Пф-ф-ф...

Нет, это я сам себе сейчас вру.

Все сходится, все линии, все, в чем я сомневался, все это объясняет рассказ Патриции. Она не обманывает, и мне не стоит лгать себе.

Стоит рискнуть жизнью ради Тена Дааса?

Нет!

Взрослый мужик сделал выбор, пусть за него и отвечает! Я вот тут совершенно не причем.

Ради Ланса Кроу и Рика Декарта?

Насколько я понимаю, их вообще никто не просил идти за Даасом, они сами пойдут. И что мне теперь из-за тараканов размером с кулак, что поселились в их головах, тоже теперь сунуть голову в пасть к дракону?

Нет!

Потому как каждый в ответе за своих тараканов.

Иллея?

Кронос! Я даже не знаю её фамилии!

Кто она мне?

Та, кто вдали от дома заменила мне старшую сестру? Стоит ли это того, чтобы принести горе своим родным сестрам?

Да?

Нет?

Я не знаю!!!

И я не хочу умирать. Тем более вот так умирать, глупо... из-за чужих ошибок, надежд и планов.

Значит...

Нет?

Спустившись вниз, я вышел с черного хода на улицу и подставил лицо под холодные капли зимнего, ночного дождя.

Я не пойду...

Не пойду!

Трус?

Если бы не манипуляции Пат, если бы я о все узнал иначе, я бы пошел, но...

Я сам себе противен.

Мерзок.

Но взрослые люди тем и отличаются от детей, что отвечают за свои поступки. И Тен, и Иллея, и Рик с Лансом – они сами привели себя ко всему.

Причем тут я?!!

Возможный спаситель в глазах Пат?

Это её заблуждение.

Каждый в ответе за...

За...

Я падаю на колени прямо в лужу, не чувствуя холода.

Мне страшно...

Но я не могу не пойти.

Потому, что...

Я тоже в ответе...

За Антона, за Фила, за Хотея, за Мека и Герхарда, за...

За команду.

За СВОЮ команду.

Что будет с ними, если проект гуннов рухнет, смогут ли они выкарабкаться из своих проблем с Ликами без поддержки Ланса, Рика, Тена?

Нет...

Не смогут.

Я их капитан.

Я сам принял это.

Сам.

Пат тут не причем.

Это был мой выбор.

Только мой.

Я капитан и это МОИ люди.

А значит...

Встаю из грязи и отряхиваю брюки.

Странно, мои руки совсем не дрожат.

Я выбрал.

Мой камень нести только мне...

И еще...

Еще я не хочу терять то, к чему так долго шел.

К тому же Тен мне будет крепко должен, и я знаю, что с него потребую.

Знаю, куда применить мои умения, навыки и “таланты”.

Сейчас я осознал, чему хочу посвятить свою жизнь. И Тен Даас мне в этом поможет.

Возможно, так и бывает, только подойдя к краю, ты понимаешь, чего ты хочешь на самом деле...

Нужно только пойти... и вернуться.

Обязательно вернуться!..

— Четверо! – Отмахивается Рик. – То же мне проблема! Позовем Хотея, он всегда на любую заварушку согласен!

— Мы идем, и не возражай. – Ланс смотрит прямо на Дааса, и тот отводит взгляд.

Отводит и замечает меня, стоящего в дверном проеме.

— Кхм! – Босс и правда удивлен, когда понял, кого же он видит.

— Утис? – Оборачивается и Рик.

— Тебе лучше зайти потом... Завтра. – Отсылает меня Ланс.

— Я иду. – Мой голос спокоен и, сказав это, я беру стул у бара и сажусь рядом с ними. – Пятым.

— Послушай, ты вообще тут не причем. – Даас и не скрывает раздражения. – Вали к себе!

— Не могу, моя комната занята.

— И кто же тебя из неё прогнал? – Голос босса полон сарказма.

— А ты догадайся с одного раза. – Вижу, он не понимает. – У неё в сумочке тридцать пять свечек для торта... Давно их с собой носит.

Глаза Тен Дааса сейчас напоминают огромные озера, полные безмерного удивления.

— А?!

— Так что я иду.

— Утис. – Тон Ланса обманчиво спокоен. – Ты даже не знаешь, что, зачем и куда...

— Знаю. – Как от надоедливой мухи отмахиваюсь от его слов. – Босс подтвердит.

— Он знает... – После моих слов лицо Дааса изменилось, стало серым, он понял... Понял без объяснений. – Все так плохо?

— Еще хуже.

Рик и Ланс переглядываются, не понимая, о чем мы. Зато босс, я буквально вижу, как он вспоминает моё появление, складывает, сводит, вычисляет и с каждым мгновением его плечи опускаются все ниже.

— Ты идешь. – Он поднимает глаза – взгляд идущего на эшафот. – Но только при одном условии.

— Ты не в то...

Он прерывает меня, не дав договорить.

— Я беру вину Патриции на себя! Ты не будешь ей мстить и утихомиришь свой Лик в этом вопросе. Когда мы вернемся, если захочешь, можешь убить меня, я не буду сопротивляться. – Рика сейчас, кажется, удар хватит от этих слов. – Но ты даже не посмотришь на неё косо. Вся вина на мне, или ты не идешь. Только так.

— Невыгодное предложение. – а вот эти мои слова заставили дернуться даже невозмутимого коммандера. – Мы не очень хорошо расстались, и я не оставлю за спиной ТАКОГО врага.

— Я улажу. – И я понимаю, что “да” уладит.

— По рукам.

— А можно вот сейчас объяснить, что это было?! – Встревает Рик, глядя на наше рукопожатие.

— Дело в том, что мы все в глубокой как сам Тартар жо...

Я думал босс меня прервет, но нет, он дал мне высказаться.

— Не думай, что буду тебе должен. – Фыркает Декарт после моего рассказа.

— Мне это и не нужно. – Возвращаю ему его же ухмылку.

— Ты выбрал... – Только Ланс, только он меня, кажется, понял полностью. – Отговаривать мужчину от принятого решения – это впустую сотрясать воздух. – И оборачиваясь к боссу, он спрашивает. – Мы не опоздаем?

Даас бросает взгляд на свой смартфон.

— Да, нам пора...

Сидя на заднем сиденье байка, я ловлю лицом ветер и капли дождя, возможно это последнее, что я чувствую в этой жизни...

— Не надо было...

На ступенях Храма Иллея плачет, уткнувшись лицом в грудь Дасса, от чего её слова немного приглушены.

— Из-за меня, вы...

— Женщина, не спорь с мужчинами! – Как Рик может быть в таком хорошем настроении, что даже прикалывается, это выше моего понимания, но он и правда улыбается. – Моя жизнь станет блеклой и серой без твоей готовки!

Вот бред же несет, несусветный бред, но его слова, кажется, попадают в цель, Иллея отстраняется от любимого и выпрямляет спину. Почему у меня нет такого дара – говорить женщинам то, что нужно именно сейчас. Завидую...

— Ты чего? – Тыкает меня локтем в бок Декарт. – Подумаешь полнолуние! Ты посмотри на нас, вспомни наши Лики! Ахиллес, Гектор, Ифито, Одиссей и Эней! С учетом того, что мы точно не встретим за Вуалью ни Геракла, ни Тесея... Да кто устоит против нас?!!

Мне хочется ему поверить, но я знаю, что все не так просто, и наш шанс вернуться как бы не ниже, чем остаться навечно за Аркой. А кто нам там встретится? Даже думать не хочу. Да и что додумывать, сейчас все и узнаю...

Не люблю проходить Вуалью. Неприятное ощущение, будто ты продираешься через намазанные медом паутины.

Где это я?

Кругом темнота.

Где все?

Почему я один?

Оглядываюсь, я стою на кромке небольшого клочка земли, не больше двадцати шагов до дальнего края, парящего в пустоте. На большом валуне сидит загорелый атлетичного сложения черноволосый мужчина средних лет, из одежды на нем только набедренная повязка. Поднявшись с камня, он подходит ко мне на расстояние вытянутой руки.

— Я так изменился? – Спрашивает он.

Спрашивает не меня... себя...

Не на внешность он смотрит, глубже, намного глубже.

Прислушивается к чему-то мне неслышному.

— Этого мне и не хватало? Возможно...

Но как? Почему я вижу Его? Иллея же говорила, что только совершив свой настоящий подвиг, я смогу пообщаться с Ним!

— Подвиг. – Он кривит губы совсем как я, что на чужом лице выглядит... Странно. – Пустое слово, поступок всегда вторичен. – Ясно, мои мысли для него вовсе не тайна. – Решение – вот нужное слово.

Он вглядывается в меня, и я чувствую, как он разглядывает мою душу.

— Не знаю...

И я падаю куда-то, не успев сказать и слова. Падаю и вижу его глаза. Глаза Одиссея, в которых застыло... Ожидание?