Из ее горла вырвался скрипучий смех. Мне очень он не понравился. Я хотел прекратить это. Хотел вернуть сестру, а не эту злую незнакомку, сидящую напротив меня.

— Понравится ли тебе это? — Она поднялась напротив меня. Я продолжал сидеть. — Хочешь знать, что Росвита пообещала мне? Свободу и власть.

Я многозначительно посмотрел на ее наручники, и она засвистела вместо ответа. Охрана поспешила к нашей камере.

— Отстегните, — приказала она, и они немедленно исполнили. — Я иду к Росвите. Следите за ним. — На этом она вышла из камеры.

— Какова цена твоей свободы? — Я наклонился вперед и сжал решетку, когда охранники закрывали железные двери.

Роми развернулась.

— Росвита хочет корону. Я сказала ей, что будет полезно использовать меня в качестве приманки. Я сказала, что вместо меня, второй любимицы, она может получить настоящую ценность — тебя.

— Ты подставила меня? — Скептицизм вылился наружу и сменился горечью разочарования.

Она триумфально вздернула подбородок.

— Я знала, что это был ты, когда Гензель явился за мной. Я говорила Росвите, что ты попытаешься спасти меня, и они смогут поймать тебя.

— Ты вправду думаешь, что она собирается дать тебе власть, потому что теперь у нее есть я? Ничто не помешает ей отказаться от своего слова.

— Да, ничто. — Губы Роми изогнулись в злобной улыбке. — Увидеть меня на стороне ведьмы, ранит мать сильнее, чем если бы она узнала, что я умерла.

У меня заледенело внутри. Кем была эта жестокая незнакомка? Куда делась моя милая сестра?

— Ты не можешь этого сделать, Роми! — прокричал я вслед ее исчезающей фигуре. — Это убьет мать!

— Она уже давно умерла для меня, — ответила Роми без эмоций в голосе.

27. Гретель

В то время как я ждала, когда смогу увидеть или услышать Стефана, мои мысли неслись от худшего до лучшего сценария развития событий. Удалось ли ему? Или он не смог? Может, он ранен? В безопасности ли Роми? Почему он еще не вернулся?

Я пыталась убедить себя в том, что то, что я не видела, как Стефан и Роми убегают, было хорошим знаком, и что сейчас они далеко в Черном Лесу. Если бы Росвита обнаружила Стефана, уже давно включили бы тревогу, верно?

Несмотря на мои попытки быть оптимистичной, каждая минута казалась чистой пыткой. С каждым прошедшим часом меня охватывало все большее отчаянье по поводу возвращения Стефана. Лишь одна вещь сдерживала, чтобы не пойти в лес на его поиски — вероятность того, что что-то бесповоротно пошло не так, и его поймали. Но это маловероятно, так ведь? Он был генералом. Он знал, что делает.

Слуха достиг звук гонга, и я затаила дыхание. Росвита собиралась делать объявление о том, что ее заключенная сбежала, или о том, что у нее Стефан. Я отклонилась от дерева, на которое облокачивалась, и отряхнула штаны. Я не смела возвращаться в дом, где мы жили, потому что там меня могли дожидаться миньоны. Сейчас я пряталась среди них и направлялась к центральной площади. Я шагала с ними в ногу, и чтобы походить на них, налепила на лицо выражение любопытства, в то время как сердце бешено колотилось, а ладони потели.

Не желая привлекать внимание, но пытаясь увидеть, что происходит, я выбрала место в среднем ряду. Впереди стоял Гензель рядом с Росвитой, которая была одета в черное платье с серебристой бахромой, которая подчеркивала ее долговязую фигуру и развевалась на ветру, придавая ей вид мертвого пугала.

— Сегодня я обнаружила незваного гостя у себя в особняке, — начала ведьма, и меня объяла паника. Мне стоило развернуться и уйти. Вместо этого, я приросла к месту, на котором стояла, колени сомкнулись, легкие забыли как дышать.

— Нам очень повезло, что никто иной, как сам Принц Германии, Кассиус, пришел спасти свою сестру, принцессу Роми, — продолжала она. Два имени, как выключатели, щелкнули во мне, и я попятилась назад, продолжая смотреть вперед.

— По-видимому, принц останется с нами на некоторое время. — Росвита оборвала улыбку, и даже с заднего ряда, я могла слышать лязг металла. Появилось окровавленное лицо Стефана, во рту у него торчал кляп. Росвита выставила его на обозрение, как зверушку, и к моему страху присоединилась ярость. Тем не менее, как бы мне не хотелось его спасти, попытка сделать это сейчас была бы самоубийством. Мне нужно уйти, собраться и обдумать дальнейший план.

— Здесь принца знают как 12П. Он делит комнату с 13П. 13П, выйди вперед. Мне нужно поговорить с тобой.

Я была в двадцати шагах от леса. Каждая клеточка внутри меня призывала к бегу, но я продолжала медленно покидать толпу. Прилив крови в ушах оглушал, дыхание перестало быть равномерным, я начинала чувствовать головокружение.

— 13П выйди вперед по-хорошему, или мы притащим тебя. Тебе ничего не сделают. Мы лишь хотим задать несколько вопросов.

Насколько глупой по ее мнению я была? Я продолжала отступать к лесу, и в это время толпа забеспокоилась. Миньоны вытянули шеи, пытаясь найти меня. Я была всего лишь в десяти шагах от леса.

— Миньоны, приведите ко мне 13П.

По приказу Росвиты толпа рассыпалась. Я побежала. Я была так близко к деревьям, что чувствовала запах сосен и коры деревьев, когда кто-то прокричал:

— Вот она. Она пытается сбежать в лес.

Я дала деру, не смея оглядываться. Если они выстрелят в меня из арбалета, я грохнусь, как кирпичная стена. Но до того как это случится, черт, да я приложу все силы, чтобы сбежать. Мне придется. Теперь надеждой Стефана, Роми и Гензеля была лишь я. Лишь я одна могла отправить сообщение королеве.

Тропа, которую я выбрала, привела меня прямо к пещере драконов. Мои губы дрожали в полукрике и в полуреве. Как нелепо. Я освободила тварей, чтобы спасти Роми, а теперь мне конец, потому что драконов здесь больше нет. Ну, Зверь еще здесь, но я не рисковала приближаться к нему, убежденная в том, что он или изжарит меня до корочки, или доставит к Росвите.

Мой страх велел мне спрятаться в пещере, а разум говорил оставаться снаружи. Но если я продолжу убегать, миньоны однозначно меня поймают. Я не была самой быстрой, и легкие ныли, в боку болело, а колени скрипели. Поэтому, когда я нашла густые кусты, то присела так низко, как смогла.

У меня была секунда перед тем, как миньоны вышли на поляну.

— Где она? — спросил один.

— Она не могла уйти далеко, — ответил кто-то другой.

— Нужно разделиться.

Шаги пронеслись мимо меня, направляясь дальше в лес, а голоса миньонов раздались эхом из пещеры. Я поблагодарила Вселенную за временную передышку, но не была столь наивна полагать, что меня не заметят. Рано или поздно кто-нибудь найдет меня, если я не сменю место. Могу ли я взобраться на дерево? Или стоит двигаться в другую сторону от леса? До того, как я успела принять какое-либо решение, сверкающее лезвие просвистело в воздухе, срубая ближайшие кусты. Зная, что следующий взмах может прийтись на мои конечности, я выпрямилась и побежала.

— Вон она, — прокричал кто-то, и я побежала усерднее, пока миньоны не перегородили мне дорогу, наступая слева, справа и сзади. Я была окружена. Я проиграла.

Миньоны приближались, и ужасные мысли начали игру в моем разуме. Росвита пытает меня перед Стефаном. Росвита говорит Гензелю убить меня. Бесконечный поток крови и боли. Я теряю свою волю и превращаюсь в марионетку. Мне нужно что-то делать, но, если я побегу, то попаду прямо в руки миньонов.

Сверху послышались хлопки. Гром? Горячий воздух обжег шею, а затем огонь полился на миньонов, опалив их волосы, одежду и кожу. Они закричали и расширили круг. Огонь продолжал стрелять по ним, и блестящая темно-красная чешуя зависла надо мной. «Гранат.» Я вскочила в седло, крепко схватилась за поводья, и мы взмыли ввысь, в то время пока Можжевельник продолжал стрелять огнем.

— Достаточно, Можжевельник, — сказала я, когда глянула вниз и поняла, что миньоны не собираются атаковать нас. У них не было арбалетов, и большинство из них были заняты задуванием ожогов, от которых пострадали.

Гранат полетел прочь от пещеры и пряничной деревни. Было бы просто позволить ему отвезти меня в безопасное место, но я знала, что это было бы неправильно.

— Вези меня на главную площадь.

Там у миньонов, скорее всего, будут арбалеты, и я не буду знать, какую магию Росвита может использовать против драконов, но страх не был достаточно уважительной причиной оставлять Стефана.

Тем не менее, Гранат не послушал меня. Вместо этого он продолжал лететь в сторону от пряничной деревни.

— Нет, нам нужно вернуться. Там Стефан и Роми. — Я сильно надавила ногами по бокам Граната, пытаясь направить его в обратную сторону, но это не помогло. Я продолжала сопротивляться, пока не поняла, куда он везет меня. Это был холм, с которого открывался вид на пряничную деревню.

Я перестала сопротивляться. Гранат был прав. Сначала нужно составить план. Прямо сейчас Росвита ожидает атаки, а значит, сейчас самое худшее время. Так же она ожидает нападения на ее территории, самом худшем месте. Нужно было сражаться с ней где-то, где у меня есть союзники, или хотя бы там, где ее магия становилась слабее. Затем мне нужно будет разрушить ее магию.

Я соскользнула с Граната и достала блокнот и книгу, которые прихватила в Венском замке. Пришло время расшифровать оставшуюся часть иероглифов. Я, может быть, и не самая быстрая бегунья и не знаю как обращаться с мечом, но я хорошо ладила с книгами. Если я найду способ подавить магию Росвиты, то смогу уничтожить ее.

28. Гретель

Несколько следующих часов я пыталась затолкать мысли о том, что случилось со Стефаном, подальше и сфокусироваться на расшифровке иероглифов, сравнивая зашифрованные символы на листке бумаге с теми, что в книге древних символов, которую я стащила из Австрийской библиотеки. Страх, что я не смогу сопоставить иероглифы письма с теми, что в книге, был необоснованным. Тем не менее, переведенный текст казался бессмыслицей, поэтому я была уверена, что допустила ошибку. Я сверила все еще два раза, но пришла к тому же заключению.