Я кивнула, несмотря на то, что он не смотрел на меня, и направилась на кухню. Когда я шла к холодильнику, я смутно осознала, что он, наконец, повернул голову и наблюдал за каждым моим шагом.

– Ты знаешь, что моя одежда на тебе выглядит лучше, чем на мне. Может, мне стоит оставить ее тебе.

Вспомнив наш старый прикол, я усмехнулась и налила себе стакан воды.

– Не, кому нужны эти старые вещи.

Он откинул голову назад и рассмеялся, и это сразу развеяло какое-либо напряжение в воздухе. Хотя я все еще скрывала хорошее количество неловкости, я напомнила себе, что это был только сон, и даже стала достаточно храброй, чтобы занять место рядом с ним на диване. Конечно, я была на другом конце, но все же, это все равно засчитывалось.

Мы некоторое время сидели молча, наблюдая, как некоторые увлеченные зрители глотают свои соки, как будто в их стаканах была амброзия. Как только наступила реклама, что было странным, учитывая, что вся программа была рекламой, Джесси повернулся ко мне.

– Тебе приснился плохой сон?

– Что? – с тревогой спросила я.

– Я слышал тебя там. Ты тяжело дышала и немного стонала.

Я мгновенно покраснела.

– Я не стонала!

Он опустил уголки губ вниз и кивнул.

– На самом деле, стонала. Я слышал тебя.

Я была унижена. Джесси слышал, как мне снится секс с ним. Я даже не знала, что девочкам могут сниться мокрые сны, но я доказала неправильность этой теории. Тот факт, что я была одета в его одежду и спала в его постели, должно быть, испортил мой разум. Я постаралась отогнать нечеткие образы тела Джесси без рубашки и его жарких прикосновений, быстро меняя тему.

– Ты настоящая сова. Ты не спал все это время?

– Да, я все слышал, – с пониманием сказал он.

Черт! Есть хоть какой–то шанс сменить тему?

– Например? – я сглотнула.

Вместо того чтобы ответить мне, он повернулся лицом ко мне, оставляя корпус развернутым к телевизору. Одна длинная рука легла поверх спинки дивана, указывая на меня, в то время как другая схватилась за огромную подушку, лежащую на его коленях.

– Что ты слышал? – я сдвинулась со своего места, стараясь не смотреть на него. Жаль, что не смогла. Его глаза были как будто магнитом для моих.

– Ты знала, что я заходил к тебе домой два дня назад?

– Подожди, что? – мой мозг все еще прибывал в моем сне. Я понятия не имела, о чем мы говорим.

Он слегка склонил голову, заставляя его растрепанные волосы упасть вперед.

– Я чувствовал себя плохо из-за того, что произошло в магазине. Я должен был извиниться за историю с пенисами, и опять же я ненавидел то, что я опять чувствовал себя старым Джесси, понимаешь?

Я смотрела прямо.

– Когда ты приходил?

– Когда, как ты думаешь? – он усмехнулся. – Я подъехал к твоему дому и увидел чужую машину на твоей подъездной дорожке. Я знал, что твои родители ухали, и это не могла быть Эмили. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что это была чопорная машина Итана.

Я прикусила внутреннюю часть щеки и вздрогнула.

– Да, он хотел приготовить ужин для меня.

– Готовить для тебя, да?

Я кивнула.

Джесси наклонился ко мне, заставив диван заскрипеть под ним.

– Ты же знаешь, что «приготовление еды для тебя» – это код, верно?

Я покачала головой, т.к. полностью онемела. Мое сердце пустилось вскачь, когда я увидела, как он придвинулся ко мне. Дюйм там, сантиметр здесь. Каждый раз, когда он двигался, я чувствовала, что диван слегка подпрыгивает.

Я остался в своей машине, думая, стоит ли мне зайти и побеспокоить тебя. Черт, я безусловно хотел сделать это.

Я сглотнула.

– Почему?

Давай, Джесси. Скажи это вслух, чтобы я знала, что это правда.

– Ты знаешь почему, – сказал он многозначительно.

– Разве?

В этот момент он был так близко ко мне, что я чувствовала, как тепло его тела проникает сквозь мою одежду. Дурацкая поношенная футболка, которую он мне дал, ничего не сделала, чтобы защитить меня от его тепла. Он протянул руку и, дотронувшись большим пальцем до моего лица, сказал:

– Я видел, как Итан вышел с чрезвычайно лохматыми волосами. Этот маленький тюфяк больше не был тюфяком.

Я сглотнула, когда его кончики пальцев спустились к моему подбородку.

– Я был зол, но почему? Я не имел права сердиться. Мы даже не были хорошими друзьями.

Мое сердце сильно стучало, взывая к успокоительному.

Его пальцы опустились к моей ключице, слегка останавливаясь на футболке.

– Он прикасался к тебе вот так? Он наклонялся к тебе вот так? – Джесси наклонил свое лицо вперед, так что его губы слегка задели мое ухо. – И шептал нежности на ушко?

Черт возьми! Если бы не мои нервы, мне бы сейчас, наверное, нужно было бы сменить нижнее белье.

Джесси убрал кончики пальцев с моей ключицы, один за другим с невыносимой медлительностью. Один только его невинный жест заставил меня извиваться, и мне пришлось стараться изо всех сил, чтобы подавить тихий стон, который рос в моем горле.

К моему разочарованию, он отстранился. Однако это было ненадолго, потому что вскоре он протянул руку и провел пальцем по длине моей руки. Грубым голосом он спросил:

– Он трогал тебя вот так? Осторожно, как ты заслуживаешь?

– Я не стеклянная, – мой голос дрогнул.

– Нет, – согласился он. – Просто особенная.

В горле быстро рос ком. Я проглотила его и покачала головой, оттянув назад руку.

– Зачем ты это делаешь? Почему ты задаешь эти вопросы? Это неправильно.

– Что ты имеешь в виду? – его грудь поднялась и быстро упала. Его глаза, окаймленные светлыми ресницами, были прищурены, поэтому я не могла прочитать их выражение.

– Я не могу угнаться за твоим настроением, Джесси. Сначала ты холоден, потом ты отчужденный, а теперь ты...

– Горячий?

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Пожалуйста, прими решение на счет меня.

– Я уже сказал тебе, что чувствую, – возразил он.

– Когда? – настояла я.

– В моем ресторане? Фотография?

Скажи это вслух, Джесси. Объясни это для меня. Мне нужно услышать это от тебя.

– Это ничего не означало для меня, – солгала я.

Глаза Джесси загорелись, как будто он принял вызов. Он двинулся вперед, откидывая подушку броском с его коленей и открывая вид на заметную выпуклость в его штанах.

– Я слышал, как ты говорила во сне. Я хочу сказать, что это что–то значило для тебя. Ты сказала мое имя и как сильно я важен для тебя...

– Я всегда думала, что когда это произойдет, ты не будешь сначала говорить о другом парне! – выпалила я, прежде чем смогла себя остановить. Когда я поняла, что я сделала, я откинулась назад и наклонилась к подлокотнику дивана. Я отвела взгляд, почувствовав, как жар поднимается вверх по лицу.

Я слышала, как он резко вздохнул.

– Когда это случилось?

Я не ответила и продолжала смотреть в телевизор, занимая себя, запоминая номер восемьсот, который продолжал мигать на экране.

После еще одного короткого вздоха я снова почувствовал руку Джесси. На этот раз он протянул руку и обхватил мой подбородок, поворачивая его к себе. Его голос стал глубже, надламываясь от каждого вздоха, который он делал.

– Ты не хочешь говорить о другом парне, да? Хорошо, тогда давай поговорим обо мне, потому что я точно знаю, что я сделаю с тобой.

Я задрожала, полная многообещающих предвкушений.

Он отпустил мой подбородок и прижал большой палец к моему рту, проведя им по нижней губе.

– Я бы не торопясь исследовал каждый изгиб, каждую ямочку твоего тела. Я знаю, что ты ни в коем случае не хрупкая, но я бы обращался с тобой, как с сокровищем.

– К-как это? – я заикалась.

Он ухмыльнулся.

– С трепетом и заботой, забыв обо всем.

Его рука поднялась к линии моих волос, откинув мои локоны назад, чтобы они мягко упали мне на плечо. Я впала в ступор, поэтому была зачарована каждым словом, которое он говорил, и каждым прикосновением, которое он делал. Я боялась, что если я пошевелюсь, я проснусь и пойму, что это снова был сон.

Кончики его ногтей слегка задели мою щеку, создавая приятное ощущение, которое вызывало мурашки вверх и вниз по моей руке.

– Я бы исследовал твое тело, запоминая твои любимые места и делая закладки для дальнейшего их использования.

– Делая закладки, – я не могла не хихикнуть.

Он ухмыльнулся.

– Хорошо, плохой выбор слов.

Он немного сдвинулся вперед, так что наши носы почти коснулись в эскимосском поцелуе. Он ни разу не отвел глаза от моих, его взгляд горел в глубине моей души. Все было так напряженно, что я почувствовала, что мне нужно отвлечься, но он держал мой подбородок, так что не было никакого способа двигаться. Это была невероятно приятная пытка.

– Тогда ты знаешь, как я тебя поцелую? – спросил он глубоким голосом.

– Нет, – прошептала я так тихо, что едва было слышно.

– Вот так.

Все еще обхватывая мой подбородок, он наклонил лицо вперед, прижимая свои губы к моим. Мои глаза расширились в шоке, но быстро закрылись, смакуя момент, которого я жаждала почти десять лет.

Пожалуйста, пусть это не будет сном. Пожалуйста, пусть это не будет сном.

Его губы были мягче, чем я помнила; вечер Нового года был размыт. Его губы крепко прижались к моим, как будто он тоже хотел того же самого так долго, как я. Но этого не может быть, не так ли? Особенно после всего, через что мы прошли.

Отпустив мой подбородок, он поднес руку к моей шее, лаская кожу на затылке. Ощущение заставило меня наклониться вперед, запечатав наш поцелуй еще больше. Он слегка приоткрыл рот, позволив вырваться стону. Я быстро последовала его примеру, тихо заскулив. Джесси воспользовался этим и погрузил свой язык вглубь моего рта, касаясь моего неба. Как он и обещал, он не был слишком грубым. Он не давил. Он относился ко мне так, как обращаются с принцессой по моим представлениям.

Я не была принцессой.

Я обняла его руками за шею, притянув поближе. Его грудь столкнулась с моей, в результате чего я качнулась обратно в сторону дивана. То, что начиналось мягко, стало интенсивным, когда на поверхность вышли годы накапливаемых эмоций. Джесси слегка отстранился, заставив меня закапризничать в знак протеста, однако он быстро вернулся, обхватив мою нижнюю губу зубами. Он слегка покусывал чувствительную кожу, одновременно пробегая языком по ней. Я чувствовала, как будто была готова воспламениться. Если его поцелуй был настолько хорош, я не знала, сколько еще…