— Что? — Ми вздрогнула. Я сообразил, что пока мы отвлеклись, девушка продолжала безучастно‍ ​глядет​ь вслед д​​авно ушедшим парням, и со стороны это могло выгля‍деть… неоднозначно. — Нет-нет, ты всё неправильно поняла! У меня… уже есть тот, кто меня ждёт.

— А, ну тогда всё нормально, — сразу же успокоилась африканка. — А то тут у некоторых нравы… больно витиеватые, да. Не так спросила, не так посмотрела — и уже парня отбила. А парень даже не догадался. У нас, у зулу, если девушке нравится парень, то она подходит к нему и так и говорит: «Ты мне нравишься, да. Давай встречаться.» А если парень хочет переспать, то так и говорит: «Ты красивая, я красивый, пойдём сделаем секс, ай нам хорошо будет сейчас, да!»

— Вот так, просто? — и суккубу, и меня покоробило от представленной сценки.

— Ну, не всегда просто, — охотно пустилась в объяснения негритянка, — девушка может сказать: «давай, но с тебя ужин», или «хочу бусы и колечко». Или если резинок у парня нет — тоже откажется и будет права. Зачем спать с парнем, который сначала чуть-чуть подумать не захотел? Совсем дурной, значит. Даже если красивый, да.

— И что, к тебе тоже подходили? — с неожиданным интересом спросила до того по обыкновению молчавшая Куроцуки.

— Изредка, — поморщившись, призналась честная Иге, — но я их всех посылала.

— Потому что некрасивые были? — с удивительной бестактностью продолжала допытываться японка.

— Потому что отмороженные, — потомственная шаманка дёрнула плечом. — Такие, как Клавель, только совсем больные на голову.

— А остальные?

— А остальные боялись, — девушка хмыкнула. — У нас все знают: не понравится чего мужчине-шаману — возьмёт и проклянёт. А с женщиной и того х‍у​же. Да​же если в​​сё понравилось, но случайно ребёнка заделал — та ‍скажет: «давай, женись». Не женится — проклянёт, да так, что парень сам приползёт, если успеет. А женится — что за жена такая будет, если мужем как хочет будет помыкать? Совсем плохая жена будет, да. Потому умные ко мне не подходили, нет. Думала: может, в школе кого найду? Но пока что-то не везёт, нет.

Иге постояла, убедилась, что больше вопросов нет, непринуждённо кивнула на прощанье и ушла к своему коттеджу, оставив собеседниц и меня переваривать внезапное откровение.

— И так бывает…

— И не говори, — Ми тоже была под впечатлением от услышанного. — Вот уж не думала, что у Иге могут быть такие проблемы. Она красивая и необычная, от поклонников отбоя быть не должно. Меня уже раз пять на свидание пытались пригласить, и записки в парту через день подкладывают… Ой, извини!

— Да нет, я же говорю — ничего удивительного. Странно было бы, если было наоборот, — я попытался задавить иррациональное чувство злой ревности или хотя бы отсечь его от телепатического канала. Но эмоции никак не хотели подчиняться: уж очень сильны они были. Кажется, я много чего пропустил, пока готовился к сессии и сдавал её.

— Я раньше не говорила, чтобы не отвлекать тебя, — подтвердила Ми, — но не волнуйся, я смогу постоять за себя. Благодаря тебе моя магия работает, а если шарма будет недостаточно — Марила научила меня нескольким ударам. И ещё палкой, то есть мечом…

— Марила? — я удивился, — не Абрамов?

— Олег Валентинович меня только по физкультурным упражнениям пока гоняет, — тоскливо вздохнула суккуба. — Говорит, на каникулах попробует заняться моей подготовкой плотнее, когда большая часть учеников разъедутся. А они уже скоро — с двадцатого июля[38].

— Ясно, — мне всё-таки удалось загнать свои непослушные эмоции «под коврик». Умом я понимал, что произошло: куча незнакомого между собой народу, молодых парней и девушек примерно поровну, оказалась вместе на одной территории. Сначала всем было непривычно, но потом подростки пообвыклись — и осмелели. Ну и разумеется, мимо статной золотоволосой красавицы пройти было трудно. Никто ведь кроме учителей и подруги не знает, что Мирен — суккуба, а то бежали бы, как от огня. Последняя мысль помогла мне окончательно успокоиться и вернуть мысли в конструктивное русло.

То, что мне так не терпится обозначить для себя и других, что одна исключительно прекрасная девушка давно и прочно занята — это хорошо. Великолепная мотивация всё-таки — найти доступ к транспортной сети Перевозчиков и воспользоваться ей — раз уж я, как выяснилось, маг. Мне-то, в отличие от Ми, восемнадцать исполнится уже через полгода — как раз в конце января. Ну а полгода как-нибудь потерплю. И, пока есть возможность, буду почаще подключаться к подруге. Хотя бы так буду с Ми рядом, раз по-другому пока никак.

— Сын, там картошку окучить надо. Помочь не хочешь?

Интересный вопрос, папа. «Не хочешь ли ты покинуть любимое ещё с пятилетнего возраста уютно продавленное кресло и пойти горбатиться на, с позволения сказать, „огороде“, заменяя собой почему-то отсутствующий мотокультиватор? Махать тяпкой, обливаясь потом, на самом солнцепёке, причём у меня есть весьма весомые сомнения в конечном результате?»

— Конечно, давай помогу, — выбрался из мягкого плена я. Тяпка — это не только теоретические два ведра к‍о​рнепло​дов с одн​​ого картофельного куста, но и реальная замена шта‍нги, гантелей и ещё полудюжины спортивных снарядов. После того, как я ознакомился с текущей спортивной программой Мирен, ограничиваться пробежками по утрам и махами руками-ногами мне стало откровенно стыдно.

За три месяца успехи суккубы впечатляли: «колечко» школьного стадиона она теперь брала, даже не запыхавшись! Вот удержать темп в течении десяти кругов уже было сложнее — но Ми делала это на каждой физре. И ещё пять кругов утром и вечером каждый день. А также упражнения на растяжку и выносливость, которыми демонессу загрузил Абрамов уже в рамках подготовке к обучению борьбе. Кроме того, моя подруга теперь ещё и махала палкой вместе с Марилой — та сдержала своё обещание. По реакции польки получалось у Мирен пока не особо, но… Я читал, что профессиональные спортсмены тренируются от шести часов в день — и в сумме у Мирен получалось лишь немногим меньше. Теперь, если мы вместе побежим куда-то, ещё неизвестно, у кого первого появится одышка!

В общем, я безропотно впрягался каждый раз, когда родителям приходило в голову заняться чем-нибудь этаким: клубнику прополоть там, оборвать листья со смородины, поражённые паутинным клещом, или чего-нибудь вскопать, покрасить или, наоборот, от краски зачистить шкуркой. На худой конец — заменить собой отчего-то забарахливший насос, перетаскивая в бак летнего душа по тридцать вёдер колодезной воды. Незабываемый летний отдых, правда? А некоторые так каждое лето «набираются здоровья и сил на зиму», брр!

Впрочем, в «невероятных дачных приключениях‍» винов​ат был, п​​о большому счёту, я сам. Не замечал этого раньше,‍ но — факт остаётся фактом — получается, раньше большая часть родительского быта была так или иначе связана со мной. Переехав же на съёмную квартиру, я, сам того не ожидая, развязал отцу и матери руки. Результат не заставил себя ждать — ощутив некую неявную пустоту в своей жизни, они пустились «во все тяжкие». В смысле — начали воплощать то, что откладывали раньше по разным причинам. Например, тот же огород, чтоб ему пусто было: раньше на месте клубники, парника с огурцами и грядок с кабачками-луком-чесноком была лужайка. Максимум приложенных усилий — пройти газонокосилкой, надуть бассейн и поставить мангал. Но теперь нет — теперь настало время сельскохозяйственного подвига! Эту бы энергию, да в мирных целях…

В принципе, ехать с родителями на дачу было не обязательно. Как бы они не зазывали, это всё же было приглашение на совместный отдых, а не приказ явиться на рабочее место. В конце концов, можно было просто воспользоваться шармом… Последнее соображение и перевесило: раз уж я решил прибегать к способности Ми лишь в самых крайних случаях — то так и надо поступать. Пожить две-три недели вдали от Москвы само по себе неплохо, ну а предки за это время удовлетворят потребность в общении с чадом. Всем хорошо. А ещё — как бы это странно ни звучало — мне банально было нечем заняться.