Она замолчала и посмотрела на меня. Сказать, что я был в шоке, это значит ничего не сказать, я был сражен наповал. Я смотрел на нее, широко открыв глаза и отвесив челюсть. Довольная произведенным на меня эффектом, она продолжила:

— Но также они не могут перекрыть все дороги, поэтому логичнее будет предположить, что тебя будут ждать возле Генерала, будут следить за ним. Это и проще, и наверняка, ведь к кому ты еще пойдешь за помощью?

— Пипец, — только и смог вымолвить я, прикуривая сигарету. — Ты сама поняла, что сказала?

— Ну что, я не права?

— И что дальше, какой из этого вывод?

— Думаю, нам надо добраться до большого города, снять квартиру, отсидеться две недели. Ажиотаж приутихнет, и тогда мы сможем спокойно добраться…

— Вера, а кто они? — спросил я, выпуская дым.

— Ну, не знаю, кто там за нами охотится? Я думаю, что это ФСБ, ведь хозяин оттуда…

— Возможно, — вздохнул я. — И в какой город мы поедем, и как? Ведь по твоей логике нас обложили как волков.

— Почему по моей? Это же очевидно, я же тебе все объяснила. А куда, я не знаю. Какие города тут вокруг есть?

Вздохнув, я достал атлас дорог, показал, где мы находимся, отдал ей.

— На, изучай, аналитик… проработай маршрут отхода своим аналитическим мышлением, а я пока пи-пи схожу.

Я вышел из машины, оставив Веру разбираться с картой. Интересная девочка, надо к ней присмотреться. Правда, насмотрелась боевиков вместе с охраной, или их бредни наслушалась…

Утренняя свежесть взбодрила, день обещал быть жарким. Слегка размявшись и справив естественную нужду, как всегда матерясь на то, что этот процесс доставляет столько проблем, вернулся к машине. Нужно было переодеться. Осмотревшись и решив, что в такое время тут вряд ли кто-то появится, смело снял камуфляж, оставшись только в белье… Матюкнувшись и сплюнув, достал из багажника джинсы и майку, еще немного поматерившись на узкие джинсы, на облегающую коротенькую маячку, на туфли, достал термос и кое-какие бутерброды.

— Ну что, аналитик, маршрут готов? Иди завтракать, и надо выдвигаться, — позвал я Веру.

После завтрака мы еще провозились почти час, пока Вера выбирала себе одежду, пока красила меня, потом себя.

— Ну что, куда едем, аналитик? — спросил я.

— Я не знаю. Думаю, что все дороги под контролем и перекрыты. Они нас не выпустят.

— А проселки? — весело спросил я. Послушай, Вер, ты вообще представляешь, как перекрывают дороги? Ты, наверное, думаешь, что тут нас ищут солдаты с собаками, на дорогах блокпосты выставили? — я рассмеялся…

— Что смешного? — обиделась Вера. — Если я такая дура, то объясни, я хочу помочь. Коза! — она надулась и отвернулась.

— Вер, не обижайся, и спасибо тебе. Ты действительно права, мне нужна перезагрузка, в таком состояние я работать не могу. И еще, ты все правильно проанализировала, но просто ты не знаешь всех тонкостей этой работы. Я очень рад, что у меня такая напарница, в дальнейшем, когда я тебе объясню все, ты сможешь принимать правильные решения. Понимаешь, контроль дороги осуществляют те, кому это положено, в ГИБДД приходит ориентировка, скажем, от ФСБ, но команды на захват нет, просто при обнаружении доложить, в каком направлении и на каком авто двигается разыскиваемый, и все. В том направлении выдвигается группа, а посты ДПС просто сообщают, где и когда проехал автомобиль. Нас могут один раз остановить, а все остальные посты будут только вести нас по трассе. Это если нет команды на захват. Иногда могут ФСБшники переодеться гайцами, но это редко. А я уверен…а, что команды на захват нет. Мы можем много что рассказать. Вот и все. А по поводу встречи… То, что перехватили и расшифровали сообщение, это не возможно. Это мой личный канал связи, а шифровку никакой мегакомп не разгадает, он скорее своим электронным умом тронется.

— Почему ты так уверена, компьютеры все могут, — недоверчиво посмотрела на меня Вера.

Я засмеялся.

— Эту шифровку знаем только мы с Андреем, мы ее в Афгане придумали. Потом только доработали. Как может комп расшифровать бред обкуренных сержантов, ведь все сочиняли под анашой. Просто я сейчас не готов встретиться с ним. Да, и есть риск, ведь если есть крот, да еще и в отделе, то он узнает, куда Андрей едет, и за ним отправят хвост, а там дело техники. А так он съездил, приехал, никого не встретил. И все затихло. И тем самым мы отводим тот район от наших поисков, а если повезет, то они точно решат, что мы едем в Москву. Устроят слежку за генералом, тут ты права, но он тоже не мальчик: пока ему надо, он ее не будет замечать, а уходить он умеет. От меня еще никто не уходил, а он может. И самое главное, не говорит как, а я понять так и не смог.

Пропетляв мимо лесков и полей проселками, я выехал на старую трассу М53 километрах в 100 от Омска, тут меньше шансов встретить ментов.

— Ты же сам сказал, что нас могут ДПС засечь? — забеспокоилась Вера.

— Ну, во-первых, не сказал, а сказала. Ты же сама просишь определиться, а во-вторых, у меня навигатор с одного из НИИ, где разрабатывают электронику для ракет, это один из пробных экземпляров, его изобрел один умелец. И так получилось, что подарил мне. Так вот, в него встроен антирадар, способный определять машину ДПС свыше 10 км. И можно вывести на экран изображение. Так что успокойся. Я потрепал ее по волосам и улыбнулся. И сама ты коза…

— Да иди ты!

— Вера, знаешь как гласит народная молва: «Выслушай женщину и сделай все наоборот».

— Ты не забывай, кто ты. С тобой тоже так будут поступать, и вообще это придумали мужчины.

— Не знаю, будут или нет, но у меня логика мужская.

— Алин, а может они нас вообще не ищут? — вдруг задала Вера вопрос.

— Поверь, ищут, но пока они потеряли нас. Если это псы Тихомирова, то они рано или поздно нас найдут. Поверь, там еще те ищейки. Знаешь, мы чуть не разрушили его бизнес, и пока мы на свободе, он под угрозой. Плюс документы, не зря же он их хранил подальше, значит, они для него очень важны. Ну и самое неприятное, что у нас какая-то карта, а про нее узнала братва, и сейчас нас ищет пол страны. Просто нам пока везет. И если Тихомиров знает, кто такая Алина на самом деле, то он просто выжидает, ждет, когда я ошибусь. Он знает, что я умею уходить, и все обычные мероприятия на меня не действуют, только моя ошибка.

— А кто такой Тихомиров?

— Это генерал-полковник ФСБ, такая мразь! Я его знаю еще с Афгана. Потом в Чечне он нас крупно подставил: я из-за него тогда потерял двух своих ребят. Это тот, которого ты обслуживала, хозяин. Если бы тогда он не улетел в Москву, я бы его расстрелял, и пусть бы посадили.

— Это такой маленький, толстенький? Фу, извращенец, и член у него такой же. Прикинь, заставлял дрочить ему, а потом слизывать с его живота и при этом опять кончал. И при этом даже ни разу не трахнул, хотя что там с его пипеткой, видела бы ты.

Я посмотрел на Веру, улыбнулся, но промолчал, это мне было совсем не интересно. Сейчас я для нее была подругой, но, если честно, я и не знал, что женщины так свободно могут говорить о таких вещах. Я не понимал, как она может рассказывать, как делала кому-то там минет. Мне кажется, я бы от стыда сквозь землю провалился, а она так спокойно об этом говорит. Ну, может женщины и делятся между собой, какой у кого член, или как тот или иной в постели, но чтоб говорить про минет… Даже если когда-нибудь и лягу с мужчиной, то минет делать не буду, это точно, даже под стволом.

— Фу, и сперма у него вонючая, — продолжала ворчать подруга. — А знаешь что? Про какую ты карту говоришь? Я помню, в сауне какой-то тип передавал какую-то карту, верней, разговор слышала. Он сказал, что там на миллионы баксов платины, и столько же золота. Может, эта карта?

— Может, и эта.

Поговорив еще немного, Вера уснула, а я улетел воспоминаниями туда, где было намного проще и даже как-то спокойней. И не смотря на то, что шла война.

Но усталость вскоре взяла свое: я начал засыпать за рулем, и пришлось сворачивать в лес. Отдохнув пару часов, двинулись дальше и к полудню следующего дня были в Новосибирске. Добрались, можно, сказать без проблем, кое-где попадались экипажи ДПС, но мы обходили их стороной.