Ангел вылечил ее сердце.

Вернул улыбку и заставил снова чувствовать себя живой.

Это было то, что Эдвард видел сейчас? Возбудил ли Аполлион в ней чувства счастья и страсти, которые тот хотел от нее? Она не могла отдать их ему. Эдвард никогда не заставлял Серенити чувствовать себя так, как Аполлион.

Серенити посмотрела через плечо на Аполлиона, прямо в синие глаза Ангела и увидела в них его чувства. Тот же самый взгляд, который был там раньше, когда они были на кухне, сверкал в их глубинах и он тогда сказал, что был один слишком долго. Ангел больше не хотел быть один.

Он хотел быть с ней.

Все это казалось таким невозможным, таким нелепым, но она тоже хотела быть с Аполлионом и в своем сердце Серенити знала причину почему.

Она влюбилась в него.

Она влюбилась в Ангела.

Серенити посмотрела на Эдварда и отступала назад до тех пор, пока снова не уперлась в тело Аполлиона. Он обхватил ее сзади своими сильными руками, сцепив их под ее грудью и прижал девушку вплотную к себе так сильно, что Серенити почувствовала, что Ангел не отпустит ее. Она не хотела Эдварда. Девушка хотела, чтобы Аполлион держал ее вечно.

— Я больше тебя не люблю, — сказала она Эдварду и покачала головой. – Надеюсь, что сейчас ты чувствуешь себя так же паршиво, как и я тогда.

Она закрыла глаза, когда Аполлион поцеловал ее обнаженное плечо.

Эдвард начал оскорблять ее и Аполлион прижал Серенити ближе к себе. Она искала утешение в его объятиях, открыла глаза и прокляла Эдварда в своих мыслях и сердце. Девушка не была достаточно храброй, чтобы наложить реальное проклятие, и покарать его, как хотел Аполлион, но ей удалось наслать на него несколько заболеваний, передающихся половым путем, отчего она почувствовала себя значительно лучше и остановилась.

Серенити холодно взглянула на Эдварда. Тот посмотрел на нее, а потом на Аполлиона.

— Ты сделал это с ней, — бросил он Аполлиону и его глаза потемнели от гнева. – Ты изменил ее.

— Я только сделал Серенити счастливой. – Аполлион поцеловал плечо девушки еще одним легким поцелуем. – Это все, что я хочу для нее.

Взгляд Эдварда снова встретился с ее взглядом.

– Думаешь, он любит тебя? Я знаю этот тип парней, Серенити, и как только ему станет с тобой скучно, он перейдет к кому-нибудь получше.

Серенити освободилась из рук Аполлиона и подошла к Эдварду.

— Он совершенно не похож на тебя. – Она выдержала его взгляд, не боясь темноты в глазах мужчины и чувствуя себя в безопасности рядом с Аполлионом. Было обидно, что Эдвард говорил такие вещи об Ангеле, пытаясь настроить Серенити против него и посеять семена сомнения. Аполлион никогда не предаст ее. Он видел, какую сильную боль причинил ей Эдвард и пришел забрать эту боль и в тоже время заставил Серенити чувствовать себя более любимой, чем когда-либо.

Эдвард выглядел так, как будто собирался что-то сказать, а потом ушел.

Серенити повернулась, шагнула в объятия Аполлиона и посмотрела на него. Он положил свои руки на ее, а потом обнял девушку и крепко прижал к себе.

— Думаю, я причинила ему достаточно вреда. Пойдем домой, — сказала она.

В глазах Аполлиона был взгляд, который ее расстроил. Его глаза были синее, чем обычно, и радужка, казалось, была ярче, когда она смотрела в них, пока глаза Ангела не засверкали. Его челюсть напряглась и Аполлион посмотрел поверх ее головы в сторону стола Эдварда.

— Пока нет, — пробормотал он и отодвинул девушку в сторону.

Серенити снова встала перед ним, вытянув руки вперед, чтобы перекрыть Ангелу путь.

– Что ты делаешь?

— Мщу. – Ангел посмотрел на девушку сверху вниз. – Не беспокойся. Я решу это смертным путем и со смертной силой. Мои силы ограничились в тот момент, когда я решил сразиться с человеком.

Серенити все еще не нравилось, как это прозвучало, и она не собиралась позволять Ангелу вступить в драку из-за нее. Девушка не сомневалась, что Аполлион будет лучше Эдварда, но не хотела, чтобы все дошло до насилия. Эдвард знал, что должен был оставить ее в покое и знал, что боль, через которую она прошла, была из-за него. Это не должно было сводиться к драке.

Аполлион уклонился от девушки, когда она попыталась схватить его за руки, и прошел мимо Серенити, направляясь прямо к Эдварду, находящемуся по другую сторону тускло освещаемого клуба. Мужчина стоял там, когда к нему подошел Аполлион и Серенити старалась не отставать от Ангела, пробираясь сквозь официанток и клиентов.

Прежде чем Эдвард смог остановиться, Аполлион ударил его правым кулаком, попал мужчине в челюсть и тот упал на пол.

Серенити ахнула и уставилась на Эдварда, боясь того, что Аполлион ошибся в своих силах и серьезно его ранил. Эдвард застонал, потер щеку и поднялся на ноги.

Драка началась прежде, чем Серенити смогла вмешаться. Эдвард бросился на Аполлиона, который уклонился от его удара и крепко ударил мужчина слева. Эдвард отшатнулся назад, а Аполлион продвинулся вперед, и по сравнению с его внушительным внешним видом, Эдвард стал выглядеть еще меньше.

Крылья Аполлиона закрыли Серенити обзор на его следующую атаку. Она не хотела смотреть, но не могла оторвать взгляд от того, как они дрались, падали и хватались друг за друга. Друзья Эдварда, похоже, тоже не знали, что делать. Они все стояли в стороне, толпясь за столом, и женщины, которые их развлекали, тоже исчезли.

Серенити повернулась к дверям клуба, когда почувствовала опасность. К ним шли трое здоровенных мужчин, одетых в черную униформу. Охрана. Девушка как раз вовремя повернулась назад, чтобы увидеть, как Аполлион ударил Эдварда в живот правой рукой, от чего тот скорчился, а затем Ангел ударил противника в челюсть левым кулаком.

Эдвард упал на грязный пол клуба и лежал там с закрытыми глазами.

Охрана схватила Аполлиона прежде, чем девушка смогла добраться до него, и вывела Ангела из клуба. Серенити осмотрела его и ее глаза расширились, когда она увидела кровь на лице Аполлиона. Зачем? Она отомстила. Эдвард достаточно пострадал и знал, какую сильную боль ей причинил. Это все, чего девушка хотела.

Да. Все, что она хотела.

Этот кровавый беспорядок, порожденный насилием, был тем, чего хотел Аполлион. Он отомстил за нее.

Она взглянула на Эдварда, туда, где тот лежал без сознания на полу. Они отомстили Эдварду. Серенити не могла злиться на Аполлиона. Он дрался с Эдвардом только потому, что что-то чувствовал к ней и хотел защитить, чтобы убедиться, что Эдвард оставил ее в покое.

Ангел был храбрее, чем она. В своем сердце она хотела навредить Эдварду и наказать его, и Аполлион сделал это для нее, а Серенити была рада тому, что он так поступил. Ангел защитил Серенити и ясно выразил свои чувства к ней.

Эдварда окружили его друзья, она отвернулась и пошла к двери.

Когда девушка вышла из клуба, ночь была еще теплой. Аполлион стоял на тротуаре, в нескольких шагах от троих мужчин, охранявших вход в клуб. Серенити почувствовала его волнение и желание. Он был не доволен. Ангел хотел драться с Эдвардом дальше.

Аполлион поднял глаза вверх, когда она подошла, а затем отвернулся. И когда Серенити положила ему на плечо свою руку и провела ею по телу Ангела, тот взглянул на нее. Девушка нахмурила брови, когда увидела на лице Аполлиона царапины. Он не лгал ей. Небеса лишили Ангела силы, когда он решил напасть на смертного, оставив ему только человеческие возможности. Эта сила вернулась сейчас, вливаясь в тело Серенити через ее руку в том месте, где та лежала на теплой обнаженной коже Аполлиона.

Серенити подняла вторую руку, приложила ее к щеке Ангела и взглянула в его темные глаза. Сумрак скрывал цвет глаз Аполлиона, но что-то подсказывало ей, что они все еще светлы и полны горящей в них энергии, как и в клубе. Она удерживала взгляд Аполлиона и сосредоточилась на нем, на ощущение его боли в тех местах, где он был ранен, чтобы смочь излечить. Раны на лице Ангела медленно затягивались, оставляя только кровь.

— Спасибо. – Аполлион схватил руку Серенити и крепко сплел свои пальцы с ее. Он прошел немного вперед, а затем остановился в начале площади в конце Елисейских полей.