Через три дня все было готово, Грэг принес новые документы высшего качества на имя Славака Ибрагимовича и Татьяны Крон. Анна, ставшая Таней, вылетала на Ленинград вместе со своим пультом, который в документах был заявлен как прототип устройства управления. Там, уже на родной территории, можно будет связаться с Кронштадтом. А Арсений отправлялся двумя часами позже на один из крупнейших теневых рынков галактики Новый Амстердам, в компании контрабандистов, везших туда какой-то срочный груз.
- Ну что, пора прощаться? - произнесла она, стоя в дверях ангара. - Спасибо тебе за все, ты подарил мне чудесную неделю. Прощай. - И, поднявшись на цыпочки, она быстро поцеловала его. Горьким был этот прощальный поцелуй, Анна отвернулась и побежала к машине, возле которой ее ждал один из подручных Грэга.
- Может, увидимся, - негромко бросил вслед Арсений.
Но капитан Шахова уже запрыгнула в кабину и закрыла дверь, вряд ли она слышала его слова.
Глава четвертая. Гагарин (часть первая)
Арсения провезли на маленькое частное взлетное поле, на котором стоял старый переделанный в грузовик малый пассажирский транспорт, такие были сняты с производства еще в начале века, и этому старичку было уже явно за сотню. Арсений сразу очень сильно пожалел, что согласился именно на этот вариант.
- Капитан Ниманд, - представил сухого усатого бюргера Грэг.
- Славак, - пожав протянутую руку, назвал вымышленное имя Арсений.
- Ты такой же Славак, как я араб, - бросил усач.
- Сам-то таракан с именем Никто, - парировал Арсений.
- Туше, - ничуть не обидевшись, довольно произнес контрабандист. - Давай на борт, проследишь за погрузкой своих вещичек. Кстати, что там?
- Семечки, - усмехнулся Лавр, - русский наркотик.
Бюргер расхохотался и махнул рукой в сторону аппарели, на которою заезжал погрузчик, в тележке которого были аккуратно сложены капиталы Арсения.
- Ну что ж, Грэг, давай прощаться, - повернувшись к барыге, произнес Лавров. - Я рад, что наше знакомство ничто не омрачило, может быть, когда-нибудь еще увидимся.
- Прощай, - отмахнулся тот, - с тобой приятно иметь дело. Увидишь Таню, передавай привет.
- Обязательно, - грустно улыбнулся Арсений, - только это вряд ли, у нас с ней разные дороги, а общий перекресток позади. Ладно, бывай! – И, развернувшись, бывший лейтенант Красных штыков взбежал по трапу.
Трое матерых мужиков, члены команды, бережно укладывали в тайник его добро, Арсений проследил за процессом. Еще в ангаре Грэга он все перепаковал и теперь с ним летели три вместительных контейнера вместо семи мелких ящиков. Вскоре все три контейнера разместились в тайнике, и здоровяки с помощью небольшой кран-балки опустили на место плиту пола. Тайник выглядел надежно, даже зная, где, Арсений не мог отличить крышку тайника от остальных плит пола. Если, конечно, таможенная служба ввалится сюда с рентгеном, то тайнику жить до первого луча.
- Не найдут, - услышал он справа басок Ниманда, - у плиты специальная прослойка отражает сигнал и обманывает прибор, тот видит сплошной метал. Для этих у меня есть ложные тайники, которые вечно пустые.
Арсений кивнул, удовлетворенный объяснением контрабандиста.
- Пошли, каюту покажу, - произнес капитан «Верна».
- Кстати, почему «Верн»? - спросил Арсений, пока они поднимались на жилую палубу.
- Люблю древнюю литературу, - пожав плечами, ответил тот, - в детстве зачитывался Жуль Верном. Читал?
Арсений кивнул.
- Поэтому и имя такое выбрал? Ниманд, Никто, в честь капитана Немо?
- Молодец, - похвалил его капитан, - приятно разговаривать с образованным человеком.
- Не сложно, - отмахнулся Лавров.
- Это для тебя не сложно, а мне постоянно приходится объяснять это всяким тупицам. Ни черта не знают истории. - Он распахнул дверь каюты, - располагайся. Кают-компания дальше по коридору, ужин в восемь, обед в два, завтрак в девять. Живем по стандартному космическому.
- Ну, это можешь не объяснять, обычно правила везде одинаковые.
Ниманд, благосклонно склонил голову.
- Ты, Славак, парень тертый, на чем ходил?
Арсений отрицательно покачал головой.
- Не спрашивай и мне не придется тебе врать, странно, ты слишком любопытен для контрабандиста.
- Я старый прохвост, - усмехнулся на это бюргер, - и знаю, когда вопросы можно задавать, а когда можно получить лазерный луч в мой великолепный упитанный живот. - Он погладил объект, окруженный любовью и заботой. - Кок наш тоже немец, так что готовься, он любит работать в колорите: тушеная капуста, колбаски, шпикачки, Коруонблянц "Шаргач" (фаршированная телятина) - национальная кухня и мировоззрение. Весь экипаж с Берлина. Все натуральное, это тебе не «звездунский» фаст-фуд
- Нормально, - отмахнулся Арсений, - главное, не рыба. Хотя и из ихнего фаст-фуда я кое-что люблю. Как идти думаешь?
- В обход, - немного подумав, словно решая, говорить или нет, произнес Ниманд. - Амстердам в «звездунском» секторе, придется по дуге заходить через пустой космос, крюк в три дня, но риск того стоит, если мы попадемся с грузом, нас квадратовцы всех к стенке поставят. Кстати, у нас на борту еще два пассажира. Девица наемница, и мутный торгаш с небольшим грузом, ходит в балахоне черном, капюшоном лицо прикрывает, все время молчит, дерганый, постоянно за пистоль, что за поясом носит, хватается, поосторожней с ним. Я оружие на корабле перевариваю, пока оно лежит в каюте, - капитан покосился на «Хищника» в подмышечной кобуре Арсения, - но этот придурок дал две штуки сверху, чтобы я разрешил ему расхаживать по кораблю с пушкой.
- А мне?
- Ходи, - неожиданно разрешил контрабандист, - ты, я смотрю, парень разумный, если проблема возникнет, стрелять только в крайнем случае будешь.
- Бесплатно? - удивился Арсений.
- Сотня, чтоб карман не оттягивать, - мгновенно среагировал Ниманд.
- Годится, - Арсений достал купюру, которую тут же сграбастал бюргер.
- Ладно, все я пошел, мне еще старика «Верна» поднимать, - и капитан степенно и важно удалился. Мостик у такого типа кораблей располагался прямо посредине отдельной надстройкой.
Арсений зашел в предоставленную каюту - чуть больше чем та, что была у него на «Садко», но компоновка не сильно отличалась, только здесь были душ и туалет. Арсений швырнул сумку с одеждой на кровать, внутри, под бельем, скрывался лазерный десантно-штурмовой автомат «Рысь», правда, пришлось сложить приклад, иначе он бы просто не влез в небольшой баул. А через Грэга удалось за довольно приличные деньги раздобыть пару запасных магазинов и пятьдесят патронов, хватит минут на десять активного боя.
Арсений посмотрел на часы, день почти перевалил за полдень, вскоре силовая установка подаст мощность на двигатель и «Верн» выйдет в космос, если, конечно, не развалится в атмосфере, но Ниманд не похож на самоубийцу, вряд ли бы он сам летел на корабле, который может развалиться при взлете. «До обеда можно вздремнуть», - решил Лавр и, убрав сумку в шкаф, улегся на кровать. Но вместо сна начал думать об Анне, девушка летела обычным рейсом, к счастью, прыжковый пульт был небольшим и его без вопросов взяли в багаж. Арсений посмотрел на часы, сейчас она уже далеко, не пройдет и трех дней, как она приземлиться на Ленинграде. И если все будет идти согласно плану, к вечеру окажется на базе флота. Забудет ли она их маленькое приключение? «Не скоро», - ответил сам себе Арсений. И сам не заметил, как уснул.
Проснулся от того, что кто-то аккуратно постучал в дверь, после чего шаги раздались уже дальше по коридору. Бросив взгляд на часы, Лавр вскочил и умылся, было без пяти минут пять, старый корабль слегка вибрировал, полет начался и, судя потому, что его не разбудили раньше, старт прошел нормально, и СБ Хельсинки не село Ниманду на хвост.
Арсений сунул пистолет обратно в кобуру и вышел в коридор. Из каюты напротив появился человек в черном балахоне с накинутым на лицо капюшоном, было вообще неясно, как он передвигается и видит ли что-нибудь. Как оказалось, видит, капюшон повернулся в сторону стоящего у двери Лаврова, несколько секунд незнакомец изучал потенциального противника, видимо, его взгляд наткнулся на «Хищника», поскольку рука тут же рванулась к рукояти армейского кольта 2450, одной из последних разработок знаменитой фирмы, история которой сто лет назад перешагнула границу в половину тысячелетия. Арсений равнодушно посмотрел на дерганого в балахоне и, повернувшись к нему спиной, направился к кают-компании, хотя, чтобы проделать все это, потребовалась изрядная доля мужества, весь опыт отставного лейтенанта твердил, что спиной к подобным параноикам поворачиваться нельзя. Но балахон хоть как-то мог держать себя в руках, Арсений почти дошел до дверей кают-компании, когда сзади раздались торопливые семенящие шаги.