз, чтобы убедиться в том, что видит, но это не помогало. Все это оставалось реальным.

— Э… Этого не может быть…

— К- Как такое вообще возможно…

Одновременно с восклицанием Круш, Зарюс, осознав происходящее, непреднамеренно перешел на болезненно низкий тон. Последовал отклик от Зенберу:

— …Ох, вы то же это видите.

Голос Зенбару был предельно удручающим.

— Ммм…

Зарюс прекратил разговоры, погрузившись в молчание. Он не желал продолжать говорить, поскольку единожды оброненные слова вогнали бы его в ужас. Тем не менее, сохранить тишину было невозможно:

— …Их оружие должно быть магическое.

На это Круш мрачно кивнула.

Все многообразие носимого скелетами оружия было зачарованным. Одни обладали пылающими мечами, другие — заряженными синей молнией молотами, или держали при себе копья со светящимися зеленым наконечниками или серпы, по лезвиям которых ползла вязкая фиолетовая жидкость.

— Похоже, что это не все. Вам двоим следует внимательней присмотреться к их броне и щитам. Это… тоже магическая защитная экипировка.

Прислушавшись к словам Зенберу, Зарюс немедленно пригляделся.

Едва он сделал это, как еще более не осознано издал стон. Так случилось, поскольку Зарюс увидел, что свечение брони и щитов выглядело так, будто они источали этот свет сами, а не блестели, отражая солнечные лучи.

Что за правитель мог себе позволить оснастить такое количество солдат-скелетов магической экипировкой? Будь это простой магией, которая повышала характеристики оружия, то, насколько Зарюс слышал, это было возможно для крупных государств, и достигалось такое количество на протяжении длительного периода подготовки. Однако, чтобы придать каждому оружию атрибут — более того, наделить их различными эффектами — это было совсем другое дело.

Зарюс вспомнил о гномах, о которых Зенберу упоминал несколькими днями ранее.

Гномы были горным народом, в превосходной степени овладевшим металлургией. По праздникам эти гномы часто говорили о легенде выдающегося героя — Короля, который основал великое Королевство Гномов, героя, носившего светящиеся доспехи и в одиночку сразившего дракона, а после вошедшего в почетный круг тринадцати героев, как «Магический Инженер». Но даже в легендах, рассказанных гномами, нет упоминания об истории столь великого магического богатства — целом легионе, более чем в пять тысяч единиц.