В девять, выутюженный и вычищенный захожу в приемную.

- Здравствуйте, – Киваю Марине, секретарше. – Мне тут ждать?

- Заходи, там никого.

Людмила Валентиновна за ноутбуком, работает. Махнула мне рукой – садись. Присел в уголок, притих, как воспитанный первоклассник. Даже вздрогнул, когда она захлопнула ноут.

- Они уже выехали, сейчас пойдем встречать. Возьмешь папки в руки и будешь носить за мной. Больше никак твое присутствие не могу объяснить. Как думаешь, убедительно?

Подумав немного, киваю.

- Слушаешь всё и запоминаешь. Никак не проявляй знание языка, если на русском спросят – отвечай. Только думай, что говоришь – не маленький. Если что важное услышишь – дашь знать.

- Каким образом?

- Я буду поглядывать иногда. Если почешешь ухо – нужно поговорить. Если все спокойно, просто улыбайся. Не как дурачок, а слегка. Как довольный жизнью пионер.

- Кто? – не понял последнее слово.

- Не важно. Некогда объяснять. Вот папки, хватай. Там ничего нет, в одной вообще чистые листы.

Отправляемся к проходной. Директор по пути выписывает люлей, всем кого встретит. Вахтеру тоже досталось за найденный бычок возле ворот. А вот и гости. Черный мерседес - три китайца и русский переводчик. Один китаец молодой, как я понял - секретарь. Его даже не представили (как и меня). Второй оказался заместителем управляющего, третий финансовый консультант. Бродим по территории, помещениям. Таскаюсь сзади, прислушиваюсь. Между собой говорят мало и обсуждают только одно – шикарную заднюю часть директорши. Восхищаются. Да, китаянку такую точно не найдешь! Хоть бы о чём - то другом заговорили. Как я отчитываться буду? Придумывать сам? Людмила Валентиновна улучив момент, оборачивается с вопросительным взглядом. Делаю мечтательные глаза и растягиваю губы. Показывает кулак за спиной. А что, откуда мне знать, как должен выглядеть довольный пионер?

Обойдя всё, направляемся в кабинет. Я думал, меня теперь отпустят. Залегендировать моё нахождение там сложно. Но директор решила иначе. Забрав у меня папки, усадила у окна с ноутом.

- Посчитай мне вот это, –открыла документ с кучей цифр. Потом обратилась к китайцам. – Это наш математический гений, помогает мне иногда. Он нам не будет мешать.

Китайцы поулыбались, но один видимо что-то заподозрив, спросил у меня на китайском:

- А что гений делает в таком заведении?

Я улыбнулся ему и повернул лицо к переводчице с вопросительным выражением. Но тот замахал руками – не переводи. Больше на меня внимания не обращали.

Разговор пошел о вариантах оказания помощи. В основном, о том, в каком виде это будет – денежном или материальном. Сижу спиной к ним, делаю вид полного погружения в работу. Ага! А вот это может быть интересным! Консультант предлагает обсудить с директором вопрос о взаимовыгодном сотрудничестве, а заместитель управляющего сомневается, что такая женщина пойдёт на сделку. Что они имеют в виду под этим - смутно догадываюсь, а вот Наполеону будет интересно. Почесал ухо. Еще раз. Не вижу, смотрит она или нет.

- Я вас на минутку оставлю. Лиен, пойдём, дам тебе задание, – поднимаюсь, китайцы опять заинтересованно на меня уставились. Имя китайское их насторожило, как это директор прокололась? Выходим в приемную.

- Ну? Рассказывай, – отведя дальше от дверей, потребовала директор.

- Они это, – я покосился на секретаршу. – Обсудить с Вами хотят что-то и боятся.

- Чего боятся?

- Вас

- Меня? Ты ничего не путаешь? – удивления нет или хорошо скрывает.

- Я не так выразился. Не боятся, а не уверены. Дословно – «Такая женщина не пойдет на сделку»

- И всё? О чём они до этого говорили? Я слышала, они всю дорогу трепались.

- Ну это. – Я чуть завис, соображая как сказать. – Они восхищались Вами. В Китае, говорят, таких женщин не найдёшь.

- Всю дорогу? – с недоверием уставилась Людмила Валентиновна. – Ладно, сиди пока здесь.

Сидеть пришлось долго. Почти час, секретарша сначала отнесла кофе, а потом и нарезку лимона. Наконец выходят. Лица довольные у китайцев, по Людмиле Валентиновне не прочтёшь. Зам. управляющего уже у двери оборачивается ко мне.

- А ты знаешь, как переводится твоё имя?

Спрашивает на китайском, причём уверен, что я его понимаю. Смотрю на этот раз не на переводчика, а на директора. Она кивает.

- Да, знаю. Я жил в Китае.

- Приходи после окончания учёбы, возьму на работу, – улыбнулся и вышел следом за остальными.

- Жди тут, – коротко бросила директор.

Эх, я бы лучше на уроках посидел. Мне там более интересно.

Вернулась скоро, жестом указала – заходи в кабинет.

- Всё что слышал – забудь, – сразу у двери начался инструктаж. Глаза в глаза, палец в грудь. – Услышу какие-то разговоры – спрошу с тебя.

- О чём вы? Я вообще ничего не слышал, у них диалект мне незнакомый.

- Вот так и говори всем, – опустила руку директор. – У тебя всё хорошо? Просьбы, пожелания, предложения? Кроме противопожарной безопасности.

- Есть просьба, – почему не воспользоваться, раз предлагает. – Мне в воскресенье в город бы выбраться. На экскурсию.

- Так, а в чём проблема?

- Да есть некоторые …, могут замечание оформить. – Не хочу называть прямо, и так стукачем считают.

- Пока нет замечаний? Будут, тогда и решим. На занятия уже поздно, иди, займись чем-то. И еще, – Приподняла мне голову ладонью, чтобы смотрел в глаза. – О себе тоже поменьше болтай. Из органов тобой через день интересуются.

Намёк, что стукачи есть везде? Так я ничего нового о себе никому не рассказывал. Что меня без внимания не оставят и сам догадывался.

Дежурят сегодня опять наши – Богдан и Олег. Вижу, что Олег один драит полы.

- А где Богдан?

- Наверху

- Что, заставили убирать там? – Пойду сейчас разбираться!

- Не, к Хасану повели.

Разворачиваюсь, иду на четвертый. Что-то с этим нужно делать. Воевать против всех я не смогу, а от нашей группы поддержки ждать нечего. Смирились. Один Тимка поддержит, но толку с него.

- Хасан там? – спрашиваю у дежурного и не дожидаясь ответа иду к хоз. комнате. Стучать не стал, захожу. Богдан у стены, бледный, глаза мокрые.

- О, Ниндзя! – Хасан идёт навстречу с протянутой рукой. – Присоединяйся, мы тут с Мойши бабло выбиваем!

- Привет, – пожимаю руку ему, потом Арти. Больше никого нет. – Разговор есть. Давайте его отпустим пока?

- Чё случилось? Мойша, вали отсюда, пока я добрый. Вечером пообщаемся! – Хасан отвешивает Богдану подзатыльник для ускорения.

- Да вот о нём и разговор. Классный наш на меня наехал, отвечаешь за Богдана. Если будут синяки – с меня спросит. А оно мне надо? Сами знаете, если что – меня в Китай выкинут. Надо как то решить с этим. – Больше ничего не придумал. Если просто потребую оставить его в покое, могут и согласиться. Но тогда я им за это должен буду.

- Да не ссы! Я чисто работаю, следов не оставляю, – Хасан в настроении.

- Ты не при делах по-любому, Мойша как партизан молчать будет, – поддержал его Арти.

- А что от него вообще хотите? Какие деньги?

- Да этот хакер, прикинь, два ляма зелени сработал! Половину вернули, а остальное заныкал. Нас один уважаемый человек и попросил с ним поработать, за долю. Поможешь еврейчика расколоть – и тебе отлистаем, – доверительно информирует Хасан. Блин, всё не так просто, оказывается. Где такие деньги замешаны лучше не влезать. Но пацана жалко.

- И давно вы его обрабатываете? Полгода? Дайте подумать, – делаю вид глубокого размышления. – Я читал, как следователи работают. Один играет роль злого, второй доброго. Вы роль злого уже давно играете, дайте мне теперь роль доброго попробовать.

- Да мы сначала по-хорошему его просили. Не понимает! – возразил Арти.

- А теперь дайте мне с ним поработать. Я, типа за него заступился и вы его пока не трогаете. Если он со мной из благодарности не будет откровенным – опять вы начнёте. Почувствует разницу.

- Ну попробовать можно, – без особого энтузиазма согласился Хасан.– Недолго только.

- Недельку хотя бы дайте. – За неделю что-то придумаю.

Получив обещание неделю не трогать Богдана, возвращаюсь на наш этаж. Нахожу Богдана в туалете, моет писсуары. А чем не место для доверительной беседы?

- Брось тряпку, иди сюда, – усаживаюсь на подоконник. Богдан подходит, глаза отводит в сторону.

- Слушай, давай вместе подумаем, как тебе помочь. Они от тебя не отстанут, я со всеми за тебя драться не собираюсь. Неделю для тебя выпросил, чтобы не трогали, а дальше нужно что-то решать.

Молчит, уставился в пол. Точно как партизан.

- Я тебя не спрашиваю за деньги, они мне не нужны! Ты скажи хоть что-нибудь, а то вдруг ты мазохист и я зря вмешиваюсь!

- У меня нет денег. Правда! – заговорил, наконец! – Я не знаю, что мне делать!

- Я тоже не знаю! Шет! – А что бы я сделал на его месте? Для этого нужно представить себя на его месте. – Ты, правда, такой гениальный хакер? Действительно два миллиона украл?

- Я не крал! Я их перевел в фонды помощи больным!

- Что?

- У меня мама умерла от рака. Она в том банке работала. Этот урод, хозяин банка пожалел ей дать сто тысяч на операцию. Я был у мамы на работе, когда она еще работала, знал их коды, пароли. Вот и залез в систему, вывел миллион восемьсот тысяч с лишним долларов, разбил их на мелкие части. Потом в разные фонды, через разные платежные системы отправил, чтобы запутать. Пока нашли – их уже потратили. Вернули тысяч сто всего. А мне не верят, что себе ничего не оставил.

Раскраснелся, глаза блестят. Похоже - не врет.

- А как тебя нашли?

- Я из интернет-кафе работал. Вышли по ай-пи, а там скрытая камера стоит и запись. На следующий день взяли. Я у тёти жил.

- Нет, всё - таки ты хакер! Я и с кодами и паролями ничего не смог бы такого сделать!

- Ну, есть немного. – Скромный такой мальчик.

- А ты можешь базу данных МГИМО взломать?

- А есть такая база? Лучше скажи, что нужно найти – я сделаю, – загорелся Богдан.

- Мне нужно человека найти. Я знаю, что он там учился и знаю имя. Сможешь по таким данным найти? – Вот он, шанс!