– Значит, в вашем мире нет металлургии, металлообработки, промышленности…

– Ника, с чего ты это взяла? У нас есть и то, и другое. Иногда значительно дешевле выкопать и переплавить добытую руду, чем синтезировать тонны железа…

– Тонны?

– Одна тонна – чуть меньше двенадцати ги.

– Понятно… Своя система измерений.

– Но это уже частности. Теперь, девушки, вам понятно, как мы очутились здесь, на станции?

– Теперь понятно… Если, конечно, ты нас не разыгрываешь, и у тебя не завалялось где–то в кармане миниатюрного индивидуального портала!

– Никаких розыгрышей, девушки, все рассказанное мною – правда.

– Как–то больше похоже на сказку. Волшебный мир, маги, боги… Кстати, ты сказал, что вашему миру – пять тысяч сол, а я отлично знаю, что Руру Лерою – чуть больше тысячи. Как такое может быть?

– Мы, в своем мире, зовем его Один. Или просто Создатель – ведь именно он сотворил нашу вселенную. А время в нашем мире течет примерно в восемь раз быстрее, чем в мире богов… Ох, прости, Иния, в вашем мире. Это, кажется, является одним из условий существования магии.

– Очень приятно, что ты считаешь наш мир божественным. Но ты же сам только что сказал, что применял магию и в нашем мире! А, значит, время здесь ни при чем!

– Время – один из компонентов пространственно–временного континуума и напрямую влияет на основные физические константы вселенной, так что здесь ты не права. Не знаю, как тут завязано время – я не демиург, но в этом мире плести заклинания действительно значительно сложнее, чем у нас. Такое ощущение, что вместо воздуха продвигаешься в густом маслянистом потоке. Поначалу очень трудно, однако со временем привыкаешь. А божественным ваш мир я перестал считать уже давно, хотя по привычке иногда называю… Почти сразу же, попав сюда, я понял, что это вовсе не мир богов, а просто еще один мир, в чем–то похожий на наш, а в чем–то отличающийся.

– Дэнни, а не смог бы ты ответить на несколько вопросов…

– Ника, давай поступим так… Я сейчас немного посплю – я действительно очень сильно устал, а потом, когда отдохну, отвечу на все ваши вопросы. Тогда же и станем думать, что делать дальше. Нам многое предстоит сделать – распаковать и вновь собрать портальную установку, подключить к ней реактор станции, провести ряд пробных запусков на предмет определения максимальной мощности, выдаваемой реактором и, соответственно, максимального расстояния, на которое мы сможем переместиться. А для того, чтобы все это сделать, я должен хотя бы немного прийти в себя – сейчас я буквально валюсь с ног.

– Хорошо, поспи, мы не станем тебя будить, пока ты сам не проснешься. Ты не будешь возражать, если мы ляжем спать тут же, на соседней кровати?

– Можете даже раздеться – обещаю, что не буду подглядывать! – и, закрыв глаза и не обращая внимания на возмущенное шипение девушек, Дэнни провалился в глубокий сон…

Условное утро, которое Дэнни решил назначить таковым, началось с приглушенного шепота, которым его подруги обсуждали полученные вчера новости. По–видимому, свалившаяся на девушек информация не могла оставить их равнодушными, и подруги тихо, но ожесточенно о чем–то спорили. Заметив, что юноша пошевелился и открыл глаза, девушки сразу же перешли в наступление. Первой заговорила Ника, спросив у Дэнни:

– Как ты себя чувствуешь?

Быстро сплетя и активировав диагностический конструкт, юноша быстро осмотрел свое тело и, не выявив серьезных нарушений, ощутив лишь общую слабость и гнетущую тяжесть под ребрами, в районе грудины, ответил:

– Не так хорошо, как хотелось, но, похоже, жить буду, – и в подтверждение своих слов вытянул руку ладонью вверх, над которой тут же зажегся маленький ярко–желтый огонек.

– Здорово! – воскликнула Ника, и Дэнни поспешил убрать плазменный сгусток обратно – тянущая боль в груди усилилась.

– Не слишком здорово, – возразил юноша. – Даже небольшое магическое усилие для меня сейчас крайне болезненно. Последствия перенапряжения оказались серьезнее, чем я надеялся. Считайте меня на ближайшее время обычным человеком – ничем, кроме рук и ног, я пока пользоваться не могу.

– А головой?

– А головой я ем! Кстати, как там у нас дела с завтраком?

Ника, спохватившись, тут же убежала на кухню – готовить, а Иния, подсев поближе к Дэнни, начала расспрашивать:

– Так, значит, любой из клана Рэй может делать что угодно? Зажигать на руке огонь, как ты, и перемещаться куда захочет?

– Не любой, и не что угодно – я, например, еще слишком молод и многого не умею. К тому же я в этом мире недавно и реальных возможностей своих земляков, живущих в Окании уже давно, не знаю. Я вообще кроме академии практически нигде еще не был. А огонь… Огонь – это самое малое, что они могут сделать.

– Расстояние, на которое ты переместил нас троих, огромное – по крайней мере, в масштабах звездных систем. Если не со звезды на звезду, то между планетами одной звездной системы ты вполне в состоянии перемещаться. Я уже не говорю о перемещениях в пределах одной планеты.

– Эти расстояния огромны по твоим меркам, но мизерны по моим – я ведь действительно делаю лишь первые шаги.

– Я не знаю никого, кто мог бы делать то же, что и ты.

– Я знаю многих – сам Один, его жена Таня, Имир, Ярината…

– Кто они?

– Боги. Таня – жена Одина и его верховная жрица, Имир, Ярината – его дети…

– Подожди, ты имеешь в виду людей из клана Лерой – Тимиро, сына Иллуры Ханто, и Яринату…

– В нашем мире Ярината – многоликая богиня. Она одновременно и Яри – наше светило, и Ната – земля, на которой мы живем. Ей поклоняются как богине земли и плодородия. Имир – бог войны. Их мать Лури, жена Одина, которого еще именуют Дирой… Да, скорее всего, мы действительно сейчас говорим об одних и тех же сущностях. Вот только считать их людьми было бы непозволительным заблуждением. В нашем мире они бессмертны и всемогущи. Они способны как породить мир, так и уничтожить его. Опасно забывать об этом.

– Но, быть может, они вовсе не боги, а просто очень сильные маги?

– Так богами и становятся очень сильные маги. Маги, достигшие бессмертия, а не просто очень долгой жизни, как здесь, в Окании. Сила таких магов настолько же превышает мою, насколько сила профессионального солдата имперской армии превышает силу играющего в песочнице трехлетнего ребенка. С вашей точки зрения они всемогущи. Они способны гасить и зажигать звезды. Их могущества достаточно даже для уничтожения целых галактик. Согласись, неправильно было бы считать обычным человеком или даже простым магом бессмертную и всемогущую сущность.

– Тогда почему вы все не придете и не завоюете нас?

– А зачем? Нам неплохо живется и в собственном мире – Создатель дал нам для жизни все, что нам нужно. У нас есть крыша над головой, чистая вода и вкусная пища. Наш мир насыщен магией, как летнее поле ароматом луговых трав. Что мы найдем в вашем мире? Ваш мир – лишь блеклая тень моей родины…

– Тогда почему ты здесь, а не там?

– Я беру в вашем мире знания – без них моя магия слаба и могу я немногое. Всего менее сола проучился я в вашем мире, а по силе своей приблизился к опытным магам, окончившим Тарийскую магическую академию.

– А почему же твой Создатель сам не обучит тебя? Все ученики академии в первый день своей учебы идут знакомиться с полученным им дипломом.

– А почему ты сама поступила в эту академию? Разве до тебя никто из твоих соклановцев ее не заканчивал? Вот пусть бы первый, закончивший ее, и обучил впоследствии весь клан.

– Каждый должен заниматься своим делом!

– Вот ты сама и ответила на свой вопрос. Создатель предоставил мне возможность учиться и получать необходимые мне знания в вашей академии. Многие маги из нашего мира, ранее окончившие ее, уже работают учителями в наших школах, передавая детям знания вашего мира. Зачем Создателю тратить свое драгоценное время на нас, если ему достаточно просто переместить ученика в этот мир и устроить его в хорошую школу? Или, как в моем случае – в академию. Дальше человек должен расти сам. Создатель лишь наблюдает, изредка советует, но не вмешивается напрямую – мы должны учиться думать и преодолевать трудности самостоятельно. Проблемы, созданные людьми, должны решать сами люди.

– И каким образом ты намереваешься решить нашу проблему? Пусть мы и оторвались от пиратов на некоторое время, однако наши жизни все еще в опасности!

– Не знаю, – честно признался юноша, – надо думать…

Иния хотела еще что–то у него спросить, как вдруг в каюту почти бегом ворвалась Ника, прямо с порога проговорив:

– Следящий комплекс станции обнаружил приближающуюся к нам группу из четырех неопознанных объектов.

– Они нас нашли, – потерянно прошептала Иния.

– Вероятно, наш капитан оказался слишком разговорчивым и выдал пиратам координаты нашей станции! – вынесла свой вердикт Ника.

– Скорее всего, ты права, – подтвердил Дэнни.

– И что будем делать? – вопрос Ники повис в воздухе.

В каюте наступило молчание, которое разбилось предложением Ники:

– Быть может, мы успеем собрать установку?

– Нереально – она очень хорошо упакована. Даже если поспешим – управимся минимум за день. Я уже не учитываю тот факт, что мощности энергетической установки станции мы до сих пор не знаем, и для получения этой информации тоже потребуется время. Пираты окажутся здесь значительно раньше.

Тут решила высказаться Иния:

– В конце концов, мы можем попытаться спрятаться. Некоторое время пираты потратят на поиски и мародерку – они ведь никуда не будут спешить, будучи твердо уверенными, что станция пустая. Возможно, помощь успеет подойти до того момента, как пираты нас обнаружат.

– У тебя есть основания полагать, что на наши поиски кого–то отправят?

– Прошло уже достаточно много времени с того момента, как мы должны были вернуться в академию. Там давно уже идут занятия, а нас на них до сих пор нет. Есть люди, которые точно знают, что я просто обязана явиться на первую лекцию – о возможном пропуске я никого не предупреждала. Кто–то должен поднять тревогу. Нас будут искать.