Когда «Волга» директора проносится мимо, выжидаю с минуту и двигаюсь за ней следом. Судя по направлению движения «волжанки», директор едет домой. За рулем личный водитель Охотского. Такая у директора фамилия. Зовут его Игорь Савельевич. По городу проезжаем ровно, без рывков на светофорах. В конце концов «Волга» останавливается на Наличной улице возле универсама. Охотский заходит в магазин, а его машина уезжает.

Интересно, до дома Игоря Савельевича от универсама неблизко, а при его комплекции и весе (килограммов сто двадцать) ему с покупками явно будет сложно передвигаться.

Захожу в универсам. Охотского вижу сразу. В сером деловом костюме, огромный в размерах, Игорь Савельевич бродит с тележкой на колесиках и набирает продукты. Захватив корзиночку, иду следом за ним, цепляю для вида с полки пару бутылок минеральной воды. Прохожу дальше и на повороте устраиваю небольшое столкновение. Сталкиваюсь, естественно, с Охотским. Споткнулся я вполне натурально и, чтобы удержаться на ногах, хватаюсь за лацкан пиджака директора. От неожиданности Охотский отпрянул назад, и его тележка уехала в сторону.

– Ради бога, простите меня! – извиняюсь я, изображая на лице смущение и раскаяние. – Устал за день, не обижайтесь.

– Ничего, ничего, – придя в себя, улыбается толстяк. – Всякое бывает.

Забираю свою корзинку и иду к кассам, по пути прихватив еще кое-что из продуктов. Выхожу из универсама и пакуюсь в свою машину. Охотский пока еще затаривается едой, а я уже проверяю, как работает маячок и одновременно микропередатчик, который я пристроил на костюм директору под лацкан пиджака. Техника работает отлично. Если Охотский не меняет костюмы, как носовые платки, большие финансовые затраты мне не грозят.

Из универсама директор выходит с двумя огромными пакетами и направляется в сторону автомобильной стоянки, расположенной рядом с магазином. Вот теперь все понятно: у директора машина под боком. Охотский выезжает со стоянки на черном «шевроле-тахо». Машина под стать директору и его габаритам.

Охотский завез продукты домой, сам никому не звонил, но ему на сотовый было несколько звонков. Для меня эти звонки интереса не представляют. Директор пробыл у себя в квартире минут тридцать и вновь появился на улице. Еду за ним в центр города.

У Охотского есть семья: жена и двое детей школьного возраста. Но семья сейчас где-то отдыхает.

«Шевроле» тормозит возле ресторана на Староневском. Я паркую свою «девятку» неподалеку. Охотский все в том же костюме – значит, у меня проблем сейчас нет. Прием с «жучка» идет отличный. В ресторане у Игоря Савельевича, похоже, была назначена деловая встреча. Собеседник Охотского, которого я не вижу, – мужчина. Запись разговора я веду на пленку.

– Добрый вечер, Сережа, – приветствует кого-то Охотский и, шумно пыхтя, устраивается за столом.

– Какие новости? – тут же переходит к делу невидимый мне собеседник директора.

– Пока все по-старому…

– Рады вас видеть снова, – раздается молоденький голосок подошедшей к столику официантки. – Вам как всегда?

– Здравствуй, голубушка, – приветствует девушку Охотский. – Все так же, но минералочку сейчас. Что-нибудь еще, Сережа?

– Нет. Спасибо.

– Минут двадцать, – предупреждает официантка о времени готовности заказа.

– Да, да, конечно, голубушка, – соглашается Охотский.

Естественный ресторанный фон – звон столовых приборов, легкая музыка, голоса посетителей в стороне не мешают мне вести прослушивание.

– Какая реакция? – слышу я голос Охотского.

– Клиент, видимо, нервничает, но пока не реагирует так, как мы хотим.

– Я думаю, он скоро созреет.

– Вам кто-нибудь задавал вопросы? – спрашивает Сергей.

– Пока нет.

– Не чувствуете за собой наблюдения?

– Для моего друга я вне подозрений, – хихикает Охотский. – К тому же у меня нет акций предприятия. Вы не могли бы как-то надавить на него, чтобы ускорить процесс? Мой брат готов начинать все хоть завтра.

– Вам потребуется для начала обанкротить завод…

– Это не займет много времени. Главное, чтобы наш друг пошевелился в нужном направлении.

– За это не волнуйтесь. Мои люди делают все возможное и невозможное…

А ларчик-то просто открывался. Вот, собственно, и все, что мне было нужно знать. Остаются еще кое-какие мелочи.

Выхожу из машины и иду в ресторан. Место здесь неплохое, как раз можно и поужинать. Выбираю столик и устраиваюсь так, чтобы иметь возможность видеть собеседника Охотского, но чтобы Охотский не видел меня. Сергей, молодой парень, по одному виду которого я могу с идеальной точностью определить, какой тип бизнеса предпочитает этот человек. Сережа явно не дружит с законом, что следует из услышанного мной только что разговора. Я нисколько не сомневаюсь, что речь шла о муже Конфетки и о том самом заводе.

Подходит официантка, и я делаю заказ. Фото Сергея у меня уже есть. Неплохо бы добыть его отпечатки пальчиков, но даже если это и не получится, узнать, кто этот парень, я уверен, труда уже не составит.

Ближе к ночи я получаю от Левы необходимый расклад на Сергея из ресторана. Сережа – подручный авторитета Батона, и этим все сказано.

Звоню Конфетке, предупреждаю, что скоро к ним подъеду.

– И что же теперь делать? – нервно интересуется Геннадий, прослушивая запись разговора Охотского и Сергея.

– Здесь тебе решать, – пожимаю я плечами. – Или подключаешь милицию, РУБОП, или включаешь собственные каналы.

– Но это ведь моя «крыша»!!! Почему же они решили меня подставить? К кому мне теперь обращаться?! – восклицает Геннадий в отчаянии. – Они меня живьем сожрут!

Конфетка сидит тут же, в кресле, и сосредоточенно смотрит на меня. Ну уж нет, дальше я никуда вписываться не стану! У меня и своих дел по горло, и нечего на меня так таращиться. Вслух я этого не говорю.

– Не я, Гена, тебе «крышу» заводил, – говорю ему, – не мне за это и отвечать. Материалы я тебе собрал, доказательства у тебя есть, пусть и не однозначные, но сомневаться в них ты точно не станешь, а это главное. Денег мне с вас не надо, посему позвольте откланяться.

Геннадий смотрит на меня обреченно. Охрана у него, похоже, тоже от «крыши».

– Влад! Подожди! – тормозит меня Конфетка.

– Все! Я больше не играю в ваши игры! – предупреждаю ее сразу.

– Но ты ведь можешь повлиять на ситуацию! Я знаю, что можешь!

Конфетка во мне уверена. Черт побери, почему я должен и теперь стараться для нее, когда мне… Ладно, оставим это. Я все еще стою на распутье.

– Полмиллиона будут ваши! – встревает в разговор Геннадий. – Если вы мне поможете, вы тут же заработаете полмиллиона долларов! – Этот придурок решил, что может меня купить, как новый автомобиль, оснащенный броней.

– Какую сумму вам назвали по телефону? – интересуюсь я у него.

– Двадцать три миллиона.

– Вот за такие деньги я бы мог еще что-то для вас сделать…

– Но ведь это нереально! – кричит Гена, он не понимает, что я просто издеваюсь над его гонором. – За эти деньги я могу убрать с дороги сотню таких Батонов!

– Вот и убирайте, но только без меня, – отрезаю я и выхожу из кабинета.

Каков засранец, украл у меня Конфетку и решил, что теперь ему все можно. Дерьмо вонючее!

Выхожу на улицу. Конфетка вылетает следом.

– Влад! – кричит она. – Подожди!

Я поворачиваюсь и презрительно говорю ей:

– Ты тоже считаешь, что меня можно купить со всеми потрохами?!

– Я так не считаю. – Света спускается с крыльца и подходит ко мне.

– У вас достаточно средств, чтобы самим распахать все проблемы, – хмуро говорю ей. – Материал я вам предоставил, и теперь вы в курсе, откуда у дерьма ноги растут. Решите все сами.

Конфетка видит, что я злюсь. Уж она-то изучила меня отлично.

– Извини Гену, – просит она. – Он в отчаянии, все время на нервах. Он же просто не знает, как нужно разговаривать с тобой.

– Ты меня тоже извини, но мне нужно ехать.