— Ты говоришь непонятными намеками. Но слова твои не имеют для меня никакого значения. — Шимхам осторожно высвободился из крепких рук Адама. — Все, что я могу сказать тебе, Адам-бен-Ахер, так это то, что больше я не нахожусь у тебя на службе.

Адам с презрением хмыкнул.

— Ну что ж, тут я могу с тобой согласиться. Ты больше не состоишь у меня на службе.

Шимхам поспешно поклонился и отошел прочь, а Адам принялся рассказывать Деворе все, что только что узнал от нерадивого посланца банкира.

— Твой отец прибыл вчера. Его корабль задержался на три дня. Не было ветра. Какая удача для нас! Он уже виделся с Джабезом, а также ходил в магистрат и встречался с различными влиятельными чиновниками. Но теперь, когда ты приехала, будет собрание или судебное разбирательство в присутствии всего магистрата. Оно произойдет завтра.

Девора с нескрываемым беспокойством взглянула на него.

— Адам, что же теперь будет?

— Не знаю. Сейчас трудно сказать. Думаю, что все будет зависеть от порядочности банкира. Если он пожелает быть честным, то мы победим. Я только что говорил с его человеком и узнал много полезного для нас. Например: этот Джабез очень маленького роста и ужасно страдает. Любой намек на его рост или неосторожное замечание по поводу толстых подошв его сандалий воспринимается им как оскорбление. Но с другой стороны ему очень приятно, когда воспевают красоту его жены, у которой он под каблуком… Вот так… Те, кто не захотел признать, что она самая прекрасная женщина на свете, так и не смогли преуспеть в этом городе. Вот по крайней мере две вещи, о которых мы не должны забывать.

— А теперь, — продолжил он, — я скажу тебе, что знаю о нем помимо того, что сказал этот человек. Начинал Джабез как меняла, и так как он был очень маленького роста, то нос его почти упирался в деньги, которые лежали перед ним на столе. Поэтому он и преуспел в своих делах. Да, в то время он только начинал и не позволял ни одному оболу проскользнуть мимо своего носа. Так однажды он обрек на голодную смерть одну несчастную вдову с ребенком. Но, став могущественным и богатым, он позволил себе такую роскошь, как быть порядочным человеком. Люди, хорошо знающие его, говорят, что он неподкупен и что его не соблазнишь даже троном Нерона. Я думаю, что благодаря этим весьма странным принципам, мы можем рассчитывать на успех.

Наконец, подошла их очередь, и Адам зашагал к стражникам, чтобы ответить на их вопросы. Но как только он повернулся спиной к Деворе, рядом снова возник Шимхам.

— Госпожа, — прошептал он, настойчиво ловя взгляд Деворы. Девушка была заинтригована такой настойчивостью и склонила голову. — Он прав… Я пахал и собирал урожай на его поле. Но ты… ты можешь помочь мне. Я имею ввиду старика, ну ты понимаешь, эту когтистую, восточную обезьяну. Скажи ему, что я очень хитер и пронырлив, что за двадцать шагов я носом чую выгодные дела и сделки… Скажи, что я хочу отправиться с ним в его страну. Если это в силах помочь делу, то можешь сказать ему, что я женился сегодня в последний раз. Обещай ему все, что хочешь, могущественная госпожа, а я постараюсь не подвести тебя.

Девора протянула ему руку.

— Я ничего не понимаю из того, что ты говоришь, но я хочу помочь тебе. Я поговорю о тебе с принцем. — Тут девушка улыбнулась. — Мне очень хотелось бы отблагодарить тебя за все, что ты сделал. Я уверена, что во время этого трудного путешествия ты часто помогал моему мужу и сделал все, чтобы облегчить ему тяжесть переходов. Она была настолько взволнована переполнявшей ее благодарностью, что в порыве добавила: — Спасибо, спасибо, тысячу раз спасибо тебе за все.

В это время к ним подошел посланник банкира. Он встал, согнувшись так низко, что Девора видела лишь его макушку, которая была абсолютно лысой.

— Могущественная госпожа, мне поручено передать, что на время твоего пребывания в Антиохии для тебя приготовлен дом в городе. Я готов сопроводить тебя туда.

Дом, выбранный для Деворы, располагался в малонаселенном квартале города, между Садом Дафны и мостом, перекинутым через быстрые воды реки Оронт. Дом окружала убедительной высоты и толщины стена. А само здание было выстроено из белого камня. Плоскую крышу окружал изящный бордюр. С первого взгляда было ясно, что раньше этот дом принадлежал богатому человеку с изысканным вкусом. Комнаты были наполнены всякими изящными вещицами и произведениями искусства со всех концов света. Залы, где стены были обтянуты тканями из Рима, украшали бронзовые вазы и глиняные статуэтки, выполненные с таким мастерством, что знаток тут же узнал бы искусную руку греческого мастера.

Посреди вестибюля, на большом мраморном пьедестале возвышалась огромная покрытая лаком фаянсовая ваза. Скорее похожая на пузатую миску, она напоминала живот обожравшегося языческого бога, а ручки ассоциировались со страшными когтями хищной птицы. Круглое, воронкообразное углубление в потолке над вазой давало понять, что это место использовалось для совершения религиозных обрядов. Едва переступив порог, Лука в ужасе уставился на вазу, подумав о том, сколько сердец невинных девственниц, может быть, сварилось в этом отвратительном котле, чтобы насытить аппетит великого Юпитера.

Старый принц из страны Шин сопровождал их до самых ворот, но в дом не вошел и разбил свой лагерь в саду у стены, окружавшей здание. Чуть позже он пришел в гости и долго бродил по комнатам, с плохо скрываемым пренебрежением рассматривая произведения искусств.

— Мои новые добрые и высокочтимые друзья, не ощущаете ли вы холодность, которой веет от этих фигур? Краски к цвета, которые используются в моей, увы, такой далекой стране, мне кажется, были бы прекрасным дополнением к этой гамме. Но прошу простить мне это вырвавшееся замечание и поверить в смирение того нечестивого невежды, каким я являюсь.

Девора ответила ему:

— Я не решалась сама сказать это… благородный принц, но я тоже ощущаю эту холодность. К тому же тут столько обнаженных фигур… — затем добавила. — Как мило было с вашей стороны проводить нас в такую даль.

Принц закивал, причем так энергично, что, казалось, у него должна была закружиться голова.

— Мое невообразимое и недостойное любопытство становится сильнее с каждым годом, и чем больше я старею, тем труднее мне удержать его. Разве мог я по прибытии в Халеб отправиться затем на восток, так и не узнав, получила ли моя маленькая и прекрасная госпожа свое наследство или нет? Не зная ответа на этот вопрос, я бы не смог умереть в мире. К тому же мне очень хотелось увидеть, как раскроется цветок твоей супружеской любви. Ведь до сих пор он цвел довольно вяло. Прелестная госпожа моя, простишь ли ты старого и любопытного человека за то, что он хочет спросить тебя о причине столь холодных отношений. Неужели это просто в традиции всех христиан?

Девора с грустью покачала головой.

— Нет, благородный принц. Просто мы сами все усложнили в своей жизни.

Тогда почтенный старик принялся с энтузиазмом успокаивать девушку.

— Жизнь смоет все неприятности, как весенние воды смывают снег. Поверь мне, что от этого ваше счастье будет лишь еще полнее.

Скрупулезно осмотрев весь дом, заглянув в каждый угол, Лука выбрал, наконец, комнату на втором этаже, чтобы на время спрягать там чашу. Чтобы попасть в каморку, нужно было подняться по узкой и очень крутой лестнице, и это, при необходимости, делало чашу труднее достижимой. Старый, обшарпанный сундук был сразу же перенесен туда. Сверху его накрыли коврами. Через несколько часов к Луке пришли два серьезных молодых человека. С первого взгляда оценив их усердие, крепость духа и тела, он одобрил сделанный выбор и тут же, в нескольких словах, объяснил им то, что они должны были делать.

— До тех пор пока старейшины церкви в Антиохии не решат окончательно, где будет место этой великой реликвии, она будет храниться здесь, — сказал он. — Я доверяю ее вам. Никогда не покидайте этой комнаты. Не в коем случае не спите в одно и то же время и держите кинжалы под рукой. Скоро в Антиохию должен прибыть один из вождей фанатиков, некий Миджамин. Этот человек не остановится ни перед чем, чтобы отыскать чашу и вырвать ее из наших рук.