– Не сомневайся, – уверенно сказал Торин, – уже давно готовы. Значит, встретимся через полгода. Как у тебя всё медленно – то двадцать лет, то по полгода ждать…

– Мне нужно закончить кое-какие дела, – пожал я плечами, – и вернуть себе украденный советниками мифрил.

Почему я не использовал свою способность для тренировки? Вопрос открытый. Я не хотел. Не стал. Смысл – тренироваться в повторах, если всё равно всё будет одинаково?

Скажем так, Средиземье живёт в совершенно других темпах, и тот период, который в моём времени бы означал смену целого поколения и всего мира, здесь – лишь время на приведение дел в порядок. Время на то, чтобы посеянные изменения проросли и окрепли, что немаловажно – без моего участия, чтобы посмотреть, как оно будет работать, когда меня нет рядом. Я изучал произошедшие изменения, чтобы научиться лучше предвидеть события и результаты своих решений. Последствия. Советники не прошли испытание временем и властью, но были и положительные моменты. Шахты гномов в Медной Горе росли и крепли, паровой мотор, который я там поставил, работал, потреблял огромное количество трансмутированного из горы угля и работал, обеспечивая рекордную продуктивность шахты – за прошедшие семнадцать лет они добыли примерно столько же полезных ресурсов, сколько обычная шахта такого же размера и количества кадров, добывает за сотню лет. Железная дорога железных холмов показала превосходные результаты – гномы не только освоили азы её использования, но и придумали свои собственные способы. Например, использовали эту дорогу для переброски военных и хранения стратегических запасов в том числе и военных.

Дельтапланы Ривенделла стали известны по всему средиземью – созданные мною модели использовались для курьерской службы и патрулирования. Безмоторные использовали исключительно для развлечений, а мотодельтапланы – для работы. Эльф с дельтапланом мог попасть быстро практически в любую точку средиземья с помощью стационарного портала и своего крыла. За прошедшие годы эльфам приходилось тысячи раз выполнять доставку писем – сначала порталом, а потом уже и своим ходом добирались. Обычное дело, чаще всего приходилось в Рохан и Гондор возить письма. Между Ривенделлом и Эребором есть каналы официальной и неофициальной связи, поэтому обходились без почты, почти. Обычную почту быстро возили по построенным мною дорогам – дорожная сеть Эриадора и Эребора были связаны через тоннель в Медной Горе.

К слову о моём королевстве. За прошедшие годы оно утвердилось. Бароны справились со своей задачей гораздо лучше центрального аппарата и установили приемлемый уровень жизни. Дорожная сеть и сеть замков и крепостей обеспечили безопасность и экономическую выгоду – количество крестьян за прошедшее время увеличилось в двенадцать раз. Медицина, плюс относительно сытая жизнь, плюс крестьяне не сидели сложа руки, активно размножались и теперь у меня первое поколение Эриадорцев вошло в самую силу. Это восемьсот тысяч человек из нового поколения – по меркам Средиземья… Население Рохана оценивалось в три миллиона, Гондора – около четырёх, гномов в Средиземье около трёх-четырёх миллионов… откровенно говоря, всё Средиземье не дотягивает даже до густонаселённого мегаполиса. Но тем не менее, это такая цивилизация. Бурный рост численности должен быть связан с медициной, аграрной и промышленной революцией. Их тут даже не видно. Магия заменяет некоторые удобства промышленного века, но в целом… В целом всё по-старинке. Поэтому мой миллион жителей – это уже очень солидное количество.

Хорошие всходы дали заложенные в социуме традиции и особенности применения магии – Эриадор добился того, что считался королевством магическим, к магам относились с уважением и почтением. Без лебезения, но всё же, с должным уважением. И перестали бояться магии. Облачный город – уже огромный аргумент в пользу нашей серьёзности. Гигантский город обладал подавляющим пропагандистким эффектом, увидевшие его вряд ли когда-то забудут про магию. До появления королевства к магии относились очень негативно, но теперь – результат налицо. Магию уважают и побаиваются, но не выглядят как средневековые крестьяне, увидевшие зажигалку – не шарахаются во все стороны и не тычут вилами в мага.

Последние действия Совета подмочили репутацию Облачного Города – поэтому нужно было казнить виновников публично, а не держать в темницах. С потерей магов я готов был смириться – мало ли, потеряю немного магов, десяток-другой… с помощью своего чудо-порошка их поголовье будет восстановлено. Плюс они сами не сидят сложа руки и натянув штаны – за последние семнадцать лет в Эриадоре родилось четыре новых ребёнка-мага. Их определял специальный артефакт, с рождения они были записаны в титул ученика и имели все полагающиеся магам привилегии.

Разгребание завалов, оставшихся после Совета, заняло целую неделю…

Гэндальф был ошарашен. Он был шокирован, увидев у меня на столе кольцо всевластия. Я пригласил Митрандира к себе для важного разговора. Он зашёл в мой кабинет, в сопровождении двух слуг из города и удивлённо посмотрел на стол.

– Гаррисон, мы же договорились хранить кольцо в сейфе в Ривенделле! – возмутился Митрандир.

– Конечно, Гэндальф, конечно. Это не настоящее.

– Ах вот оно что, – он быстрым шагом подошёл, – и где ты был так долго? Ты говорил, управишься за десять лет.

– Я поменял своё мнение. Управился за семнадцать лет с небольшим, я же обещал Торину сходить на Балрога… кстати, Гэндальф, хочешь с нами в Морию?

– На Балрога? Огромного огнедышащего демона из самых глубин мира? – Митрандир нагнал страху, – конечно же пойду. Посмотрю хотя бы, как ты будешь его убивать.

– Ну, не я, а моя ученица, – улыбнулся, – я обучил Аэлин всему, что знал. Почти всему.

– Да? Отлично, значит, в Средиземье на одного мага больше. Думаешь, эта дева сможет занять место Галадриэль?

– Не стоит так далеко загадывать, – качнул я головой, – она не усидит на месте, я знаю таких, как она. Аэлин конечно усидчивая, но жизнь эльфов не для неё.

– Молода просто.

– Нет, тут что-то другое, – отказался я, – характер. Склад ума. Склонности. Кстати, вот ещё, – я вытащил из стола ящичек и перевернул его. На стол со звоном посыпались простенькие золотые колечки.

Гэндальф поперхнулся только что раскуренной трубкой:

– Зачем тебе столько поддельных колец всевластия? Неужели ты решил кого-то обмануть?

– Да. Решил. Я скопировал излучение настоящего кольца всевластия, его магическую силу, и сделал полный аналог его эффектов. Внешних. При надевании делает владельца невидимкой. Это очень ценные артефакты из магически обработанного мифрила, золото – внешний слой. Даже надпись на тёмном наречии скопировал. Пожалуй, только Саурон или его король-чародей, изучив кольцо, смогут определить, что оно ненастоящее. Но на этот случай я вставил в колечко мощное проклятие. Если орки притащат кольцо туда, где они кучкуются, кольцо взорвётся, уничтожив всё вокруг, будь то горстка орков или целая крепость.

– Интересная задумка, – Митрандир покрепче затянулся.

– Да. Саурон будет искать своё кольцо. Он пошлёт Назгулов, все свои силы напряжёт. Я изготовил эти копии, чтобы повеселиться и осложнить Саурону жизнь. Тут пять тысяч колец, Гэндальф. Они будут всплывать то тут, то там. Сама новость о том, что где-то кто-то видел кольцо всевластия, не будет восприниматься всерьёз. Саурон и его ищейки будут сбиты со следа, которого, к слову, нет.

– Так уж и нет?

– Точно нет. Настоящее кольцо всевластия валялось в пещерах гоблинов, никто не мог видеть, как я его прихватил. Никто, кроме нас, не знает, где находится кольцо. И надеюсь, Галадриэль и Элронд никому это не говорили.

– Будь уверен, никто из нас не сказал ни слова, – ответил мне Митрандир, – даже самым близким. Не боишься привлечь внимание кольцами?