— Да уж… На сколько же силён их дух?

Все присутствующие вздрогнули от страха при одной мысли о том, чтобы оказаться рядом с нежитью, ненавидящей всё живое.

Это как жить рядом с ужасно голодным монстром. Для обычного человека нормальным было бы бояться.

— Они, наверно, мирятся с этим, потому что доверяют тому великому воину, героическому приключенцу Момону Черному.

Рэймонд огласил отчет о произошедшем в первый день правления Короля-Заклинателя в городе Э-Рантел.

Все сосредоточенно внимали.

— Как я и думал, невозможно, чтобы Момон был компаньоном Короля-Заклинателя.

— О, но разве это не дополнительное доказательство сговора Момона и Короля-Заклинателя? Они появились практически одновременно, так ведь?

Хмм… Каждый пребывал в размышлениях.

Все чувствовали, что этим вариантом не стоит пренебрегать, но сказать с уверенностью тут ничего было нельзя.

— Есть ли способ восстановить Момона против Короля-Заклинателя? Возможно, если бы мы использовали людей Э-Рантела, мы смогл…

— Это опасно, очень опасно. Неудача сделает нашими врагами и Момона, и Короля-Заклинателя в одно время.

— Вы правы. Мы уже понесли значительные потери. Хотя погибших и воскресили, Чёрное Писание всё равно не восстановит свою полную боеспособность, а Писание Солнечного Света фактически распущено. Корона украдена, Принцесса-Мико и Кайр мертвы. Потребуется ещё минимум десять лет, чтобы оправиться от потерь. В нашем нынешнем состоянии не стоит дразнить спящего Дракона.

— Да. Ни в коем случае нельзя сражаться на два фронта.

В этот момент враждебность в комнате, казалось, увеличилась.

— Эти грязные предатели.

— Эти ублюдочные эльфы.

В настоящий момент Теократия находилась в состоянии войны с Эльфами Великого Южного Леса. Изначально Теократия и эльфы имели дружественные отношения. Но эти отношения были сломаны, и теперь Теократия в одиночку борется с Эльфами.

Они построили передовое укрепление у Озера Полумесяца, где расположена столица эльфов. По первоначальному плану, через несколько лет столица должна быть взята, но план этот постепенно рушился.

— Как насчёт заключить перемирие с ними?

— Глупости. Как много крови, по-вашему, уже было пролито? Для начала, разве мы не должны отомстить за неё?

— То дитя…

Сказав это, старик горько улыбнулся.

Он назвал ее ребенком из-за ее внешнего вида, но на самом деле она старше всех в этой комнате.

— …Как она?

— В той же комнате неподалёку, как и всегда.

— Да. Нужно дать ей шанс отомстить за мать.

— Именно, иначе её горю не будет конца. Отомстив она, наверное, обретёт покой.

На лицах присутствующих появилось болезненное выражение.

— …Говоря прямо, я недоволен тогдашними жрецами. Они воспитали в бедняжке такой характер.

— Ну, с тем же успехом можно обвинять этих лесных варваров. Кардиналы не собирались разлучать её с матерью.

— …Что за тяжёлая тема.

— И всё же, если мы используем её, Повелитель Драконов может начать действовать.

— Мощь богов, Падение Страны и Замка, скорее всего не сработает на нём, способном, в отличие от Повелителя Драконов Катастрофы, применять дикую магию. Может, используем это против Короля-Заклинателя?

В комнате воцарилась тишина. Каждый обдумывал этот вариант, но сказать ничего не мог.

— …Это неплохая идея, но мы не знаем, насколько сильны подчинённые Короля-Заклинателя, и меня это тревожит.

— …Если бы только оно могло контролировать сразу многих, как всё было бы проще.

— Как вы смеете! Это наследие, оставленное нам богами, ради защиты человечества! И вы недовольны этим великим даром? Что за дерзость!

Получив упрёк, старик низко поклонился.

— Я оговорился.

— Следите за языком!

— Итак, вернёмся к теме разговора. Мы все против применения Падения Страны и Замка против Короля-Заклинателя?

— Это слишком опасно.

— Если появится Повелитель Драконов Катастрофы, мы могли бы взять его под контроль и использовать в бою…

Нет смысла надеяться на это.

— Что поделать. Может, отправить посольство, поговорить с Повелителем Драконов насчёт эльфов?

— Но что он может потребовать взамен?

— Просто согласимся, если это будет не слишком невыносимо. В конце концов, всё это ради того, чтобы принести покой душе той девочки.

Возражений не было. Все погрузились в размышления.

— Хехе…

Раздался тихий смешок, и все повернулись к тому, кто издал его.

— Хехе. Сейчас, когда все, знавшие о случившемся, уже мертвы… Ну, в сопереживании вам всем не откажешь.

Слова могли бы прозвучать оскорбительно, но тон указывал на иное.

— …Наша цель — защита человечества от других рас, и та девочка — тоже часть человечества. Думаю, нам простительно некоторое злоупотребление властью ради спасения товарища.

— …Я не возражаю, если это не повлечёт за собой жертв.

Грандмаршал, услышав это, горько улыбнулся.

— Не лучше ли было бы широко распространить это знание, а не передавать из уст в уста? Если бы мы противостояли чему-то выделяющемуся, одно дело, но ведь противник может залечь на дно. Если это будет известно всем, нам проще будет собирать информацию.

Это предложение высказывалось регулярно на протяжении нескольких веков. И, разумеется, каждый раз отклонялось.

— Наш мир — лишь утлая хрупкая шлюпка в бурном океане. Чем меньше тех, кто знает об этом, тем лучше. В конце концов, примерно каждую сотню лет на нас обрушивается тайфун. Думаете, люди смогут спать спокойно, зная это? Истина такова, что обладающий силой не может долго прятаться в тенях. Он очень быстро выдаст себя, даже попытавшись жить обычной жизнью.

— Раз так, как поступит бывший жрец-доно, как вы думаете?

Лицо каждого приняло озадаченное выражение.

— Я не уверен, но скорее всего он предпримет что-нибудь… Вероятно, у него есть какой-нибудь скрытый козырь.

— А может, бывшее Девятое Кресло, Идущая По Ветру, что-то знает…

— Как неуютно. Она где-то неподалёку? Что может быть неприятнее…

Раздалось несколько вздохов.

— Как насчёт попросить о помощи вышедших в отставку членов Чёрного Писания? Таким образом мы сможем восстановить нашу боеспособность, нет, поддержать бдительность. Мы сможем послать их в качестве подкреплений Драконьему Королевству. Маловероятно, что кто-то из них погибнет.

Чёрному Писанию поручались самые опасные задачи, и потери среди них всегда были высоки. Однако, если удавалось спасти тело, то мёртвого можно было вернуть к жизни. Проблема заключалась в том, что воскрешение вытягивало жизненную силу человека, и ему приходилось долго тренироваться, восстанавливая форму, которой он обладал до смерти. Так что некоторые предпочитали уходить со службы.

Также были и те, кто уходил в отставку из-за возраста, но какова бы не была причина, отставники обладали приоритетом при устройстве на любую гражданскую работу. Некоторые предпочитали жить низкой жизнью безработного, но таких было очень мало. Большинство, будучи не в силах смотреть в глаза своим жёнам и слышать вопросы детей вроде «Паааап, почему ты до сих пор безрабтный?..» рано или поздно устраивалось на работу.

Потребуется время, чтобы эти люди заново освоились с профессией воинов, и самые старые не смогут действовать так же, как в расцвете своих лет. И всё же, они гораздо надёжнее большинства остальных.

— Просто объясни им ситуацию и обратись с нашей просьбой. Не жди, что все возьмутся за оружие, все же.

— Конечно. Потребуется настоящий ублюдок, чтобы оказать давление на людей, выполнявших задания, в самых опасных местах, затем вышедших в отставку.

— Да. Просто спроси их. Но если кто-то согласится, заплати им больше, чем они ждут.

— Если бы ещё нам платили хоть сколько-нибудь.

Самоуничижительное хихиканье пронеслось эхом по комнате.

Жалоба на отсутствие заработной платы, являлась для них частой шуткой.

В Теократии, начиная с определённого ранга и выше, человек зарабатывал всё меньше и меньше. Это было способом самоочищения власти, придуманным для того, чтобы людей не гнала вверх по служебной лестнице жадность. Таким образом, большинство тех, кто занимал высокие посты, делали это лишь из желания служить государству.