[§ 37] (I)³²⁷ Карамзина? тут ли Карамзина? — спросил он, спустя немного. (2) Ее не было; за нею немедленно послали, и она скоро приехала. (3) Свидание их продолжалось только минуту, (4) но, когда Катерина Андреевна отошла от постели, он ее кликнул и сказал: перекрестите меня! потом поцеловал у нее руку³²⁸.

[§ 38] В это время приехал доктор Арендт. Жду царского слова, чтобы умереть спокойно, сказал ему Пушкин⁰. Это было для меня указанием, и я решился в ту же минуту ехать к государю, чтобы известить его величество о том, что слышал.

[§ 39] (1) Надобно³²⁹ знать⁹, что⁹, простившись⁹ с⁹ Пушкиным⁹, я⁹ опять⁹ возвратился к его постели и сказал³³⁰ ему: ¹⁰ (2) может быть.

я³³¹ увижу¹ государя; что мне сказать ему от тебя. (3) Скажи ему, отвечал он, что мне жаль умереть; был бы весь (его)².

[§ 40] (1) Сходя с крыльца, я встретился с фельдъегерем, посланным за мной³ от государя. (2) Извини, что я тебя потревожил, сказал он мне при входе моем в кабинет. — (3) Государь, я сам спешил к вашему величеству в то время, когда встретился с посланным за мною. (4) И⁴ я⁴ рассказал⁴ о том, что говорил Пушкин⁵. (5) Я счел долгом сообщить эти слова немедленно вашему величеству. (6)⁶ Полагаю, что он тревожится о участи Данзаса. (7) Я не могу переменить законного порядка, — отвечал государь, но сделаю все возможное. (8). Скажи ему от меня, что я поздравляю его с исполнением христианского долга; о жене же и детях он беспокоиться не должен; они мои. (9). Тебе же поручаю, если он умрет, запечатать его бумаги; ты после их сам рассмотришь.

[§ 41] (1) Я возвратился к Пушкину с утешительным ответом государя.

(2) Выслушав меня он поднял руки к небу с каким-то судорожным движением. (3) Вот как я утешен! — сказал он. (4) Скажи государю, что я желаю ему долгого, долгого царствования, что я желаю ему счастия в его сыне, что я желаю ему счастия в его России. (5)⁷ Эти слова говорил⁰ слабо, отрывисто, но явственно.

[§ 42] Между тем данный ему прием опиума несколько его успокоил. К животу вместо холодных примочек начали прикладывать мягчительные; это было приятно страждущему. И он начал послушно⁹ исполнять предписания докторов, которые прежде отвергал упрямо, будучи испуган своими муками и ожидая¹⁰ смерти для их прекращения. Он³³² сделался послушным, как ребенок, сам накладывал компрессы на живот и помогал тем, кои около него суетились. Одним¹² словом, он сделался гораздо спокойнее.

[§ 43] (1) В¹³ этом ¹³ состоянии¹³ нашел его доктор Даль, пришедший к нему в два часа (2) Плохо¹⁴, брат¹⁴, —сказал Пушкин, улыбаясь¹⁵, Далю

(3)¹⁶. В это время он, однако, вообще был спокойнее: руки его были теплее, пульс явственнее. (4) Даль, имевший сначала более надежды, нежели другие, начал его ободрять. (5) Мы все надеемся, — сказал¹⁷ он¹⁷, — не отчаивайся и ты.— (6) «Нет!— отвечал³³³ он,— мне здесь не житье; я умру, да видно так и надо»³³⁴.

[§ 44] (1) В это время пульс его был полнее и тверже. Начал показываться небольшой общий жар. (2)³³⁵ Поставили пиявки. (З)³³⁶ Пульс стал ровнее, реже и гораздо мягче. (4) Я ухватился, говорит Даль, как утопленник за соломинку, робким голосом провозгласил надежду и обманул было и себя и других. (5). Пушкин, заметив, что Даль был пободрее, взял его за руку и спросил: «Никого тут нет?» «Никого».

(7) «Даль, скажи мне правду, скоро ли я умру?» — «Мы за тебя надеемся, Пушкин, право, надеемся». — (8) «Ну спасибо!»— отвечал он. (9) Но, по-видимому, только однажды и обольстился он надеждою³³⁷,ни прежде, ни после этой минуты он ей не верил.

[§ 45]³³⁸ Почти всю ночь (на 29-е число; эту ночь всю Даль просидел у его постели, а я, Вяземский и Вьельгорский в ближней горнице) он продержал Даля за руку; часто брал по ложечке³³⁹ или по крупинке льда в рот, и всегда все делал сам: брал³⁴⁰ стакан с ближней полки, тер себе виски льдом, сам накладывал на живот припарки, сам их снимал³⁴¹ и проч.

[§ 46]⁶ Он мучился менее от боли, нежели от чрезмерной тоски: «Ах! какая тоска! — иногда восклицал он, закидывая руки на голову, — сердце изнывает!» Тогда просил он, чтобы подняли его, или поворотили на бок, или поправили ему подушку, и, не дав кончить этого, останавливал обыкновенно словами: «Ну! так, так —хорошо: вот и прекрасно и довольно; теперь очень хорошо». Или: «Постой — не надо — потяни меня только за руку —ну вот и хорошо, и прекрасно». (Все это его точное³⁴² выражение)¹⁰. Вообще, говорит Даль, в обращении со мною он был повадлив и послушен, как ребенок, и делал все, что я хотел

t§ 47] Однажды он спросил у Даля: «Кто у жены моей?» — Даль отвечал: «Много добрых людей принимают в тебе участие; зало и передняя полны с утра до ночи». «Ну спасибо, отвечал он, однако же поди, скажи жене, что все слава Богу легко; а то ей там, пожалуй, наговорят».

t§ 48] Даль его не обманул С утра 28 числа, в которое разнеслась по городу весть, что Пушкин умирает, передняя была полна приходящих. Одни осведомлялись о нем через посланных спрашивать¹¹ об¹¹ нем¹¹, другие —и люди всех состояний, знакомые и незнакомые —приходили сами. Трогательное чувство национальной, общей скорби выражалось в этом движении, произвольном¹², ни¹² чем¹² не¹² приготовленном¹². Число приходящих сделалось наконец так велико, что дверь прихожей (которая была подле кабинета, где лежал умирающий) беспрестанно отворялась и затворялась; это беспокоило страждущего; мы³⁴³, придумали запереть дверь² из² прихожей² в² сени², задвинули ее³ залавком и⁴ отворили другую узенькую прямо с лестницы в буфет, а гостиную⁵ от⁵ столовой⁵ отгородить⁵ ширмами (это⁶ распоряжение поймешь из приложенного плана). С этой минуты буфет был⁷ набит народом; в столовую⁸ входили только знакомые, на лицах выражалось простодушное участие, очень многие плакали.

[§ 49]⁹ Государь император получал известия от доктора Арендта (который раз по шести в день, и по нескольку раз ночью приезжал навестить больного); государыня великая княгиня, очень любившая Пушкина, написала ко мне несколько записок, на которые я отдавал подробный отчет ее высочеству согласно с ходом болезни.

[§ 50]⁹ Такое участие трогательно, но оно естественно; естественно и в государе, которому дорога народная слава, какого рода она бы ни была (а в этом отличительная черта нынешнего государя; он любит все русское; он ставит новые памятники и бережет старые); естественно и в нации, которая в этом случае не только заодно с своим государем, но этою общею любовью к отечественной славе укореняется между ими нравственная связь; государю естественно гордиться своим народом, как скоро этот народ понимает его высокое чувство и вместе с ним любит то, что славно отличает его от других народов или ставит с ним наряду; народу естественно быть благодарным своему государю, в¹⁰ котором¹⁰ он видит представителя своей чести.

[§ 51] (I)³⁴⁴ Одним словом, сии изъявления общего участия наших добрых русских меня глубоко трогали, но не удивляли. (2) Участие¹² иноземцев было для меня усладительною нечаятельностью¹³. (3) Мы теряли свое; мудрено ли что мы горевали? (4) Но их что так трогало? (5)'⁴ Что думал этот почтенный Барант, стоя долго в унынии посреди прихожей, где около его шептали с печальными лицами о том, что делалось за дверями. (6) Отгадать¹⁵ нетрудно. (7) Гений есть общее