Меня сейчас стошнит. Мозг лихорадочно работает, снова и снова возвращаясь к нашему с Ребел разговору. Как я могла быть такой слепой? Такой беспросветной дурой? Я ведь прямо спросила о Флоренс, а он отрицал даже малейшую связь с ней. Ребел вел себя так, словно порвал с ней все отношения.

Но он соврал, верно? Выходит, если верить словам его брата, эта девица начальница Ребела. Она контролирует все, а он ей подчиняется. Господи, он даже спал с ней. Поэтому слова Ребела о том, что он не виделся с ней в течение многих недель, наглая и бесстыдная ложь. Или же обманщик тут Рансом? Вся эта ситуация настолько неправильная и непостижимая, что просто не укладывается у меня в голове.

— Почему ты не рассказал мне раньше? — требовательно спрашиваю я, настолько крепко сжимая кулаки, что пальцы белеют. Я наконец-то приняла решение, но вдруг оно неверное?

— Не хотел вмешиваться. Перед тобой стоял выбор. Как бы я выглядел со стороны, если бы вдруг влез и начал выкладывать тебе прошлое своего брата? — вопрошает он. — Я бы походил на ревнивого любовника, который пытается загубить репутацию родного брата, лишь бы завоевать девушку. А это все равно что выстрелить себе в ногу перед забегом. — Сложив руки, Рансом подается ближе и наклоняет голову, чтобы заглянуть мне в глаза. — Ты должна узнать о нем правду и принять решение самостоятельно.

Я не могу определиться: то ли возмутиться, то ли прислушаться к его словам. Если предположить, что Рансом говорит правду, можно понять, почему он не горел желанием приносить дурные вести. В таких случаях всегда в итоге злятся на посланников, в дальнейшем предпочитая держаться от них подальше. Я хорошо себя знаю и могу с уверенностью заявить, что из упрямства поступила бы точно также. Но прямо сейчас я чувствую себя такой дурой. Резко вдохнув, я сажусь ровнее.

— Тогда почему ты только сейчас мне об этом рассказываешь? Зачем ждать? Ты ведь тоже видел их вместе в ту ночь и мог бы обо всем мне поведать. — Рансом мог уберечь меня от этой мучительной сердечной боли.

— Мне казалось, что ты уже сделала выбор. Откуда мне было знать, что сначала ты прыгнешь ко мне в постель, а спустя пару часов вернешься к моему брату? — Рансом снова начинает злиться, но не мне его винить. — Ты оставила меня в подвешенном состоянии на целую неделю, Джоз. Заставила меня гадать, не сделал ли я что-нибудь неправильно. Сначала я утешался мыслью, что тебе просто потребовалось еще немного времени, чтобы обдумать ситуацию. А потом мне пришлось услышать от собственного брата, что тебе нужен был вовсе не я, — Он разочарованно качает головой, и мне тут же хочется протянуть к нему руку. Похоже, за последнее время я так и не научилась поступать правильно.

— Я вовсе не хотела играть твоими чувствами. Мне правда нужно было время, чтобы во всем разобраться и еще раз убедиться в своем выборе. Затем пришлось придумывать, что и каким образом сказать вам. На этой неделе у меня было достаточно забот, — пытаюсь оправдаться я. — Если бы Ребел не пришел ко мне в квартиру, я наверняка до сих пор не дала бы ответа ни одному из вас.

— А если бы в твою квартиру пришел я? — допытывается Рансом. — Неужели ты обслуживала нас в порядке живой очереди? Неужели я упустил свое время?

Его слова бьют наотмашь.

— А вот язвить необязательно. Мне тоже нелегко.

— Ага, потому что до тебя только сейчас дошло, как жестко ты облажалась, — Поднявшись на ноги, Рансом снова надевает очки, отгораживаясь от меня. — Ты приняла решение, и я вынужден с ним считаться. Могу лишь пожелать удачи, с моим братцем она тебе еще пригодится.

Высказав все, мужчина уходит, а я остаюсь сидеть, уставившись на детскую площадку и гадая, какого черта мне делать дальше. Кажется, я поторопилась с выбором и вконец все испортила. Уронив голову на руки, я закрываю глаза и погружаюсь в свои мысли до тех пор, пока солнце не начинает клониться к закату и не стихают детские крики. Потом я беру себя в руки, встаю и отправляюсь домой.