Глава 20 АЛЫЙ РЫЦАРЬ

Если бы с ними не было мотылька, ребята давно бы уже упали вниз и разбились. Мальчики нащупывали ногами ржавые, скользкие и изношенные перекладины лестницы. Чарли чуть не сорвался в пропасть, когда в первый раз под ним не оказалось ожидаемой ступеньки. Он предупредил Билли, и они стали спускаться медленнее. Казалось, ребята будут бесконечно ползти по отвесной, покрытой мхом стене, но, в конце концов, они вновь оказались на твердой земле, точнее в каменной пещере, где скорчившись и забившись в самый темный угол, сидело серое, тощее существо.

— Аза? — тихо спросил Чарли.

Волколак повернул голову. Испугавшись незнакомого света, зверь угрожающе зарычал.

— Что он говорит. Билли?

Мальчик сжал лоб руками:

— Не знаю.

— Ты должен знать.

— Я уже объяснял тебе, что больше не понимаю язык зверей и птиц.

До этого момента Чарли не воспринимал всерьез слова друга. Его охватило отчаяние:

— Это означает, что ты не сможешь с ним поговорить?

— Похоже на то, — Билли смотрел в желтые, горящие ненавистью глаза чудовища.

В этот момент оборотень оскалил зубы и, свирепо рыча, бросился к ним.

— Аза, это я, Чарли! Ты что, меня не узнаешь?

Волк остановился, и из его горла вырвались низкие, рокочущие звуки. Мальчики вжались в стену.

— Прошу тебя, Билли, хотя бы попытайся, — Чарли в ужасе закрыл глаза.

Малыш, молча, снял с головы берет и бросил его Азе. Существо сердито заворчало и отпрыгнуло назад. Вслед за беретом полетели брюки. Волколак, крадучись, подошел поближе и тщательно обнюхал одежду, потом поднял голову и завыл.

— Думаю, это означает, что эти вещи ему не по душе, — сказал Билли.

— Дареному коню в зубы не смотрят, — буркнул Чарли, — если ему еще и ботинки не понравятся, я готов съесть свой галстук.

Чтобы не злить чудовище, он кинул обувь немного в сторону. Волк заинтересовался блестящими новыми ботинками и потрогал их лапой. Он был в такой крайней степени истощения, что с трудом держался на ногах. Из-под облезлой свалявшейся шкуры выпирали ребра, а запавший живот прилип к позвоночнику.

— Бедняга, — прошептал Чарли.

— Я вспомнил, как по-волчьи называются сапоги, — тихий голосок Билли зазвенел от восторга, и он коротко уркнул.

Волколак поднял голову и в ответ что-то пролаял.

— Он сказал, что сапоги хорошие, — перевел Билли.

— Ты можешь вспомнить еще что-нибудь?

— Например?

— Попробуй объяснить ему, что мы хотим его спасти, и скажи, чтобы он надел одежду и ботинки, пока мы ищем выход к реке.

— Чарли, он же волк, а не кот в сапогах, подумай, как он сможет это сделать?

— Действительно, никак. Ему нужно больше света, чтобы превратиться обратно в мальчика.

— Я совсем забыл, — ахнул Билли, — смотри! — он достал из кармана пижамы свечу, которая мгновенно загорелась в его руках, — эти волшебные свечи всегда со мной. Они загораются по моему желанию. Мне их дал перед смертью мой опекун Кристофер Карквилл.

— Ну конечно! — вздохнул с облегчением Чарли, — как я мог об этом забыть. Думаю, сейчас произойдет чудо. Подними ее повыше.

От яркого света магической свечи и сияния мотылька в пещере стало светло словно днем. Клаэруэн, до этого спокойно сидевший на вершине высокого валуна, вспорхнул и стал целенаправленно кружить вокруг серого существа. Он как бы окутывал его изможденное тело тонкой серебристой завесой. Мотылек пролетел между мохнатых ушей Азы, коснулся крылышком большой головы, рассыпал теплые искорки света по костлявому позвоночнику.

Не понимая, что происходит, волк крутился юлой и с ворчанием пытался поймать ускользающую, нахальную бабочку. Неуловимый Клаэруэн ловко проскользнул по тощему, облезлому хвосту и стал летать вокруг ног волколака, пока тот целиком не оказался в блестящем сияющем коконе яркого света.

Он в замешательстве по очереди поднимал и обнюхивал свои светящиеся лапы, и его рычание постепенно превратилось в жалобный скулеж.

— Смотри! — прошептал Билли, — началось.

^{Аза превращается в человека.}

И действительно, Пустынный Волк начал преображаться. Между мохнатых ушей стали видны рыжие волосы, отступали и уходили в прошлое волчьи черты. На их месте появилось бледное, худенькое лицо с тонкими губами, поднялись и распрямились плечи. С резким полу воем — полу криком он взметнул вверх руки и упал на землю.

Прошло несколько секунд, прежде чем Чарли осознал, что видит перед собой уже не волка, а мальчика. Он вытащил из-под плаща твидовое пальто и накинул его на спину дрожащего от холода Азы. По подземелью гулким эхом разнеслись рыдания пленника. Чарли опустился перед ним на колени.

— Теперь все в порядке. Мы пришли, чтобы освободить тебя.

Билли принес ему зеленые вельветовые брюки и ботинки. Мотылек вернулся на свой сторожевой пост, и казалось, чего-то ждал.

Аза медленно встал и оделся. Закутавшись в теплое пальто, он повернулся к ребятам и печально улыбнулся.

— Ты снова стал самим собой, — радостно сказал Чарли.

— Да, — натужно прохрипел Аза и закашлялся, — извини, в горле совсем пересохло. Я неделями ни с кем не разговаривал.

— Мы собираемся увести тебя отсюда, но нам нужно торопиться. Где-то здесь есть подземный ход, ведущий к реке. Снаружи тебя ждут спасатели, и с ними твоя мать, — мальчик говорил так быстро, что Аза смутился, мало что разобрав.

Чарли сбавил темп:

— Полагаю, что тоннель начинается за одним из этих огромных камней.

— Как моя мама? Она в порядке? — с трудом выговаривая слова, спросил мальчик.

— Да, — Чарли заколебался и неловко произнес, — мне жаль, что твой отец погиб.

Аза изменился в лице, и Билли, стараясь исправить оплошность друга, быстро продолжил:

— Думаю, вход в подземелье находится за тем высоким валуном, на котором сидит твой мотылек.

— Давай проверим, — Чарли обогнул камень и попытался сдвинуть его с места, — мне одному не справиться, идите помогать.

Билли задул свечу и положил ее обратно в карман.

После нескольких минут пыхтения, раскачивания и толкания, им удалось отодвинуть валун на несколько сантиметров от стены. Билли оказался прав. За ним действительно скрывался вход в тоннель. С новыми силами мальчики сдвинули камень еще на несколько сантиметров. Теперь они могли протиснуться в образовавшуюся щель.

Ребята, молча, шли по подземному ходу. Шествие возглавлял Билли, за ним двигался Аза, а Чарли шел замыкающим на тот случай, если мальчик — оборотень вновь начнет перевоплощаться. Но ему не о чем было беспокоиться. Белый мотылек летел над Азой, освещая его с ног до головы, чтобы тот мог сохранять свою человеческую сущность.

Этот тоннель, пожалуй, был намного хуже верхнего. Такой сырой, затхлый и холодный, что Чарли и Билли натянули на головы капюшоны плащей. Аза с неохотой надел берет, а потом неожиданно для себя зашлепал ботинками по воде, обдавая ноги идущего сзади Чарли водопадом холодных брызг.

— Как вы думаете, по подземному ходу может протекать река? — не на шутку разволновался Билли.

— Это исключено, — попытался успокоить всех Чарли, — тоннель огибает реку, к тому же мы идем вверх, а не вниз.

— А что будет, если река выйдет из берегов, и начнется наводнение? — продолжил развивать свою мысль его маленький друг.

— Дождей не было уже давно… — Чарли внезапно осекся. Он вспомнил, как совсем недавно уровень реки поднялся до самого железного моста, и Спринтера Боба смыло волной.

— Дагберт! — пробормотал он.

Через несколько минут вода поднялась почти до колен.

— Давайте вернемся, пока не поздно, — крикнул Билли.

Чарли оглянулся назад. Мутный поток быстро заполнял тоннель, не оставляя пути к отступлению:

— Сзади вода еще глубже, поторопись.

Билли прибавил скорости, но вода прибывала намного быстрее. Она уже покрывала его колени, и он с трудом двигался против сильного течения.

— Мы все утонем, — простонал малыш.

Аза прижался к стене:

— Это все из-за меня, — невнятно забормотал он, — Манфред никогда не позволит мне уйти, ему легче увидеть меня мертвым.

— Послушайте, Дагберт Эндлесс хочет нас всех утопить, — с горечью объяснил Чарли, — но мы не позволим ему победить, нужно продолжать двигаться.

^{Дагберт пытается утопить в тоннеле Чарли и его друзей.}

С этими словами он прошел мимо Азы и взял Билли за руку:

— Будем помогать друг другу. Держись, Аза, не сдавайся, возьми Билли за другую руку.

Они снова пошли вперед, преодолевая холод и страх. Над мальчиками кружил мотылек. Его мягкое серебристое сияние, похожее на уютное пламя свечи, придавало им сил и мужества. Но даже он не мог остановить быстро прибывающую воду. Еще немного, и бурлящий поток закружится вокруг груди и потащит их за собой на дно.

Чарли не знал, сколько еще осталось идти. Когда вода покрыла его плечи, он утратил последнюю надежду и приготовился к неминуемой смерти.

В это время Танкред Торссон шагал через парк, прилегающий к Академии Блура. Он чувствовал воду во всех ее формах и проявлениях, ощущал приливы и отливы и прекрасно знал, когда придут тяжелые грозовые тучи и прольются на землю дождем. Танкред с тревогой вслушивался в то, как глубоко под ним ревущая вода заполняет подземелье, и понимал, что его друзья попали в беду. Он уверенно направлялся к источнику наводнения, туда, где среди деревьев виднелись развалины Алого замка, и в небо поднималось голубовато — зеленое фосфоресцирующее свечение. Подойдя поближе, Танкред увидел Дагберта Эндлесса. Мальчик-рыба стоял, прислонившись к дереву и закрыв глаза. На его лице блуждала довольная улыбка.

Танкред подошел к нему вплотную:

— Останови это.

— Дагберт открыл глаза:

— А… это ты.

— Я слышу шум воды. Ребята утонут. Убери ее, — приказал повелитель бурь.

— Почему я должен это делать? Уходи и не мешай мне развлекаться. Может, это лучшие моменты в моей жизни.

— Сейчас мы это исправим, — Танкред взмахнул своим зеленым плащом, описывая широкую дугу, и с лица Дагберта исчезла нагловатая улыбочка.