— Д-д-дело в т-том…

— Всё хорошо, всё в порядке. Ну же, успокойтесь, сделайте глубокий вдох.

Горничная подчинилась, несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув. Видя, что та несколько пришла в себя, Реннер спросила вновь:

— Что случилось? Снова демоны?

— Н-нет, нет. Посланник Колдовского Королевства выразила желание встретиться с вами, Реннер-сама!

— Это девушка?

— Да, очень красивая девушка!

Вопрос Реннер мог бы показаться странным, ведь в состав делегации Колдовского Королевства входит лишь одна женщина. Если бы горничная задумалась, то вопрос бы её наверняка смутил. Но та была в таком замешательстве, что просто старательно ответила.

Ну, да ладно, подумала Реннер. Все глупости, что я совершаю, работают на мою репутацию, которую можно впоследствии использовать. Ну, это в любом случае лишь подготовка.

Клайм стоял рядом с ней. Его доспехи звякнули в ответ.

Он, должно быть, не понял что происходит.

Он так мило ведёт себя, словно невинный щенок. Сердце Реннер наполнилось материнской любовью.

Он, вероятно, не в силах понять, почему посланница хочет встретиться с Реннер. Он уже видел, как они обменивались приветствиями на приёме. А раз так, переговоры с Третьей Принцессой — находящейся на положении простого украшения — не принесёт никакой пользы Колдовскому Королевству. Во всяком случае, так, наверное, считает Клайм.

Реннер мысленно тепло улыбнулась.

Пословица о том, что дети тем милее, чем они глупее, несомненно, верна. Или, наверное, стоит лучше сказать, что они милы невзирая на их недостатки. Ну, вероятно, так оно и есть, с какой стороны не взгляни.

Но будь на месте Клайма кто-то другой, она испытала бы совсем иные эмоции.

Хотя она и ощущала порыв навсегда утонуть в его сияющих глазах, пока что нужно потерпеть. По крайней мере, пока она может посмаковать эту сладкую конфетку.

— Зачем именно Альбедо-сама желает встретиться со мной?

Очень важно, задавая вопрос, наклонить свою изящную головку набок. Если собеседник чем-то обеспокоен, то такой жест вызовет у него раздражение. Реннер убедилась в этом после серии экспериментов.

В результате, в зрачках горничной полыхнул слабый огонь.

То был огонёк гнева. Тут же раздалось тихое звяканье доспехов Клайма.

Он, должно быть, почуял эмоции горинчной, и подумал о чём-то. Но вскоре звон затих, и Клайм снова принял свою обычную стойку.

Как мило.

Он словно щеночек, не знающий, выскочить ли вперёд чтобы защитить хозяйку.

Дело в том, что лучше не заступаться если Реннер ничего не заметила. Горничная происходит из знатной семьи, и неважно, что ей скажет Клайм — одно слово её родителей, и у Реннер возникнут проблемы. Клайм, наверное, подумал об этом.

Он сейчас, наверное, мысленно рыдает, ведь он так верит в Реннер. Если бы только он был хорошего происхождения, ничего подобного бы не произошло.

Реннер подавила желание обернуться и посмотреть на стоящего позади Клайма. Потому что совершенно невовремя встрявшая горничная открыла рот чтобы ответить:

— Мне неизвестно, зачем, только лишь то, что она хочет встретиться с вами.

— Вот как… Альбедо-сама ведь тоже женщина, так что, наверное, просто поболтать на женские темы… о макияже, например? — задала Реннер невинный — или, может, скорее безмозглый вопрос.

— Это мне также неизвестно. Итак, мне можно впустить её?

— Ну конечно да!

После этого полного напускного восторга ответа, Реннер повернулась к Клайму.

— Хммм… Клайм, прости, но это женская беседа, не мог бы ты пока выйти из комнаты?

— Понял.

Жаль, конечно, но ничего не поделать. Клайму не нужно быть в курсе сложных дел. От него требуется лишь смотреть на неё этими его щенячьими глазами.

Когда в комнату вошла Альбедо, там остался лишь один человек.

У визита Альбедо в столицу было четыре причины.

Первая — поставки ресурсов. Вторая — создание повода к войне. Третья — подготовка к достижению её личных целей. И четвёртая — сделка с хозяйкой этой комнаты.

Нет, назвать это сделкой будет не совсем верно. Скорее, вознаграждение.

Альбедо прошла по комнате и уселась, не дожидаясь разрешения хозяйки.

После чего посмотрела на девушку, преклонившую перед ней колени и склонившую голову, и произнесла:

— Можешь поднять голову.

— Да.

Девушка по имени Реннер подняла лицо.

— Ты отлично потрудилась.

— Благодарю вас, Альбедо-сама.

— О…

Альбедо ощутила вспышку любопытства. Реннер вела себя совсем не так, как все остальные встречавшиеся ей люди.

Это о Реннер рассказывал ей Демиург.

Она предала свою семью, свой род и свой народ, но на её лице не читалось ни капли раскаяния. Она человек, и в то же время — нет. Возможно, она гетероморф душой. Её разум осознаёт что есть добро и что есть зло, но не более. Она из тех, кто не связан пустяками вроде моральных принципов, но тихо и незаметно продвигает собственные интересы.

— …В качестве награды за твои труды, я привезла тебе дар от владыки Айнза.

Альбедо протянула руку и достала из воздуха предмет, доверенный ей её господином.

То была шкатулка с несколькими слоями печатей. Их невозможно снять, не выполнив определённые условия.

— Это…

Альбедо холодными глазами смотрела, как девушка принимает дар, словно видя перед собой лабораторную крысу.

Впрочем, она и была ею. Но происходящее служило общим интересам обеих.

— Примите мою глубочайшую признательность. Пожалуйста, передайте мою благодарность Его Величеству, Айнз Оал Гоуну-сама.

— Это я могу пообещать. Полагаю, незачем тратить слова насчёт той второй вещи, что ты хочешь?

— Конечно. Я получу эту милость, когда предоставлю соответствующую компенсацию. Это несказанно меня радует.

Девушка улыбнулась.

То была прекраснейшая из улыбок.

Именно поэтому Альбедо спросила:

— …Хотя, открыв шкатулку, ты и исполнишь своё желание, но сможешь ли ты и вправду открыть её?

Что подумали бы остальные жители Назарика, увидев, что Альбедо беспокоится о человеке? Впрочем, если желание Реннер и вправду будет исполнено, то происходящее можно назвать подготовительной работой к её возвышению до статуса, эквивалентного Стражу Области. А значит, нет ничего удивительного, что Альбедо проявляет внимание к кандидатке в свои подчинённые.

— Да, Альбедо-сама. Приготовления уже начаты.

— Вот как. Что ж, позаботься, чтобы они были закончены к моменту вторжения.

— Поняла, о возвышенная госпожа.

Когда девушка снова опустила голову, в её тени появилась пара глаз.

Теневой Демон, прятавшийся там, скользнул вперёд и тоже преклонил голову.

Альбедо поразмыслила, нужно ли предоставить дополнительную охрану, но решила не упоминать это.

Если девушка выдаст себя до того, как Колдовское Королевство вторгнется в Ре-Эстиз, это будет означать, что нет никакой пользы в том, чтобы принимать её в Назарик.

Иначе говоря, это проверка.

— Итак, давай на этом покончим с формальностями.

Тон Альбедо изменился, на лице Реннер отразилось удивление.

— Не стоит торопиться и заканчивать нашу встречу на этом. Может… да, давай поболтаем. Садись. Расскажешь мне про своего щеночка?

Ответом на слова Альбедо была широкая улыбка.

— С удовольствием, Альбедо-сама. Если возможно, не могли бы и вы так же рассказать мне про Его Величество?

Самое сердце Слэйновской Теократии.

Лишь очень немногим позволялось ступить в эту святая святых.

Во-первых, обладателю высочайшего ранга в Теократии — Великому Понтифику.

Во-вторых, Кардиналам — тем, кто занимал высочайшие посты в сектах, посвящённых каждому из Шести Богов. Каждый из них, кстати — за исключением того, кто принадлежал к той же секте что и нынешний Великий Понтифик — являлся потенциальным кандидатом на должность следующего Великого Понтифика.

Кардинал Огня — Беренайс Нагуа Сэндени.