Я не смогла перевести на него взгляд.

— Не знаю. Наверное, к тому времени, как я вернусь от папы, они уже наймут кого-то. Но… Но в моей ситуации, долго мне без заработка не протянуть.

— Но ты же не хочешь работать в офисе, — напомнил он мне.

— Ну да, не хочу, — я сглотнула и снова сосредоточилась на полуночном заливе, не желая смотреть на него, говоря правду. — Аарон, я трусиха. Я ведь говорила. Мне так страшно, что у меня ничего не выйдет. Я ведь рассказала тебе о безумствах, что творила. И все же рыбалка была для меня шоком. Рыбалка. По-моему, хватит уже испытывать судьбу, уже несколько месяцев прошло как я ушла от тети.

— Ты не трусиха, — сказал он и как бы невзначай коснулся ногой моей ноги. Но я даже мысли не допустила, чтобы позволить сердцу затрепетать. Я и только и держала в голове, что в этом был весь мой Аарон. И опять же я не могла сказать ему, что заметила: его что-то гложет.

Короче, я просто выдала, довольно странным голосом:

— Не хочется тебя разочаровывать, но я трусиха из трусих. — Аж самой грустно.

— Нет, это не так.

— А вот и так, мы ж об этом говорили.

— Говорили, но я так не считаю.

— Аарон…

— Повторяю: ты не трусиха, — назидательно произнес он. — Чего ты боишься, что у тебя может не получится? — спросил он, повышая голос.

Я сморщила нос и, наконец, повернула голову ровно настолько, чтобы встретиться с ним взглядом на секунду, прежде чем посмотреть вперед и пожать плечами.

— Много чего. — Может я и не хотела говорить об этом, но я не хотела, чтобы он снова возвращался к своему угрюмому, унылому дерьму.

— Например?

Пришла моя очередь вздыхать.

— Не знаю. Всякого. Прыгать с самолета. Набивть тату. — Махнула рукой на воду. — Черт, да ночью купаться и то мне страшно. Короче массу всего.

Аарон помолчал.

— Боишься купаться ночью?

— Ты же видел пару дней назад, как я сиганула на тебя, когда что-то коснулось моей ноги. И помнишь, как я чуть не разрыдалась, когда ты мне всучил первую пойманную рыбу. И вот сейчас в воде наверняка плещутся Челюсти с Лох-Несским чудовищем в обнимку, и стоит мне только войти в воду, как они меня сожрут.

Аарон хихикнул, и я поймала себя на том, что улыбаюсь ему больше, чем кому бы то ни было. Я посмотрела на него и обнаружила, что он стоит, заложив руки за спину, и смотрит на меня. Я вновь перевела взгляд на воду.

— Несси до тебя не доберется, — заявил он.

Я искоса посмотрела на него и ухмыльнулась.

— Вы с ним на короткой ноге?

— Ага, а ты нет что ли? — Он шуточно пихнул меня локтем. — Лезь в воду. Ничего тебе не угрожает.

— Нет.

— Руби.

— Аарон.

— Полезай в воду. Ты говоришь, что тебе страшно, но я-то знаю, что ты смелее, чем говоришь, так что вперед.

У меня вытянулось лицо.

— Тебе легко говорить.

— Почему?

Я моргнула.

— Наверное потому что ты почти ничего не боишься.

Он нахмурился.

— Я много чего боюсь.

Теперь была моя очередь удивляться и приподнимать брови.

— Типа?

— Я же говорил. Того, что не могу контролировать. Быть неудачником.

— Ты никогда им не будешь, и я не могу контролировать гигантских чудовищ, которые плавают тут.

Он вновь вздохнули и сделал вид, что не слышал мою тираду про неудачника.

— Несси по другую сторону океана, а Челюсти не заплывают на мелководье. С тобой все будет в порядке.

Я усмехнулся, но Аарон не издал ни звука. Он был слишком занят тем, что выжидательно смотрел на меня, как будто ждал, что я увижу причину и решу, что да, я пойду в воду, настолько темную, что никто ничего не сможет увидеть в толще воды, потому что это было логично. Но он просто продолжал смотреть.

Смотреть во все глаза.

Эдак с минуту…

— Аарон, — пробормотала я, запрокидывая голову назад, чтобы посмотреть на небо, потому что я больше не могла выдерживать его взгляд.

Только когда он быстро поднялся на ноги и выпрямился, я наконец взглянула на него, обнаружив, что это длинное тело нависает надо мной. Его руки на мгновение потянулись к подолу футболки, прежде чем он стянул ее через голову и бросил без церемоний на песок.

Я отпрянула и жадно уставилась на его пресс на секунду другую, но потом взяла себя в руки и перевела взгляд на его лицо.

— Что это ты делаешь?

Не отрывая взгляда от моего лица, он потянулся к молнии на шортах. Продолжая наблюдать за мной, он расстегнул молнию и стряхнул их с узких бедер, на которые я бросала взгляд всякий раз, когда он был в купальных трусах. И вновь его тело, как и всегда, выглядело безупречным, даже в лунном свете, одетый в боксеры. Я чувствовала себя последней извращенкой, потому что не могла отвести взгляд от этого великолепия.

— Снимаю одежду, чтобы она не промокла, — ответил он небрежно, снимая шорты.

— А с чего это ей промокать? — нервно спросила я, ну чисто истеричка. Похоже я сама же вырыла себе эту могилу. И ежу понятно, чем это все закончится. Вот знала бы, что желание подбодрить его так дорого мне обойдется, так десять раз подумала, прежде чем кидаться ему на помощь.

— С того, что я иду в воду. — Он сложил шорты и бросил их поверх футболки. — Идешь?

И мое сердце заколотилось быстро-быстро.

— Нет.

Аарон подмигнул.

— Да.

У меня сжалось горло.

— Аарон…

— Пойдем, мы не станем заплывать на глубину. Можешь держать меня за руку.

Я закашлялась. Аж слюной брызнула. Чуть кишки не выкашляла.

— Мне бы хотелось, заходя в воду, держаться за нечто больше нежели твоя рука…

Аарон поперхнулся. Слабо сказано: поперхнулся.

— Господи, Ру, — выдохнул он.

Вот блин.

Кровь прилила к лицу.

— Ты же знаешь, что я не то имела в виду.

Его смех был таким открытым, громким и счастливым, что во мне что-то щелкнуло.

— А прозвучало пошло, да?

— Еще как!

Я и не знала, что он может так громко смеяться.

— Я пошла в дом, — пробормотала я и не шелохнулась.

Он запрокинул голову и расхохотался еще сильнее, положив руку на идеальный пресс, на который я ни в коем разе не собиралась смотреть. Наконец он закончил ржать, сделал глубокий вдох и очень довольный собой произнес:

— Ладно, ладно, я просто прикалываюсь над тобой. — Я сощурилась, когда он поднял руки, чтобы вытереть глаза. — Пойдем со мной в воду, и я больше никогда не буду поднимать эту тему. Обещаю.

Я простонала.

— Руби.

— Аарон.

— Пошли со мной в воду, — продолжал настаивать он. Правда при этом он выглядел почти нормальным.

Я уставилась на него.

— Вот уж дудки.

Он посмотрел на меня.

— Пожалеешь потом, — дразнил он.

Да блин, откуда он так чертовски хорошо меня знает?

Я фыркнула. И опять он был прав, черти его задери.

— Ну пойдем же. Только ты и я? — мягко произнес он. — Рурон навсегда.

Вот угораздило же меня, он мог сказать все, что угодно и выбрал: Рурон. Мне хотелось расцеловать его и поколотить одновременно.

— Рубик Кубик. Когда будешь входить в воду, можешь держаться за все, что хочешь. С тобой ничего не случится, я не позволю.

Он сделал меня. Порвал на британский флаг. Какая же я жалкая.

Сжав руки в кулаки, я простонала.

— Только на… две минуты. Две минуты и все.

Я бросила взгляд в сторону волн, неспешно накатывавших на берег. Спокойных и черных-пречерных. Мне совершенно не хотелось туда идти… но я знала, чего он добивается. И он знал.

Но…

Я прижала кулаки к бедрам и сказала все как есть:

— Мне страшно.

Он моргнул и в следующее мгновение он присел передо мной на корточки, так что его лицо оказалось напротив моего. Он сжал мою руку между своими ладонями. Когда он поднес мою руку к груди, его слова были мягкими и нежными:

— Я буду все время с тобой. Ты же знаешь, я тебя не брошу на произвол судьбы.

Хуже всего было то, что я знала — он говорит правду. Вот братья могли меня кинуть, но не Аарон. Ни за что. Только не он. Тем более, если знал, что я по-настоящему напугана, а я напугана, просто крындец насколько.

— Две минуты, и все. Тебе нечего бояться. В такое время они уже не кормятся…

Я перестала дышать.

— Руби. — Он издал тихий смешок. — На свете гораздо больше всякого дерьма, чем в воде, здесь речь о том, как ты сталкиваешься с такими вещами, которые не можешь контролировать, понимаешь?

Я застонала. Блин, он был прав.

— Ты же понимаешь, — ответил он на свой же вопрос, когда я промолчала. — Я не оставлю тебя. Ты храбрее, чем думаешь.

Серьезно? Это я-то? Или по крайней мере… я могла бы такой быть. Разве я сама себе это уже не доказала?

Мне больше не хотелось быть той трусливой Руби, хотя, возможно, я останусь ею навсегда. Возможно. Но мне не хотелось чего-то бояться, чтобы продолжать этого активно избегать. Мама, которой раз за разом разбивали сердце, все же не боялась влюбляться снова и снова, несмотря на то, что в прошлом у нее ничего не получалось. А вот Жасмин боялась только проигрыша на соревнованиях. Мама и Жасмин были самыми бесстрашными людьми. И я могла бы стать такой же. В конце концов, у нас была одна и та же ДНК.

Сама того не осознавая, я поднялась на ноги. Я определенно не заметила, что снимаю футболку, пока она не оказалась у меня над головой, и я бросила ее поверх кучи одежды Аарона. И только когда мои руки потянулись к резинке шорт, я поняла, что Аарон снова поднялся.

Он наблюдал за мной. Его веки были слегка прикрыты и возможно сосредоточены на каком-то объекте, но благодаря темноте, сложно было сказать наверняка. Теперь была его очередь задавать вопросы:

— Что это ты делаешь?

Я стянула шорты.

— Раздеваюсь, не хочу, чтобы одежда промокла. Не переживай, я не собираюсь обнажаться.

Несмотря на темноту, я заметила как дернулся его кадык. Но он больше не проронил ни слова, когда я положила шорты поверх остальной одежды. Нервы от предвкушения были натянуты как струна, но к черту все, я войду в гребанную воду. Две минуты. На две минуты я смогу зайти в воду.

Я нервно выдохнула.

— Уверен, что я могу держаться за что захочу?

Аарон приподнял бровь, и мне показалось, что он уже сомневался в своем смелом предложение.

— Ну хорошо, только не забудь о том, что пообещал мне, — предупредила я его, делая шаг к воде. — Давай уже покончим с этим.

Он задержал свой взгляд на мне еще на секунду, прежде чем опустил голову ровно настолько, чтобы это можно было расценить как кивок, а затем сделал шаг вперед. Я подождала, пока он окажется рядом со мной, повернулась лицом к воде и вошла в воду. Только когда вода коснулась моего колена, я вздрогнула и сделала полшага в сторону, ближе к нему.