— Я не говорил этого! Но, нельзя сказать что эти Дварфы намереваются сделать! Всё что мы знаем, у них должно быть есть способ разрушить этот город!

— Ты не думаешь что раз так, то они бы уже сделали это?

— Очень похоже что они намереваются разрушить город изнутри!

— Хм, — Оласирд'арк задумался. Похоже это немного преувеличенно, но нельзя полностью исключать этого.

Это место было определённо необходимо для создания Драконьей Империи.

После захвата Королевского Дворца Дварфов, он приказал своим жёнам откладывать здесь свои яйца, и воспитывать его детей пока они растут.

В прошлом, они случайным образом находили места для откладывания яиц и бросали их там, или выгоняли их из гнезда через год или два после рождения. Это не будет способствовать усилению Драконьей расы.

Я должен увеличить количество своих отпрысков, и затем покорить Морозных Гигантов. Тогда я буду полностью доминировать в этой горной гряде, подумал Оласирд'арк.

В этой горной гряде, Морозные Гиганты и Ледяные Драконы были вершиной хищников. Поэтому они долгое время соперничали, чтобы определить кто главный.

Морозные Гиганты были невосприимчивы к холоду, что означает козырная карта Ледяных Драконов — ледяное дыхание, не могла навредить им. Мощь массивного оружия, которым орудовали Морозные Гиганты, нельзя было упускать из виду, даже Драконам. Если бы они брали числом, Драконы уже вполне могли быть побеждены. Кроме того, были Ледяные Драконы, которые уже проиграли Морозным Гигантам, и использовались ими в качестве гончих.

Естественно, Ледяные Драконы тоже это знали. Если бы Оласирд'арк. был одним их них, он не упустил бы шанса уничтожить могущественного врага прежде чем их число могло возрасти. Если он оставит эти территории, тогда племена Морозных Гигантов несомненно объединятся чтобы атаковать их прежде чем он сможет захватить новое место силы.

Оласирд'арк посмотрел на его наложниц, лениво развалившихся по комнате.

Это были три самки Драконов.

Среди них была самая молодая, с одним белёсым рогом, Мианаталон-Фавнесс.

Та, что множество раз сражалась с Оласирд'арком за территорию — Мунуиня-Лизлим.

И ещё единственный Дракон в этом здании, способный использовать священную магию (хотя только 1-го уровня) Килистран-Деншушуа.

— Что вы думаете?

— … Почему бы не помочь им? В конце концов, ничтожные маленькие Дварфы не тянут на пугающих врагов.

— Я тоже согласна. Честно говоря, мне плевать что они говорят. Но если Дварфы нападают, зная что мы здесь, это равноценно взгляду на нас свысока. Мы должны вселить ужас в сердца этих трусливых мелких созданий.

Он перевёл взгляд с Мунини — которая царапала пол острым когтем — на Килистран.

— А что скажешь ты?

После того как к ней обратились, Килистран склонила голову.

— Я против и за. Я против, потому что мы не можем быть уверенны что нападающие действительно Дварфы. В добавок, если они нападают зная о нашем присутствии, они должно быть приняли нашу силу во внимание. Хоть сама мысль о разрушении города и абсурдна, механизм осуществления подобного не не досягаем для технологий Дварфов. Будет глупо не отреагировать на это.

Оласирд'арк горько улыбнулся. У неё столь противоречивый характер. Вот за что она ему нравится.

— Что ж, члены парламента высказались. В таком случае. Я приму твою просьбу, жалкий Квагот.

— Да! Примите нашу глубочайшую признательность!

Когда Оласирд'арк холодно глянул на Кваготов, пресмыкающихся перед ним, он провозгласил.

— Однако, вы должны предложить дань, в десять раз больше предыдущей.

— Десять! Десять раз?!

Оласирд'арк фыркнул на Квагота Лорда, поднявшего голову.

— Вы даже не знаете кто атакует. Этого следовало ожидать… Тогда, что вы будете делать? Если вы не в состоянии обеспечить необходимую сумму, тогда можете разбираться с этим сами.

— Пожалуйста, пожалуйста подождите! Мы предложим дань! Пожалуйста позвольте нам предложить дань!

Вдруг, Оласирд'арк подумал о кое-чём.

Смогут ли Кваготы на самом деле заплатить столько золота? Или это потому что Дварфы были невообразимо могущественными противниками, из-за которых они так стараются уговорить его не заботясь о том сколько им придётся заплатить?

Нуу, это не важно. Если они не смогут заплатить, тогда как и сказала Муниня, я вырежу неотвратимый ужас на сердцах этих слабаков (Кваготов).

— Тогда, ступай.

— Да! Но… когда нам ожидать Вашего прибытия?

— Скоро. А до того, ждите.

— Да!

Пока Оласирд'арк смотрел, как уходили кваготы, Мианаталон спросила.

— Ты отправишься лично?

— ??

— Если бы. Конечно нет.

Оласирд'арк был самым могущественным драконом здесь. В таком случае, будет глупостью с его стороны в самом деле бороться от имени своих рабов, даже если ему уже заплатили. Следовательно…

— Кого мне следует отправить… Какой ребенок больше подойдет?

Все здесь были его детьми. Каждый дракон здесь, за исключением его наложниц был связан с Оласирд'арком кровью.

— В таком случае, отправь моего ребенка.

— Твоего? Кого?

Клистрана имеет четверых детей рождённых от Оласирд'арка, и каждый из них был драконом возрастом более ста лет. Они были гораздо сильней кваготов.

— Естественно, старшего.

— Значит, Хежимнала?

Оласир'дарк нахмурился.

— Этот парнишка может выглядеть как угодно, но у него есть голова на плечах, и он рассматривает ситуацию с правильной точки зрения. Если они отвернуться от дварфов, не думаешь ли ты, что самым правильным будет позвать их на переговоры? Ты, стало быть начал уставать от рабов-кваготов, разве нет?

— А он сможет заняться этим? Можно ли не прибегать к помощи других детей?

Оласирд'арк согласился с Мунуиньей.

— По крайне мере он справиться лучше, чем Транжелайт.

— Килистран. Самое главное для драконов — это их физические характеристики. Никто не побеждает сильного и быстрого, одной остротой своего ума. Оласирд'арк побеждает меня, потому что его тело сильнее моего. Заруби себе это на носу. Транжелайт в этом плане подходит гораздо больше, чем Хежинмал.

Транжелайт был одним из детей Оласирд'арк и Мунуиньи. Он был сильнейшим, среди их потомков.

— Но все обернется провалом, если ты не можешь холодно мыслить. Если послать ребенка, который может убить квагота, без какой-либо причины, кто знает чем все закончиться?

— Это так, но…

Оласирд'арк остановил Мунуиню, которая хотела сказать, и взглянул в лицо Мианаталоне. Она, похоже, находила весь этот спор ужасно скучным.

— Давайте примем предложение Килистраны и пошлем Хежинмала.

— Это не поможет. Он не хочет этим заниматься.

Оласирд'арк почувствовал, что все пошло не по плану с самого начала.

Мунуиня усмехнулась, издав тонкий, безрадостный звук. Было бы хуже, если бы она опять начала спорить, и Оласирд'арк начал повышать на нее голос.

— Давайте просто выломаем дверь или еще чего и вытащим его наружу.

— Хех, я не трогал твою крепость, только потому, что ты не просила меня об этом. Значат ли твои слова то, что ты даешь мне одобрение?

Если да, то не могу обещать, что все ограничиться только дверью.

На самом деле, он кое-что вспомнил, произнося эти слова. Несмотря на то что драконы были умелы, они не могли перестраивать то, что однажды было разрушено и не знали магии, которая может. А это означает, что если они разрушали что-то, значит оставляли все как есть.

Для Повелителя Белых Драконов было бы позором, жить в замке, полном дыр и пробоин. Поэтому он приказал своим потомкам и женам придерживаться этого правила.

Хотя наверное, его жены подчиняться, если он прикажет.

— С этим ничего не поделаешь. Ну, я пошел.

— Прошу.

— Оласирд'арк посмотрел на Килистрану с ошарашенным выражением лица.

Ему было не по нутру, что он, повелитель, вынужден идти лично. К тому же, он будет должен позволить нескольким кваготам жить в его крепости и работать на него?