— Интересно, где может «течь»?

— Не знаю пока. Может, со свежего взгляда поймешь, где «течет».

Я достал сигарету, а он сам встал, поставил около меня пепельницу, прошелся по кабинету, разминая спину.

— Ну, начнем с того, что я тогда сразу от тебя поехал в управление. Почти до утра пытался найти в нашей базе хоть одно упоминание об этом районе. Так и не смог найти даже какой-то карты этого района. Ничего не понимая, я поспал пару часов прямо в кабинете, а на утро доложил Евсееву. Услышав про карту, да еще таким способом нарисованную, он также как и я, не воспринял все это всерьез. Но вот когда узнал, что в базе нет ни одной карты того района, тоже задумался. Ты знаешь, что я сейчас работаю без заместителя, которому мог бы доверять сто процентов. Андрея отозвали, должен прилететь уже сегодня, — он посмотрел на часы. — А так пришлось самому ехать в архив и перевернуть кипу бумаг и карт. Там тоже не все было гладко. Согласно записям, карты числятся по годам. Проверил все номера. До 66 года есть, как и в базе, а после — нет. Перевернули все. Так и не нашли ни одной. Стало ясно, что их намеренно убрали. Архивист тоже ничего вразумительного сказать не мог.

Я уже собрался уходить, но вдруг решил проверить еще одну мысль. Я проверил схемы секретных коммуникаций на территории Якутии. И что ты думаешь? От поселка Артык на север проложен электрокабель очень высокого напряжения. Согласно цифрам, этого хватило бы, чтобы обеспечить электричеством небольшой город. Плюс телефонные кабели. И все это под землей. А учитывая, что там сопки и прокладывать такие коммуникации выгодней по воздуху, я понял, что тут что-то не так, тем более что трасса составляет около шестисот км, по прямой. Это натолкнуло меня на одну интересную мысль. Взяв эту схему, я вернулся в управление и доложил Евсееву о своем открытии. Перебрать такую кучу информации в одиночку сложно, подключился сам Евсеев и подключили еще ту девушку, Вику, ты ее сегодня видел. Ее можно сразу исключить из тех, кто может «протечь». Она из технического отдела, всегда обеспечивает связь, ну и все, что к этому относится, и ни разу не было протечек там, где работала она.

Мы сразу заподозрили, что речь может идти о военном объекте и, судя по району, о базе стратегического назначения. Сразу накинулись на все ракетные базы. И в отчетах по работе СНВ обнаружили нашу базу-призрак. Если еще до этого были какие-то сомнения, а теперь они исчезли. Евсееву стало уже не до смеха и не до скептических усмешек. Было решено доложить наверх. Там легкая паника, нас вызвали на ковер. А Вика продолжала копать. И накопала очень много про эту базу. Встала на дежурство в 1976 году. На вооружении было шесть РС — 2МП «Тополь», в 1994 году три пусковые шахты реконструировали под новейшие ракеты. И уже в 95-ом на дежурство встали новейшие в то время «Тополь-М». В 97-ом и до этой базы добрался договор СНВ, она была закрыта и законсервирована. «Тополя-М» переданы другим воинским частям. Там все чисто, одна улетела в космос, вывела спутник на орбиту, вторая улетела на Камчатку из Плесецка, третья до сих пор ждет своей участи. А устаревшие «Тополя» разобрали и пустили на переплавку. Но ракеты сами не представляют опасности. Главное — боевые блоки. С ними, вроде, тоже все чисто, нашли все серийные номера, пробили их по базе. Все шесть блоков поступили на завод и обезврежены. Вроде все, зацепиться больше не за что. Но Вика умудрилась найти зацепку. Она проверила акты уничтожения боевых частей блока. И в одном из блоков нашла, что напротив трех серийных номеров нет слова «обезврежено» и нет подписи. То есть в одном из боевых блоков не хватало трех частей. Ты представляешь: это три термоядерные бомбы где-то плавают до сих пор. Вот тут уже действительно начался кипишь, как ты любишь выражаться. Евсеев приехал от начальства зеленый, в прямом смысле слова. Потом вызвали меня. Маршал орал так, что стены тряслись. Вика проделала огромную работу. Нашла всех фигурантов, кто имел отношения к закрытию базы. Их трое, верней, четверо. Это Васильев, полковник, — командир той самой базы. Потапов, генерал-майор ФСБ. И Семенов, генерал-лейтенант ГРУ. А также представитель ГШ Журавлев, генерал-майор. Но был еще Прохоров, директор завода, чья подпись стояла при приемке на заводе.

— А если у них узнать? — спросил я. — Нормально узнать…

— Не получится. Васильев умер в 98-ом от рака щитовидной железы, Журавлев погиб при крушении вертолета, Потапов во время Второй Чеченской поехал в командировку в Грозный и по дороге от Моздока попал в засаду, где и был убит… Ну а Прохоров еще в 97-ом вскоре после приемки блоков скончался от сердечного приступа. Семенов в 2004 году попал в ДТП и погиб. Вот и все, а у покойников не спросишь, — развел он руками. — Коньяк будешь?

— Нет, спасибо, — отказался я.

— А я выпью, раньше не замечал за тобой отказа от генеральского коньяка, — слабо улыбнулся он.

— Ну что тут можно сказать? — задумчиво произнес я. — 97 год, каждый воровал, что можно. Возможно, и украли, прямо там на месте сняли три части. И оставили там на хранение. А тут сделали все, чтобы про ту базу забыли.

— Мы думаем, что та карта никакого отношения к нашей базе-призраку не имеет. С чего бы такой карте храниться у неизвестно кого.

— Не знаю, не знаю, — задумчиво произнес я, пытаясь составить цепочку событий. Откинул мешавшие волосы за ухо, я взял сигарету и закурил. — Черт, сделали же прическу, — раздраженно произнес я, закидывая вновь спавшую на глаз прядь. — Ну, давайте пройдемся еще раз. И начнем с того момента, когда началось разоружение базы. Приезжают на базу представители ответственных структур, вступают в преступный сговор, как бы сказали следователи. Снимают три бомбы, не сами, конечно, а с помощью солдат или еще как-то. Но все равно не укладывается в голове, как можно провернуть все это на глазах у сотни человек личного состава. Тут вопрос. Затем сопровождают боевые блоки до завода. Там — как, не знаю, может через баню с девочками и водочкой — подписали акт приемки и умотали в Москву с подписанными документами. А когда вскрылась недостача, вот вам и сердечный приступ у Прохорова, директора завода. Сделать так, чтобы база исчезла, мог любой из троих, но я думаю, что это сделал Семенов.

— Почему такая уверенность?

— Ну, смотрите, Васильев не имел доступа к архивам, а смерть, скорее всего, естественная. Ведь он служил там, где повышенная радиация, а она напрямую вызывает рак щитовидки. Ладно, это уже не важно. Вызывают вопросы смерти двоих, нет, троих. Журавлев — ладно, крушение вертолета.

— Да нет, там все чисто, поехал с ревизией в Забайкальский военный округ, сауна, как ты говоришь, девочки, водка. Полетели на заимку поохотиться. Там — то же самое. Пилот пьяный, начали гонять зверя на вертолете, он сам сел за штурвал и зацепил макушки сосен. Это подтверждает один выживший, да и самописец зафиксировал все переговоры внутри кабины.

— Ну, хорошо, тут все понятно. А вот Потапов… Я сам присутствовал на месте засады. Я помню тот случай. Мы тогда только вернулись из Шатойского района, где устраивали засаду на одного полевого командира. Правда, его предупредили. Но это не важно. Мы тогда только вернулись в Моздок. Я не понимаю, почему он не воспользовался бортом, а поехал на машине. Но нас подняли по тревоге и бросили в погоню за группой боевиков, устроивших засаду. Еще тогда было много непонятного. Ну, во-первых, боевики в то время уже не проявляли в этом районе никаких действий, да и район для нанесения ударов неподходящий. Мало зеленки, с воздуха практически все просматривается. Вы должны помнить.

— Я помню… Да, вы тогда ушли в погоню за боевиками, а я потом дал разнос, что вас используют не по назначению.

— Да, тот самый случай. Так вот, генерал убит с тыла и снайпером. Я думаю, что засада была выставлена на него. И также за несколько часов до этого был зафиксирован телефонный звонок полевому командиру, чьи люди устроили засаду, а звонок был из Москвы. Таким образом, остался один Семенов, и он гибнет в ДТП. Скорее всего, именно Семенов подчистил все архивы и убрал конкурентов. А вот какое отношение имеет эта карта к этому делу? Я думаю, был еще один фигурант. Хотя этого Пал Палыча тоже нельзя сбрасывать со счетов. Ведь он в прошлом ФСБшник, да и про Тихомирова не забывайте. Возможно, кто-то из них узнал краем уха об афере и решил сыграть свою игру. Устранил конкурентов, для ФСБшника организовать ДТП — не проблема, любое, какое захотите. Я думаю, что это Тихомиров, этот Палыч был пешкой, как игрок он — ноль. Я видел его и знаю, что говорю. Он даже власти над охраной не имел, всем руководил Тихомиров. Так вот, возможно, Тихомиров узнал об афере и начал убирать конкурентов. Только не учел одного: что карты нет в архиве, а когда путь был свободный, он только тогда это обнаружил. А спросить не у кого, все уже на том свете, да и кто из них изъял их и куда спрятал… Одни вопросы. И он решил поступить по-другому. Он находит пилота или штурмана вертолета, я понимаю так, что обеспечение базы было по воздуху? Молодых пилотов навряд ли допустят к обслуживанию таких объектов. Значит, пилот или штурман уже вышли на пенсию. Найдя их, приезжает к ним домой, разговаривает. Не знаю каким образом вытаскивает информацию о месте расположения базы. Но карты, где бы тот человек смог отметить точку, под рукой нет. Тогда в ход идет простая автомобильная карта. Где указывается примерный район и пишутся точные координаты. Он прячет эту карту там, в той школе, и начинает искать покупателя. Выходит на Шаха. Но тут вмешивается случай. Несколько, как им кажется, забитых шлюх, извините за выражения, устраивают дерзкий побег, оставляя кучу трупов и унося с собой важные бумаги и, самое главное, карту. И исчезают. Вскоре бумаги всплывают в ГРУ, начинается шум, Тихомиров валит из России. Но он узнает от вашего И.О., что карты там нет. Но тут и на этого полковника начинается гон, ему так и не удается узнать, где прячут девок. Тогда Тихомиров идет другим путем: ему нужен человек в структуре. В ГРУ ему ничего не светит, в родном ФСБ он тоже опальный генерал и соваться туда ему опасно. Тогда он находит человека в архиве, не знаю каким образом, но он заставляет его работать на себя, а может и до этого тот был у него на крючке. Он понимает, что рано или поздно карта всплывет. Вояки, конечно, не будут искать по ней объект, может, даже и отмахнутся от нее, но проверить, что же в том районе есть интересного, они захотят и придут в архив. Военных, естественно, отсутствие карт данного района заинтересует. Они поднимут все, но где-нибудь откопают информацию о базе. И, естественно, отправят группу разведки. Вот тогда он и сможет на плечах этой группы найти базу. Уничтожив группу, он таким образом завладеет грузом.