Бог ты мой, какой же это бесчувственной сволочью нужно быть, чтобы осознанно вылавливать магических животных для продажи помешанным на золоте извергам? А там ведь, наверняка, и не только опасные, но и ни в чём не повинные создания…

- Мы пришли, - выдернул из размышлений вампир, и я переместила взгляд на прилавок со множеством замагиченных предметов.

Их сила звала, манила, притягивала и всё это было так необычно и странно для меня, что невольно и только для себя перешла в состояние эльфийки. Глаза с непривычки резануло разноцветными и яркими аурами артефактов.

И почему каждый их создатель считает себя обязанным непременно поделиться всей гаммой своей ауры и насыщенностью силы? Неужели нельзя скрыть? Или это такой вид пиара?

- Ищите что-то определённое? – заулыбалась темная эльфийка, и я вдруг поняла, что та мания к артефактам — это вовсе не моя внутренняя озабоченность, а банальная и предсказуемо запрещённая магия привлечения.

- Да, - ответил вместо меня Рик, пока я недоверчиво всматривалась в магические предметы.

А вдруг она сумела и на них какую-нибудь магию нацепить? Артефакты-то разные бывают…

- Что именно? – так же любезно осведомилась эльфийка, попеременно бросая взгляд с вампира на меня.

- Есть ли у вас что-нибудь из артефактов «материнского покоя» и «обручей раба»? – задала интересующий вопрос, с замиранием сердца ожидая ответа.

Всё-таки это моя первая незаконная покупка такого масштаба.

- Конечно, - любезно отозвалась девушка в предвкушении навара и, ловко скользнув под прилавок, извлекла на свет ничем ни приметные на вид украшения.

- Из артефактов «материнского покоя» осталась только цепочка. - Она аккуратно приподняла серебряную цепь с маленьким кулончиком ангела. – Достаточно сильный артефакт. Предотвращает все попытки подопечного вам соврать или сделать что-либо против воли истинного владельца кулона.

- Что с привязкой? – без особого интереса уточнил Рик.

- Всё просто, - поспешила ответить на вопрос покупателя эльфийка. - Истинным владельцем станет тот, кто наденет цепочку. Не рвется, не чернеет и снимается только по желанию истинного. Так же хочу заметить, что истинных владельцев может быть несколько, - с улыбкой на губах продолжала расхваливать товар тёмная. – Здесь всё зависит от пожелания первого истинного, если, например, владелец скажет подопечному слушаться дядю, бабушку, друга, он не сможет проигнорировать их приказы. Тут важно назвать имя или показать того, к кому хотите сделать дополнительную привязку.

- Ясно, - коротко подвела я итог. – А что с «обручами раба»?

- Их у нас несколько видов, - быстро перешла к следующим предметам эльфийка, никак не отреагировав на сухой ответ. – Есть кольцо, браслет, цепочка, ошейник. Привязка действует по такому же принципу, единственное, Хозяин тут может быть только один. Безусловное подчинение во всём. Любое слово Хозяина – закон. Любое слово раба, как не снимаемое проклятие для него же. То есть он не сможет сказать «да, сейчас» и не сделать этого сейчас же. - На мой вопросительный взгляд девушка профессионально пояснила: – В артефакте заложен неизменный закон послушания, любое неповиновение равносильно адским мукам раба, убрать которое может лишь Хозяин. Также он не может вам соврать и причинить какой-либо вред. «Обруч раба» снимается только Хозяином и может быть впоследствии надет на кого-то ещё по новой привязке.

- И сколько стоит это добро? – решила я уточнить, беря в руки простенький серебряный браслет с тёмной аурой вампира внутри и довольно сильной, яркой магией снаружи.

- Всего пятнадцать золотых, - почти небрежно отозвалась эльфийка. – Все остальные от семнадцати до тридцати.

Я удовлетворенно кивнула, пододвигая к себе браслет.

- А цепочка «материнского покоя»?

- Десять золотых.

- За двадцать возьму оба, - решительно заявила я, - и тот маленький нюанс о необходимости Хозяина постоянно пить кровь раба, который вы, наверняка, случайно упустили в разговоре, я забуду.

Девушка на мгновение изумлённо-недоверчиво замерла.

Ну ещё бы. Ведь только эльфы с определёнными знаниями могут заметить эту маленькую оплошность или же специальную привязку вампирской сущности к силе артефакта. Как хорошо, что Серж научил меня отделять ауру от силы. Пусть он мне и не дал пойти на факультатив артефактора, но сам с радостью там обучался, и временами мы вместе зависали за его домашними заданиями.

- Хорошо. - Тёмная эльфийка вновь улыбнулась, будто и не было этого прокола. – Вам завернуть в антимагийный платок?

- Конечно, - деловито кивнула я, доставая из сумки монеты Сержа.

После длительных уговоров он-таки щедро поделился со мной тридцатью монетами. А ведь у меня ещё были и свои! Верну почти половину…

Когда мы довольно далеко отошли от лавки артефактов и зашли в ближайшим переулок, чтобы выйти с территории чёрного рынка, меня довольно нагло остановил Рик.

- И как это ты узнала о привязке к вампиру? – прищурив глаза, спросил друг.

Я загадочно улыбнулась, припоминая гравировку на более изящном ошейнике.

И не боятся они так открыто говорить о своей нелегальной деятельности? Хорошо хоть на обратной стороне написали…

- Из его инициалов на одном из артефактов. И не спрашивай откуда именно я о нём слышала - не помню.

- И вот на таких зыбких основаниях ты вот так просто и легко провернула такую авантюру? – недоверчиво уставился на меня вампир.

- Да, я рискованная, - небрежно отозвалась я, не горя желанием посвящать его в свои тайны. – А что-то не так?

- Да, с твоими секретами.

Глава 4. Время мести

И суетятся кругом существа.

День перед балом загружен сполна,

Но отдохнуть время всё же есть.

Вот только кому-то достанется месть.

- Что ты сделала?! – перебил меня Серж, искренне недоумевая.

- Я ему рассказала, - повторила уже сказанное, и виновато закусила губу. – Ну а что мне оставалось? – тут же вскинулась я. – Не рассказывать же ему, что я охотница на ведьм, пусть и бывшая? Или, быть может, вообще стоило рассказать о снах? Своих предположениях? Или о пророчестве? У меня не так уж и много секретов. И кровь эльфа не такая уж и откровенность по сравнению с другими…

- Но он же может заинтересовать тобой! – не отступал от своего друг и Смотритель. – А это может вывести и к пророчеству. Тебе оно надо?

- Нет, - согласилась я и выдала главный аргумент: – и именно поэтому я взяла с него клятву о неразглашении моего секрета.

От неожиданного заявления эльф даже поперхнулся.

- А сразу ты, конечно же, сказать этого не могла?

- А когда? – возмутилась я. – Ты ведь не дал даже договорить.

Посмотрела на друга и снова виновато потупилась.

И как он умудряется постоянно так легко взывать к почти задремавшей совести? Определённо дар…

- Ну хоть до этого додумалась. - Эльф тяжело вздохнул и устало приземлился к Стелке на кровать.

На последний вечер перед балом она, видимо, решила не приезжать вовсе.

- Я не знала, что ему ещё можно было рассказать, - покаялась я, присаживаясь рядом. – Может мне можно было вообще ничего не рассказывать? Я ведь тогда никаких обещаний не давала…

- Можно, - подтвердил промах друг, и я недовольно скривила губы. - Вот только что-то тебе всё равно пришлось бы давать взамен.

Я вопросительно приподняла бровь.

С чего бы это?

- Просто так на чёрный рынок не пропускают, - хмыкнул эльф. – Знала ли ты, что он на десять дней взял на себя ответственность за нарушение законов рынка, так как засвидетельствовать тебя в посвящении в тайны их закрытого мира пришел только он один?

- Зачем? – изумилась я. – А если я проболтаюсь? Или может захочу ему за что-нибудь отомстить и специально нарушу и правила? Он что, дурак? Мог бы привести ещё кого-нибудь. И почему не сказал ничего?

- Без понятия, - ответил Серж на все вопросы разом. – Быть может заранее всё просчитал. - Эльф задумчиво нахмурился. – Если бы ты вдруг заупрямилась отвечать сразу, то уже после того, как обязанность за тебя упала на его плечи, отказать ему в просьбе у тебя бы не получилось. Поэтому, наверное, пришел один и ничего не сказал. - Друг усмехнулся. – Внимательный…