Многие жители городов (молодожены, молодые специалисты, студенты и т. д.) не располагают собственной Ж. и снимают комнату или "угол". Арендная плата за комнату (и даже угол) составляет 20–25 % заработной платы рабочего или служащего.

Жилищное строительство в СССР резко отстает от роста городов. И значительная часть городского населения живет в появившихся после революции коммунальных квартирах — "КК". В названии "коммунальный" совмещаются два понятия: "принадлежности многим" и "социальной и духовной общности".

В "КК" размешается несколько семей; как правило, три-четыре, а часто и больше. Каждая семья обычно имеет одну-две комнаты; подсобные помещения — ванная, туалет, кухня — общие. Так что одна сторона понятия "коммунальный" — общность квартирных услуг — в "КК" реализуется в полной мере. Что же касается духа коммуны — взаимопомощи, общей устремленности, взаимной поддержки, — то этого в "КК" никогда не было и нет. Напротив, совместная жизнь в "КК", где водопровод, канализация, электричество, газ и пр. находится в общем пользовании, совершенно невыносима — человек не может побыть наедине с собой, ему постоянно приходится приспосабливаться и приноравливаться к соседям. В "КК" живут люди неодинаковых социальных уровней и интересов, разных возрастов и национальностей, несхожего психологического склада, что постоянно и неизбежно порождает между ними конфликты и ссоры, доходящие порой до драк и поножовщины. Таким образом, символическая квартплата (по утверждению пропаганды — самая низкая в мире) взимается властями за помещения, которые лишь условно могут быть названы квартирами.

Советская пропаганда, утверждающая, что в СССР давно решена жилищная проблема, избегает пользоваться словами "коммунальная квартира", "комната", "угол", отражающими остроту и неразрешимость жилищного кризиса. Они заменяются неопределенным Ж.

Жилищная норма в СССР — 9 кв. м. на человека. "Излишняя" Ж. изымается или оплачивается по повышенной ставке. Если размер жилплощади меньше этой нормы, советские граждане имеют право на ее расширение. Но шансы на приобретение Ж. невысоки: очереди на получение квартир рассчитаны на многие годы, иногда на десятилетия. При распределении Ж. по месту работы или в местных органах власти — райисполкомах — предпочтение отдается членам партии, передовикам производства, профсоюзным активистам. Такой принцип выделения Ж. дает властям возможность манипулировать населением и служит дополнительным средством закабаления трудящихся по месту работы.

Привилегированные советские сословия — ученые, писатели, деятели искусств, офицеры — имеют право на получение дополнительной Ж., а для элиты вообще не существует ни нормативов Ж., ни очередей на ее получение: она располагает комфортабельными квартирами, особняками, а вне города — дачами-виллами.

В последние годы у правящего класса появилась тенденция иметь квартиры не в отдалении от города, а в центре, где они камуфлируются плоскими фасадами высотных зданий. Фактически такая квартира — дом в доме; двухэтажная, она состоит из многих комнат с каминами, винтовой деревянной лестницей, с собственным лифтом. В соответствии со вкусами обитателей разбираются и ставятся новые стены, возводятся каменные колонны, заменяется оборудование кухонь и ванных комнат. Размеры жилых комнат в таком доме (особенно гостиной) по меньшей мере в пять-шесть раз больше стандартных. Подобный особняк, скрытый за обычным плоским фасадом из стекла и бетона, представляет его обитателям максимум удобств. В то же время он внешне не отличается от типовых строений — каменных мешков советского города.

Чтобы уберечь тайну роскоши, принимаются строжайшие меры предосторожности: посыльные, доставляющие почту, должны предъявлять специальные удостоверения; посетители — через несколько охраняемых входов — пропускаются в дом только с ведома и разрешения жильцов. С социальной точки зрения было бы неудобно, если бы важный государственный сановник усаживался за обильно накрытый стол, а его сосед — рабочий, инженер или врач — принимался за свой скромный обед. Квартирная политика, следовательно, вытекает и из соображений идеологии: если ответственный сотрудник огражден от рабочего высокими стенами (а еще лучше — колючей проволокой) и между ними пролегает ухоженный частный сад, это вызывает почтение, и есть надежда, что трудящиеся не узнают, как живут, чем питаются, с кем встречаются его руководители. Тем самым будет сохранена иллюзия общества равных возможностей.

"Несмотря на огромное жилищное строительство, размер общей жилплощади, приходящейся на одного городского жителя, растет относительно медленно". ("Агитатор", 1978, № 10, с. 48.)

"В 1957 г. в городах и рабочих поселках заселены дома общей площадью 48,4 млн. кв. м… Это значительно больше, чем построено за первую или вторую пятилетку и намного превышает всю жилплощадь таких городов, как Киев, Баку, Харьков, Горький, Свердловск и Челябинск вместе взятых". ("СССР как он есть". Популярный иллюстрированный справочник. Государственное изд… политической литературы. М. 1959, с. 275.)

"За одну минуту в нашей стране производится 2168 тонн стали, 1,9 миллиона киловат-часов электроэнергии, 232 т. цемента, строится 205 квадратных метров жилой площади". ("Коммунист". Календарь-справочник 1977. М., Изд. политической литературы, 1976, с. 56.)

 — система магазинов различных категорий, предназначенных для советской элиты и недоступных рядовому покупателю.

Сеть закрытых магазинов разбросана по всей стране — они есть в любой республике, области, в каждом городе. Их назначение — защитить привилегированные сословия от хронического дефицита, в изобилии поставлять им все необходимые товары и продукты.

3. м. имеют в Советском Союзе свой определенный протокол и иерархию. Самые изысканные — распределяющие (отсюда и название "распределители") продовольствие только среди обладателей кремлевских пайков. Это — магазины для самых избранных: членов ЦК, министров, главных редакторов центральных газет и журналов. Продукты и горячие обеды, изготовленные лучшими поварами, доставляются им непосредственно на дом. Расположены 3. м. вдали от проезжих дорог — на территории Кремля (в Москве), в помещениях республиканских и областных комитетов партии, — чтобы не привлекать внимания, не дразнить, не ожесточать советских, граждан.

Престижными являются и спецмагазины (специальные магазины), торгующие по пониженным ценам. Они предназначены для достаточно ответственных советских деятелей. Хотя по номенклатурному протоколу этим людям и не положен кремлевский паек, но в силу их высокого статуса им не к лицу стоять в очередях, "отовариваться" в обычных магазинах. В спецмагазинах ассортимент тоже достаточно широк. Возможно, он и не столь великолепен, как в магазинах для получателей кремлевских пайков, но посетителям неизменно предлагаются товары, которых никогда не видит советский потребитель.

Каждому руководящему советскому чиновнику выдается талон "специального распределения", в котором, в точном соответствии с его рангом, указана сумма, которую он вправе потратить в закрытом магазине — продовольственном и промтоварном.

В советском обществе всегда есть прослойка, которая, не входя в элиту, занимает промежуточное положение между правящим и средним классами — категория населения с окончательно не определившимся статусом. Часть ее, поднимаясь, проникает со временем в пласты господствующего класса; часть, более многочисленная, после некоторого пребывания в переходном состоянии, выплеснется вниз — в среднее сословие. Это — депутаты многочисленных советов, члены активов — партийных, профсоюзных, комсомольских, которые были введены туда не по занимаемой престижной должности, а в соответствии с декорумом советской демократии, требующей известного представительства в выборных органах рабочих, крестьян, интеллигенции. Неустойчивость их статуса определяет нестабильный характер их привилегий: у них нет права пользоваться закрытыми правительственными магазинами постоянно, но только — в период пленарных заседаний тех организаций, в которых они представительствуют. В период работы сессии Верховного Совета или пленума обкома, горкома, райкома партии они получают вместе с мандатом одноразовые талоны, позволяющие им "отовариваться" в правительственных распределителях. Эти талоны — и приманка, намек на те права, которые они смогут получить в будущем при (соответствующем верноподданичестве, и угроза потерять их при малейшем непослушании. Обычно срабатывает страх: привилегия пользоваться закрытым магазином в СССР дороже денег, она — дивиденд социального положения, свидетельство признания партократией.