Тартар! Это больно! Я упал на колени прямо на каменную мостовую, даже поножи не спасли от удара, будто свалился с высоты пары метров.

— Тебя чего ноги не держат? – Рик подхватывает меня за руку и помогает подняться.

— А?

Встав на ноги, оглядываюсь. Вся наша пятерка в сборе и, что сразу бросается в глаза, Декарт, Ланс и Тен одеты почти идентично, разве что шлемы немного разной формы, да цвета и рисунки на щитах различаются. Перевожу взгляд на себя. Так и есть, если мне немного прибавить в росте, да нарастить мускулатуру, то от босса, если мы закроем забрало, будет не отличить. Впрочем, в этом нет ничего странного, ведь на мне те же доспехи Ахиллеса, что и на нем, не один в один сделанные, а именно те же самые, любопытный парадокс. Мою грудь закрывает тяжелый и даже на вид прочнейший гиппоторакс, анатомическая кираса, голова прикрыта иллирийским шлемом, руки до локтя защищают оплетенные кожей наручи. На ногах, помимо уже привычных высоких сандалий, доходящие до колен литые поножи, за спиной привычная тяжесть щита Итаки, над плечом верный лук, а на поясе ножны, в которых спит “Слеза Фетиды”.

Все мы стоим в центре большой привратной площади древнего города. Судя по отраженному от облаков свету, скоро рассвет, или он уже начался, из-за высоких метров двадцати массивных стен эту деталь не разглядеть.

Но невзирая на ночь, кругом совсем не темно, за нашими спинами пылает пожар, горит что-то деревянное и большое.

Вглядываюсь.

Гея мать...

Я знаю, что это так полыхает.

Троянский, Кронос его забери, Конь!

Окружающий мир застыл, будто нажатый на паузу, двигается только наша пятерка.

— Неожиданно оказаться с ЭТОЙ стороны? – Юмор от Ланса? Судя по тому, что его вопрос адресован Тену, то да.

— Ты уверен, что мы защитники, а не те герои, что прятались в Коне? – Вопросом на вопрос отвечает босс.

— Уверен, это очевидно по нашей позиции. – Пока я разглядывал свое вооружение, коммандер не терял времени даром, успев прокачать ситуацию.

— Пожалуй, ты прав. – Быстрым взглядом окинув окружающее пространство, произнес Даас. – Нападающие разделены на две группы. Одна. – Его ладонь указывает на приоткрытые городские ворота. – Сняла блокирующий брус и, перебив привратную охрану, сейчас удерживает ворота до прихода подкрепления. Вторая. – Рука босса поднимается вверх и вправо, указывая на надвратную стену, к которой ведет открытая Z-образная, широкая, каменная лестница. – Напала на охраняющих основной замок и убрала связующую цепь, теперь они удерживают позицию и поддерживают нижнюю команду обстрелом сверху. Та что да, стоять здесь для нападающих не логично.

Вот он это говорит, а я вглядываюсь в застывшие лица ахейцев, вглядываюсь со страхом, ведь предводителем группы, что сидела в Коне, был никто иной, как Одиссей! Смотрю и не вижу знакомого лица.

Тут мою голову будто сдавливает легким обручем, не на долго, буквально на долю секунды. Это не похоже на брифинг или на любую иную постановку задачи, я будто вспоминаю, что прочел совсем недавно, хотя точно помню, что никогда не читал этих слов.

“Задача: Троя не должна пасть. Все оригинальные Герои исключены. Союзники: троянский гарнизон и войска союзников. Противник: объединенная армия греческих полисов и пятерка паломников”.

У меня как камень с души свалился: “оригинальные Герои исключены!”, я не встречу Одиссея в противниках!

— Дерьмо! – Сплевывает на мостовую Рик. – Ну почему не гидра, циклопы или плевать, но гекатонхейры?

Он что, серьезно предпочел бы в противников стражей Тартара? Судя по его лицу – да, именно так. Куда делись вся его игривость и пофигизм? А их и не было, Декарт с самого начала понимал, что мы идем не на легкую прогулку, он же сам мне говорил, что недооценивать противников не умеет, а вся его веселость до этого момента только для того, чтобы приободрить меня и хотя бы немного успокоить Иллею.

— Отстоим ворота – ахейцам никогда не взять город. – Уверенно произносит Бегущий, Ланс и Тен молча кивают на эти слова.

— Иллея! – Даас обращается к амазонке. – Сделай фарш из тех, кто защищает замок и цепь, устрани их и освободи запирающий механизм.

— Не вопрос. – Пожимает плечами Буреносная, обнажая свои клинки.

— Я с ней. – Тут же вклиниваюсь я. – Прикрою.

— Пф-ф-ф. – Взгляд брошенный на меня Ил..., нет уже Ифито, полон сарказма и пренебрежения.

— К тому же мне стрелять со стен куда как удобнее будет. Не хочу лезть в рукопашную. Понимаю, что как только обнажу “Слезу”, так получу умение ей владеть, но... С луком от меня гораздо больше пользы. – Твердо произношу в ответ.

— Согласен. – За долю секунды взвесив мои слова, соглашается босс. – Рик прикрывает меня слева, Ланс, ты справа, я таран. Сносим всех у ворот и уходим в прорыв.

— Уверен? – Наклоняет голову в сомнении коммандер. – Нам достаточно удержать ворота, чтобы победить.

— Я уверен в том, что моя сестра не ошибается в прогнозировании рисков, если бы все было так просто, ей не понадобилась бы вся эта игра за гранью фола. Это значит, что обороняясь, мы обречены. Не знаю какие Лики нам противостоят, но уверен – именно из-за них из Арки не вернулись спецотряды Старого Света...

— Нападая, мы удивим врага и перехватим инициативу. – Кивает Ланс. – К тому же у них может быть тот стратег с Ликом Сципиона Африканского, а если учесть, что помимо паломников нам противостоит многотысячная армия, то нельзя дать ему время на перехват командования.

— Стены тогда не помогут. – Цокает языком Декарт.

— Решено... Нападаем!

— Закончу на стене и к вам. – Оскал амазонки даже можно назвать красивым, как красива смертоносная пантера в момент нападения.

С тихим мелодичным щелчком купол безвременья, что окружал нас, перестает быть. И в мои уши сразу врывается какофония звуков: крики, стоны раненых и умирающих, злобный звон сталкивающихся мечей и все это на фоне ревущего пожара.

Стремительной тенью Ифито бросается вперед.

Я же, не сходя с места, посылаю стрелу в одного из четырех лучников на стене, и тот падает, хватаясь за пробитую навылет грудь. Произведя выстрел, я срываюсь с места следом за Буреносной.

Ахейцы – ветераны многолетней войны, лучшие из лучших, несмотря на всю быстроту амазонки они успели поставить заслон на лестнице, перекрыв щитами пролет. Вихрь Кровавых Клинков столь быстр и стремителен, что я не могу их различить, с громким воплем Ифито врезается в строй. Врезается и откатывается назад! Ну ничего себе?! Эти трое остановили дочь Ареса? Да! Остановили!

Стрела уходит в полет и... И разбивается о поднятый щит. Какого Кроноса, это же обычные бойцы, не герои!! Как?

Опыт и отточенные до совершенства умения – вот ответ.

Вха-а-а-а!! Ревут красные мечи, устремляясь в новую атаку.

И вновь стена щитов устояла, а Ифито в кульбите через голову вынуждена уходить от трех стрел.

Донг! Бьет тетива по наручу. И очередной лучник, зажимая шею, падает со стены. Но теперь в меня летят стрелы. Я в доспехе, мне не повторить трюка амазонки, не прыгнуть так, поэтому приседаю и поворачиваюсь спиной.

Бам!

Бам!

Два удара не так и сильны, к моим ногам падают сломанные стрелы, им не пробить щит Царей, что закрывает мою спину.

— Умрите!!! – Крик Ифито такой силы, что у меня подгибаются ноги.

Ву-у-у-у-у-а-а-а-а!!! Разве могут мечи, разрезая воздух, петь так громко?

Дага-м-м-м!! Новое столкновение щитоносцев с яростью дщери бога войны заканчивается так же, как и предыдущие – амазонка отступает. А, нет, не так же, все три её противника ранены, увы, не серьезно, кровоточащие разрезы на щеках, руках и ногах, но не глубокие.

Амазонка в такой ярости, что у меня нет слов, чтобы это описать.

— Подохните!!!

Звон от столкновения кровавых Клинков со щитами перекрывает все остальные звуки битвы. Щиты держатся и в этот раз, но теперь амазонка не отступает, продолжая давить и давить. Предпоследний лучник на стене делает ошибку, пытаясь выцелить не меня, а Буреносную, и валится мертвым на безмолвный камень, в его правой глазнице торчит белое оперение.