Поскольку экспедиции угрожали оспа и дизентерия, Стэнли, не теряя времени, нанял новых носильщиков. 4 сентября 1876 года он пересек озеро и двинулся на запад; уже через сорок один день караван остановился на берегу Луалабы. Бледносерый поток шириной полтора километра, в который в этом месте впадала Луама, изгибался с юга на северо-запад.

Стэнли знал, что для осуществления этого намерения ему необходимо в первую очередь заручиться поддержкой арабско-суахилийских торговцев, распространивших свою власть по Луалабе до Ньянгве (примерно напротив сегодняшнего Ки-бомбо). Для этого он заключил соглашение с Хамедом бен Мухаммедом, больше известным под именем Типпо-Тип²²⁹, самым влиятельным охотником за рабами и добытчиком слоновой кости в этом районе. ²³⁰. Из этих слов вполне можно заключить, что успехи Стэнли не всегда основывались на его невиданной энергии.

Великолепный медный топор

Правда, влажный тропический лес, раскинувшийся перед ним, вряд ли можно было преодолеть лишь при помощи денег и наемников. Лежавшие на земле стволы деревьев и ветки преграждали путь, опавшая листва скрывала вязкую трясину. То и дело поскальзываясь, мучимые муравьями и другими насекомыми, люди тащились вперед в одежде, мокрой от пота и капавшей отовсюду влаги. Кругом стоял запах гнили, во мраке под деревьями-гигантами, достигавшими тридцатиметровой высоты, лишь изредка мог сверкнуть цветок или раздаться крик какой-нибудь птицы, иногда слышалось сопение бегемота в реке.

19 ноября экспедиция перебралась с правого берега на левый. Стэнли, Фрэнсис Покок (последний из трех английских попутчиков, оставшийся в живых), Типпо-Тип и тридцать гребцов продолжали путь на «Леди Элис», остальные шли по берегу, повторяя изгибы реки. Постоянно возникали столкновения. Местные жители хорошо знали по голосам подручных Типпо-Типа, охотников за рабами, и уже поэтому оказывали ожесточенное сопротивление. После одной из очередных кровавых побед Стэнли захватил двадцать три большие лодки. Поскольку на них он мог перевести всю свою экспедицию, насчитывавшую теперь около ста пятидесяти человек, он довольно спокойно отнесся к тому, что Типпо-Тип решительно отказался сопровождать его дальше. Расстались они 27 декабря 1876 года неподалеку от населенного пункта Винья-Ньяра, расположенного примерно на 2°30′ южной широты.

Стенли на реке Конго

Река достигала уже 1600–1800 метров ширины, ее берега и острова поросли густым лесом. В путевых заметках Стэнли, постепенно все больше и больше походивших на военный дневник, сообщается о жителях, живших в поселках, защищенных рвами и оградами. Их хижины, сплетенные из растений, имели как круглые, так и остроконечные крыши. Питание жителей составляли маниока и бананы, а также то, что удавалось добыть путем рыбной ловли и охоты. Особенно высоко ценилась соль, которую племена на Конго получали, сжигая в специальных печах определенную траву. Так как маниоку можно выращивать только в течение трех лет, а затем почва полностью истощается, приходилось постоянно отвоевывать у леса новые посевные площади. Делалось это так. Подлесок вырубали и, когда он засыхал, сжигали, большие же деревья не трогали. Эту работу выполняли мужчины; посев, уход за растениями и сбор урожая составляли заботу женщин. Как мужчины, так и женщины носили фартуки из аккуратно сплетенных пальмовых волокон. Они подпиливали зубы, чтобы кончики зубов становились острыми, и украшали тело рубцами. Чтобы рубцы получались узловатыми или утолщенными, в надрезы насыпали порошок красного дерева. Особое распространение имела обработка дерева. Ритуальные маски, большие церемониальные кубки, фигурки предков, табуретки, скамеечки, ступки, всевозможные сосуды — все это свидетельствовало не только об умении и старании, но и о явном художественном вкусе. Кроме того, весьма значительными были успехи кузнецов и корабелов: прекрасно выполненное оружие и лодки, достигавшие порой тридцати метров в длину и украшенные богатой резьбой.

В январе 1877 года экспедиция сразу после пересечения экватора оказалась у первого из семи водопадов, делавших невозможным дальнейшее плавание. С неимоверными усилиями пришлось тащить лодку посуху. На это ушло семьдесят восемь часов напряженнейшей работы, но не успели обойти первый водопад, как послышался шум следующего. Прошло двадцать два дня, прежде чем совершенно обессилившие члены экспедиции миновали последнее препятствие. За водопадами река стала еще шире и вскоре образовала два, три, четыре и даже шесть рукавов, отделенных друг от друга многочисленными островами.

18 февраля экспедиция вновь пересекла экватор. К концу месяца русло реки сузилось, и Стэнли опасался, что перед ними новые водопады. Но 12 марта берега снова широко отошли друг от друга, и взору путешественников открылось большое, похожее на озеро расширение — Стэнли-Пул, сразу за которым начались водопады Ливингстона со всеми их опасностями. Русло реки очень быстро сузилось. Экспедиция уже на следующий день оказалась перед целой серией из тридцати двух водопадов и порогов, оканчивающейся порогами Еллала. Про нижний из первых трех, называемый Отец, Стэнли писал, что никогда не видел такого бешеного потока. Мимо крутых скал вода устремлялась в огромную чашу, ударялась о дно и взлетала вверх метров на шесть, чтобы там рассыпаться в пену и брызги.

Водопады следовали один за другим; разница высот между первым водопадом и последним составляла более трехсот метров. До июля люди тащили и волокли свои лодки по настилам из хвороста через скользкие скалы, шипящую воду и прибрежный ил. Фрэнсис Покок и Калулу при этом погибли. В конце концов пришлось бросить лодки. Одетые в лохмотья и истощенные, оставшиеся в живых люди брели вдоль берега реки.

9 августа 1877 года первопроходцы Конго прибыли в Бому. С тех пор как они покинули остров Занзибар, прошло 999 дней. Если не считать сбежавших ранее носильщиков, остров вновь увидели только сто восемь из трехсот пятидесяти шести членов экспедиции, причем некоторые из них были дети, родившиеся в пути.

На этом история географических открытий в Африке получила определенное завершение. Конечно, нужно было еще исследовать могучие притоки Конго, остались неизученными огромные земельные пространства, имелись неизвестные европейцам большие озера и заснеженные вершины, на которые ни разу не ступала нога человека. Но в общих чертах территории и водные ситемы между Каиром и мысом Доброй Надежды были уже известны. Прошли времена гениальных одиночных исследований и сообщений, заставлявших ликовать целые народы. Началась эпоха не менее трудоемкого, а подчас и еще более беззаветного детального изучения отдельных местностей. Но это уже не отвечало вкусам такого человека, как Генри Мортон Стэнли. Когда его сообщения о густонаселенных, богатых слоновой костью районах Конго не нашли в Англии должного понимания, он нанялся на службу к бельгийскому королю Леопольду II, весьма предприимчивому монарху, который в 1879 году послал его на Конго. Стэнли располагал почти не ограниченными финансами, в его распоряжении были горы товаров для обмена, небольшой пароход, паровой баркас, лодки, скорострельная пушка; в устье Конго было доставлено оружие, снаряжение, разборные средства передвижения, а также всевозможные инструменты.