Джессике показалось, что с того времени, как Филип наехал на Кристофа, рассказав о нападении, отношение некоторых ее коллег стало менее агрессивным. Самым заметным было изменение поведения того, кто ни разу не упустил момента, чтобы не подковырнуть девушку сальной шуткой. На самом деле уже несколько дней Себастьян не сделал ни одного неприличного комментария. Он и не разговаривал с ней тоже, но по крайней мере не повторял ненавистных атак.

Соня тоже подтвердила это впечатление. Она рассказала Джессике, что во время перекура разговоры о начальнице шли довольно часто, но уже не ради насмешек или критики.

— Только Селин продолжает говорить гадости. Она говорит, что ты разыгрываешь из себя жертву, чтобы всех нас надуть, а особенно Кристофа. Но со времени фискального контроля и всего того, что ты сделала, чтобы спасти задницу Арно, парни относятся к тебе намного лучше. Себастьян, скорее всего, никогда этого нее признает открыто, но он оценил то, что ты сделала для его дружка.

— Я защищала фирму, а не его.

Соня понимающе улыбнулась:

— Отчасти, конечно… В любом случае, эта поездка с тобой, Кристофом и Селин обещает быть интересной. Хотелось бы мне оказаться маленькой мышкой.

— Если хочешь, я могу уступить тебе свое место. У меня нет никакого желания туда ехать.