— Элли, это ты?

Он резко повернул голову, когда к ним подбежал какой-то похожий на дровосека парень. Элли издала нечто похожее на визг и побежала, прыгнула, в его раскрытые объятия. Мистер Черника. Итан стоял там, пока ревность издевательски отбивала ритм внутри него. Все, чего он хотел, было подойти к этому парню и оторвать его руки от Элли. Он приструнил порыв, о котором даже не знал, и мысленно начал считать в обратном порядке.

— Я так рада тебя видеть, Сэм, — сказала Элли своим милым голосом.

Он улыбнулся ей своими глуповатыми, по мнению Итана, глазами. Он предположил, что некоторые женщины нашли бы его походный вид привлекательным.

— Я тоже рад тебе, сладкая.

Время вмешаться. Дело было в проявлении нежности, сладкая. Когда он встал рядом с Элли и взял ее за руку, она посмотрела на него. Шокированный взгляд был либо из-за того, что она забыла о его присутствии, либо из-за того, что он взял ее руку.

— Оу, Итан, это мой... хороший друг, Сэм Кромвэл.

Сэм Кромвэл протянул свою руку. Итан пожал ее, бесясь из-за крепкого рукопожатия.

— Приятно познакомиться, Итан.

— Мне тоже, — сказал Итан. — Это твоя ферма?

— Ага, — кивнул Сэм.

— Значит, тебе нравится черника?

Сэм слегка выпрямился, словно осознал, что Итан считал его идиотом.

— Мои бабушка и дедушка основали эту ферму. Они и дали ей название.

Итан кивнул.

— Откуда вы друг друга знаете?

Сэм раскрыл рот, словно огромный кит.

— У нас длинная история.

Элли подняла взгляд на Итана.

— Мы встречались некоторое время.

— Лучшие недели в моей жизни, — сказал Сэм, облокачиваясь на одно из деревьев.

Итан надеялся, что оно опрокинется.

— Прекрасно. Что ж, мы здесь ради дерева, — сказал он, указывая на ту ель, которую ему показывала Элли. — Думаю, Элли хочет это. Сколько оно будет стоить?

— Для Элли? За наш счет.

— Я настаиваю, — Итан достал свой кошелек.

— Сэм, это так мило с твоей стороны, но я заплачу.

— Я сам позабочусь об этом, — сказал Итан, оголяя свои зубы как неандерталец.

— Нет, оно за наш счет, — сказал Сэм, выпрямляясь. Черт подери, они были одного роста.

— Ребята, — сказал Элли голосом учителя начальной школы. — Я заплачу, это будет тратой за счет приюта.

Сэм поднял руки.

— Я отнесу его к твоей машине.

— Я отнесу его, — сказал Итан.

— Политика компании. Я заберу его.

Итан пожал плечами, наблюдая за тем, как он с легкостью поднял дерево.

— Хорошо. Не хотелось бы пойти против политики Черничных Холмов. Мы подойдем через минуту, — как только он ушел из зоны слышимости, Итан повернулся к Элли. Она смотрела на него с хмурым выражением лица.

Ее нога постукивала по покрытой снегом земле, издавая хрустящий звук при каждом ударе.

— Что это сейчас было?

— Значит это он бывший?

Она скрестила руки и опустила шапку ниже на лоб, но недостаточно низко, чтобы прикрыть складку между бровями.

— Да.

— Почему вы расстались? Скажи, что инициатором была ты.

— Я нахожу твое поведение крайне обеспокоенным, словно ты выплевываешь все вопросы. Я отказываюсь отвечать, если ты не сбавишь обороты.

Итан поднял руки.

— Сбавить обороты? Я не пытаюсь начать ссору. Мне просто интересно.

— Мы расстались, потому что он не мог дать то, что мне было нужно.

Итан не смог подавить ухмылку.

Она ударила его своей варежкой.

— Дело было не в нем, а во мне. Я хотела всепоглощающей любви, страсти, от которой трясет и подгибаются колени.

— Я мог бы сразу сказать, что он не даст тебе этого. Сэкономила бы недели своей жизни.

Ее рот открылся.

— Ты ведешь себя странно.

— Нет, Элли. Я веду себя как парень, который приглашал тебя на свидание три раза и которого ты трижды отвергла. Я веду себя как тот самый парень, которому пришлось встретиться с фермером черники, с которым ты согласилась встречаться. И я также скажу тебе, что завтра появится Выходной Итан и...

Ее крик возмущения прервал его.

— Что ты только что сказал?

Он не мог подавить улыбку, хотя она и была невероятно зла, упиралась руками в бедра, а выражение лица говорило, что она была готова надрать ему задницу.

— Да, Выходной Итан. Знаешь, тот с щетиной, которая нравится тебе так сильно, что ты хочешь облизать мое лицо.

Она закричала и бросилась на него. Ему удалось увернуться от ее удара, но он смеялся так сильно, что у нее получилось попасть ему в плечо.

— Не могу поверить! Мне это не приснилось. Ты просто ужасен!

Ее лицо стало красным, и он смог схватить ее за руку, притягивая ближе к себе.

— Не думаю, что ты считаешь меня таким уж ужасным.

— Больше не цитируй меня.

— Ладно. Мне нужно тебя цитировать. Да, вчерашняя ночь была очень, очень реальной, но я не переставал думать о ней с тех пор. Я расскажу тебе, что знаю. Та химию, которую ты хотела с Спэмом, черничным фермером? Она есть у нас. Ты поймешь это, когда я поцелую тебя меньше чем через минуту.

— Хм, мечтай, и его зовут Сэм.

— Твой мир остановится. Твои колени так ослабнут, что тебе придется держаться за меня. Ты забудешь, где ты, кто ты, и будешь думать лишь о том, что хочешь большего.

Ее губы раскрылись, и она издала звук, который заставил его кровь быстрее бежать по венам. Итан вторгся в ее личное пространство и взял ее лицо в руки, каждая мышца в его теле была напряжена. Снег падал вокруг них, и были изолированы от всего мира среди бесконечных елей. Она не двигалась; ее глаза не отпускали его, и он знал, чувствовал исходящее от нее желание.

— Что ты делаешь? — прошептала она, ее взгляд перешел от его глаз к губам.

— Я показываю тебе, что значит забыть где ты, кто ты и думать лишь о том, что хочешь большего, — он наклонил голову и, наконец, попробовал женщину, из-за которой не мог спать ночами, о которой думал и которую хотел. Но он не собирался торопиться. Он хотел насладиться каждой секундой и собирался наглядно показать ей, насколько хорошо им было бы вместе. Он мягко коснулся губами одного уголка ее рта, и она вздохнула. Ее руки сжались на его предплечьях, когда он произнес ее имя напротив ее губ, и потом зарылся руками ей в волосы.

На этом закончились его попытки не торопиться. Он целовал ее глубоко, и вкус Элли был прекраснее, чем он помнил. Она была на вкус как корица, ваниль... и Элли. И он не мог насытиться. Он сжал в руках ее волосы, притягивая ближе, целуя ее, пока абсолютно не убедился, что выполнил каждое из своих обещаний. Ее ладони сместились с его предплечий на грудь, потянула за отвороты его пальто, притягивая к себе, пока он не начал тонуть в Элли.

— Ваше дерево готово! — объявил голос, похожий на Спэма.

— Вау, — прошептала она, все еще держась за его руки и отступая назад.

— У нас могло быть это в течение трех лет, если бы ты сказала да.

Она посмотрела на него глазами, наполненными чем-то похожим на уязвимость. Она отпустила его и шагнула от него.

— Три года назад мне было сложно представить тебя как-то иначе, кроме как парня, который жаждет исключительно развлечений и отношений без обязательств.

— Милая, если бы это были обязательства перед тобой, у меня не было бы с этим никаких проблем.

Она почти улыбнулась ему.

— Итан… я не... я заботилась о себе очень долго, и все идет гладко. Я не люблю полагаться на других людей, потому что они всегда подводят меня, хотя ты пока этого не сделал, — она замера, чтобы заключить его в свои руки каким-то круговым движением. — Ты не подвел меня, — она нахмурилась, и он попытался сохранить спокойствие, хотя чувствовал себя отвратительно, потому что в итоге он все же подведет ее. В итоге, он сделает ей больно. Ему не стоило ввязываться в это, но, когда он посмотрел в ее голубые глаза, которые светились уязвимостью и доверием... это убивало его. Он не мог оставить ее.

— Итан, в тебе намного больше, чем я ожидала, но в большинстве своем моя жизнь — парад невезения. У меня есть мать, которой нужно больше помощи, чем любому ребенку, зависящая от меня сестра-подросток с отвратительным характером и собака-инвалид. Я выросла в бедной семье, никогда не встречала своего отца и регулярно ходила за едой в пункт продовольствия. Эти дизайнерские вещи, которые сейчас на мне, первые в моей жизни, и все благодаря тебе. Я говорю это не для того, чтобы ты жалел меня. Я признательна тебе, сильнее, чем когда-либо смогу выразить, и я отплачу тебе, с процентами.

Он прокашлялся от прилива эмоций. Из-за ее слов он захотел послать всю свою семью и провести остаток жизни с Элли. Он превращался в Джексона.

— Элли, ни за что в жизни...

— Но я не хочу жить так постоянно. Это не я. Мне нравятся простые вещи. Я не люблю следовать приличиям.

Он пожал плечами.

— Мне абсолютно плевать на всякие приличия.

— Я хочу настоящего, Итан.

— Тогда, полагаю, мне нужно снова показать тебе, что такое настоящее, — сказал он, снова беря ее лицо в свои руки. Ее кожа была нежной, а дыхание сбилось при контакте с ним.

— Серьезно, я не шучу. Не целуй меня снова, пока я не закончу говорить.

— Продолжай, ты говори что-то о том, что тебе нужно настоящее.

— Верно, — сказала она и быстро облизала губы, смотря на его рот. Он подавил желание улыбнуться.

— Может, ты меня неправильно поняла. Может, ты просто не знаешь меня достаточно, — он провел большим пальцем по ее скуле, желая убедить, что в нем было больше, чем она думала. — Мне нравятся твоя сестра и Крюк. Что касается твоей мамы, кто я, чтобы судить? Ты еще мою семью не видела.

Она слабо ему улыбнулась.

— Я понимаю это, но говорю не об этом... наши отношения никогда бы не сработали.

— Ты считаешь меня поверхностным.

Она покачала головой и затем кивнула. Он рассмеялся, пытаясь не принимать это слишком близко.

— Я так не думаю, Итан. Иногда я вижу проблески другого человека, как в тот раз, когда ты выпроводил меня из своего кабинета. Я знаю тебя три года, живу с тобой под одной крышей почти две недели, но у меня все еще ощущение, что я не знаю тебя. Я знаю о тебе не больше, чем в тот день, когда мы встретились. Я понимаю, что ты не хотел видеть меня в своем офисе по какой-то причине, но твоя реакция все еще была... странной.