Бах! Винтовка грубовато, но любя, толкнула снайпера в плечо, но благодаря малому увеличению он не выпустил цель из виду и с удовольствием заметил, как в облаке розовых брызг слетел наземь тюрбан с головы пулеметчика. Оставалось просто быстро бежать и не оглядываться. И они побежали, при этом Гвоздь успевал плотно, но экономно поливать свинцом противника, а Рубик и Крот поддерживали их огнем уже с новой позиции. По ним стреляли все, кому не лень, но без пулеметчика это было не столь опасно. Бережно сжимая драгоценную винтовку, командир спрыгнул в расщелину, а за ним как-то не слишком аккуратно сполз и Гвоздь. Все бойцы сразу увидели, что он морщится от боли и поджимает ногу, но на смертельно раненого он тоже не очень похож.

— Зацепили, суки, — прохрипел он, больше от злости, чем от боли. — Нет, ну вот же суки!

Оказалось, что Гвоздь словил пулю по касательной в бедро, и от серьезной раны, если не считать адского ушиба, спасли армирующие накладки. Тоже мало приятного, но после укола и быстрой перевязки он вполне мог сражаться дальше, хоть и без спринтерских забегов. Можно сказать, что группа передислоцировалась с минимальными потерями.

— План был зашибись, — устало повторил Гвоздь, на всякий случай поправляя съехавший наколенник. — Что теперь, командир?

Тот и сам бы хотел это знать. По крайней мере, обороняться сейчас будет полегче, но чтобы идти вперед, и речи быть не может.

— Нужно дождаться вертушек, — четко рассудил командир. — И сразу после их удара рвануть вперед и скинуть духов с перевала. Иначе нас дожмут.

Все понимали расклад. Как и то, что штурмовать перевал, поднявшись во весь рост навстречу огню, должны трое, а кто-то один со снайперской винтовкой останется прикрывать. И все знали, кто в группе самый лучший снайпер, но никто не сомневался, каким будет приказ.

— Гвоздь, держи винтовку, — сказал командир, и боец молча послушался.

Никто не спорил и не разыгрывал сцен. Раз Гвоздь словил пулю, значит, не сможет быстро бежать. А раз не сможет бежать, то будет прикрывать тех, кто сможет. А стреляет Гвоздь не сильно хуже командира, и остальные тоже не лыком шиты. Иначе нельзя, командная игра. И снайпер, скорее всего, уцелеет. А сколько из троих «нападающих» останется лежать среди этих проклятых камней, не знал никто. Но приказ отдан, план утвержден, и все остальное сейчас не так важно.

С другой стороны, подумал командир, винить некого. Почему-то год назад ему захотелось вернуться в эти горы. Казалось бы, прикладной электронщик, кандидат наук, совладелец серьезной фирмы. Что еще нужно? Пошел и снова подписал контракт, для начала на год. Боевой работы в этих краях навалом, военное ведомство от такого подарка готово ему ноги мыть и воду пить. С другой стороны, и собственные новинки недурно бы проверить самому. И вся группа оснащена техникой, сделанной на его фирме. Связь, акустика, прицелы, все как положено, предсерийная партия, наполовину ручная сборка. Уж за это можно быть спокойным.

Может, он сам за это время нюх потерял? Забыл об осторожности, без которой здесь не выжить? Нет, все сделано правильно. И ребята у него самые лучшие, проверенные, поэтому нужно непременно выбраться и завершить задание! Собственно, и задание тоже выполнено, лагерь бородачей после почти безнадежных недельных поисков найден и вместе с якобы мирным кишлаком стерт с карты, причем самым радикальным образом. Вот поэтому их теперь так решительно не хотят выпускать обратно. Нужно вернуться, и победа будет полной!

— Командир, тут какая-то херня! — ошалело доложил наблюдавший за противником Крот, забыв про устав.

Это выглядело, будто воздух внезапно сгустился и поплыл, клубясь белыми полупрозрачными вихрями. Не очень похоже на туман или на любое явление природы, которое им приходилось встречать, но видимость упала метров до пяти. Душманы тоже оценили новизну явления и открыли беглый огонь непонятно по кому. Бойцы, не желая пропустить подвох, тщетно всматривались в белую муть, но сюрприз подкрался к ним с другой стороны.

— Мужики, вы чего? — раздался спокойный женский голос. — Тумана никогда не видели?

Проступивший из «тумана» силуэт превратился в эффектную молодую даму в закрытом черном комбинезоне незнакомого, но явно изощренно-утилитарного покроя. Длинные черные волосы собраны в тугой хвост и убраны за шиворот, от греха. Яркие карие глаза чуть прищурены, руки скрещены на груди. За ее спиной плотно приторочен небольшой рюкзачок, не стесняющий движений. На ремне через шею висит какое-то футуристическое орудие убийства, рука аккуратно и расслабленно придерживает цевье. И что самое удивительное, внезапная гостья просто светится спокойствием. Четверо вооруженных бойцов не то, чтобы растерялись при виде дамы, но слов в первый момент не нашли. Подчиненные с надеждой посмотрели на командира, мол, уж он-то у нас голова! Но и командир сразу не нашелся, что сказать. Такого с ним на войне еще не было.

— Какого хера, командир? — наконец, высказал общее мнение Гвоздь.

— Если ты видишь брюнетку, то это не глюк, — успокоил товарища Крот. — Но какого хера?!

Одинаковая фраза, но как по-разному произнесена! Гвоздь просто ляпнул все, что думал, притом сразу и ничего не скрывая. А Крот, физически самый сильный в группе, словно перед школьной училкой оробел, и даже автомат слегка опустил. Хотя, на пару сантиметров всего…

— Короче, я запарилась вас искать, — объявила дама все с тем же спокойствием, видя, что никто не хватается в спешке за оружие. — Но вы вчетвером такой след из трупов оставили, что найти вас было вопросом времени. Я корреспондент школьной стенгазеты, интервью запишем потом, а сейчас надо скинуть этих с перевала до подхода вертушек. Я вам помогу.

— Вот как, — скептически нахмурился командир, и не удержался от добавки: — Чувствуется тактический гений. А почему до подхода вертушек, а не после?

Взгляд дамы вдруг стал смертоносным и прожигающим насквозь.

— Потому что у них Стингер, — отрезала она. — И два гранатомета. И летунам лучше просто так не приближаться. Понятно? И пулеметов тоже два.

Вот это уже было гораздо серьезнее. Втроем идти в атаку на два пулемета это уже самоубийство без смягчающих обстоятельств. Но как поверить этой внезапной гостье? На подставу противника тоже не похоже, просто в голове не укладывается, зачем нужны такие сложности, когда их и так скоро перебьют всех до одного. Точнее, они так думают.

— Положим, все так и есть, — спокойно ответил командир. — Но почему мы должны вам верить?

Взгляд брюнетки неожиданно смягчился и она даже усмехнулась.

— Зачем верить? — пожала она плечами. — Сами посмотрите, пока я завесу держу. У вас есть живой «ночник»?

— Две штуки, — машинально ответил хозяйственный Рубик, но наткнулся на осуждающий цык командира.

— Кто-нибудь, наденьте ПНВ, — посоветовала дама. — И я покажу, что можно увидеть через мою завесу.

Командир крепко задумался. Абсурдность этой ситуации не давала покоя. И уж больно спокойно вела себя гостья. Если «туман» это ее рук дело, то тут уже какое-то форменное колдовство. Как можно такое создать? И как можно видеть в таком тумане? Уж ему в этом полагалось разбираться, но у него не было ни малейшего представления о том, что происходит. А еще, ему не хотелось упускать инициативу. Хотя, эта странная дама, кажется, понимает эту проблему и терпеливо ждет его распоряжений. В конце концов, ничего не теряем. Почему бы не проверить? Только приказать он своим ребятам не сможет, так что, придется самому.

Командир молча вытащил из вещмешка ПНВ, активировал его и поднес к глазам, чуть высунувшись из-за каменного выступа. Никто не стрелял, что было не удивительно, в такой мутной субстанции. Прибор поначалу тоже не показывал ничего, кроме одноцветной мути, но потом вдруг что-то изменилось, и на картинке четко проступил контур горы. И ярко-красные фигурки на самом краю, у перевала. Он мгновенно отыскал уже знакомый пулемет, и убедился, что на смену убитому душману встал следующий.