— Ты в порядке, Эм? — с тревогой спрашиваю я. Когда она не отвечает, моя паника усиливается. — Эм, детка, ответь мне, все хорошо?

— Можешь дать девушке минуту? Меня только что затрахали до потери сознания, прости, если мне сейчас трудно говорить, — бормочет она в одеяла.

Я ухмыляюсь, принимая ее дерзость за признак того, что она в порядке. Встав, сбрасываю штаны, затем направляюсь в ванную и включаю душ. Затем возвращаюсь к кровати и поднимаю Эмили на руки.

— Что ты делаешь? — бормочет она, ее глаза закрыты.

— Несу тебя в душ.

— Никакого душа, мне нужен сон.

Я хмыкаю.

— Сначала душ, потом сон.

— Ненавижу, когда ты командуешь.

Я смеюсь и игнорирую ее раздражительность, затем захожу в душ под горячую воду. Ставлю ее перед собой, обхватив за талию, чтобы она могла стоять прямо. Эмили откидывается назад, расслабившись напротив меня, и, учитывая, что ее глаза все еще закрыты, я решаю помыть ее. Наблюдаю, как мыло стекает по ее красивому телу, наслаждаясь каждым гребаным моментом, и удивляюсь, когда мой член снова оживает.

— Даже не думай об этом, Джеймсон.

Я смеюсь и целую ее влажную щеку.

— Не волнуйся, детка, разберусь с этим позже.

Чувствую ее улыбку и быстро заканчиваю мыть Эмили, но не беспокоюсь о волосах. Мне нужно вернуть ее в постель ради нас обоих. Отключая воду, я накидываю полотенце на талию, затем быстро вытираю Эмили, прежде чем обернуть одно вокруг нее. Потом несу ее обратно в кровать, кладу под одеяло и залезаю рядом с ней. В то же время, когда я тянусь к ней, она уже приближается ко мне. Эмили целует меня в бьющееся сердце и кладет щеку мне на грудь. Я провожу пальцами по ее спине, впитывая тепло и запах. Вот оно, мое любимое место во всем мире, так было шесть лет назад и ничего не изменилось.

Прежде чем смогу обдумать, шепчу слова, которые безумно боюсь сказать ей:

— Я люблю тебя, Эм. — Сердце стучит, пока я жду ее ответа. Когда она не отвечает, немного поднимаюсь, чтобы взглянуть на ее лицо, и вижу, что она крепко спит. — Да ты издеваешься надо мной. — Издаю недоверчивый смешок. Потом притягиваю ее ближе и целую в макушку. К счастью, всегда есть завтра и послезавтра. С этой мыслью вслед за Эмили я вскоре проваливаюсь в мирный сон.

Глава 20

Райдер

На следующий день мы едем к Розе в комфортной для нас обоих тишине. Ощущаю взгляд Эмили на себе и смотрю в ее сторону. Небольшая улыбка украшает ее лицо, когда она задумчиво глядит на меня.

— Детка, все в порядке?

— Мне нравится, что после всех этих лет я наконец увидела, как ты выглядишь. — Она пожимает плечами. — Или, если уж на то пошло, все, но особенно ты. Я постоянно представляла себе, как ты выглядишь.

Потянувшись к ней, я беру ее ладонь в свою и сплетаю наши пальцы.

— И я такой, каким ты меня и представляла?

Выражение ее лица становится задумчивым.

— Думаю, да. Сложно сказать. Вспоминая, как тебя описывала СиСи, и глядя на тебя сейчас, я понимаю, что ты подходишь под то описание. Но мне было трудно представить тебя, потому что я не была уверена, что мои воспоминания были точными. Но когда прикасаюсь к тебе и смотрю на тебя, ты выглядишь так, как я воображала. — Эмили пожимает плечами и сексуально улыбается мне. — Так или иначе, я знала, что ты секси, Джеймсон, и ты определенно доказал это.

— Это ты сексуальна, Эм,— усмехаюсь я, прежде чем поднести ее руку к губам и поцеловать ее нежное запястье.

— А я выгляжу так же, как тогда? — тихо спрашивает она. — Я не видела свои фотографии, и, честно говоря, сомневаюсь, что родители часто фотографировали меня.

— Да, детка, ты выглядишь почти так же. Тогда ты была самой красивой девушкой на свете, такой и осталась

Эмили нежно улыбается на комплимент.

— А что значит красота, а? Я имею в виду, я всегда видела людей такими, какими они были внутри, видела... я не знаю, их души? Возьмем, например, Кайла. — Моя кровь мгновенно закипает при упоминании о надменном придурке. — Если видеть его издалека и судить лишь по внешности, то можно найти его привлекательным. — Я фыркаю. — Я сказала: привлекательным, Джеймсон, а не сексуальным. — Эмили усмехается. — Но я знаю его, знаю, что он за человек, и он противный. То же правило относится к тебе, только все иначе. Да, я знала, что, судя по описанию, ты был физически привлекательным, все девушки, упоминая о тебе, всегда говорили, что ты сексуален, но твоя душа делает тебя по-настоящему красивым.

Что-то екает в моей груди от ее слов, как всегда, когда Эмили говорит мне эту ерунду.

— Что я и говорю, Эм. Вот что сделало тебя лучше всех. Не пойми меня неправильно, даже внешне ты была прекраснее любой другой девушки в школе, но именно твоя душа, то, что внутри, отличало тебя от остальных. Когда все эти годы назад я говорил, что ты видела меня лучше других, именно это я и имел в виду. Да, эти сучки считали меня привлекательным, но для них я был отбросом. А ты могла бы поверить слухам о том, что я опасен, и остаться в стороне, но не стала.

Слышу звук расстегиваемого ремня безопасности, и чувствую, как она садится, прежде чем наклоняется и обнимает меня за шею. Ее сладкий запах проникает в мой нос, когда она целует меня в челюсть, поднося свой рот к моему уху.

— Ты никогда не был для меня отбросом, Райдер. Я считала тебя мальчиком, борющемся против остальных, потому что все было против него. И ты единственный человек, с которым я чувствовала себя в безопасности. В тот день ты мог бы пройти мимо, но ты заступился за меня. Многие бы прошли мимо, мало кто желал получить нагоняй от Кайла или его отца. Но тебе было все равно — ты помог мне. Независимо от того, что кто-то сказал, я знала тебя, и знала мальчика, в которого влюбилась. Я также знала человека, которым ты станешь. Человеком чести.

С этими ее словами я въезжаю на подъездную дорожку дома Розы. Припарковав машину, тяну Эмили, чтобы она оседлала меня, затем беру ее лицо в руки и атакую ее рот с горячим, требовательным поцелуем. Я вдыхаю ее сладость и позволяю ей течь сквозь мои вены, позволяя смыть весь запах того, откуда я родом. С ней всегда было так. Когда мы были вместе много лет назад, было легко забыть причины, по которым мы не подходили друг другу. Когда мы были вместе, все было идеально, и это все еще так.

Я ненадолго отстраняюсь и прислоняю лоб к ее лбу. Затем смотрю в ее невинные голубые глаза, на которые надеюсь смотреть до конца своей жизни, и у меня появляется желание сказать ей, что люблю ее. Но так как мы сидим на подъездной дорожке Розы, и у меня нет времени открыться ей, я решаю промолчать.

— Лучшим событием в тот день было то, что я вошел в класс тригонометрии мистера Вессона и сел позади самой красивой девушки в мире. Той, которая имела все основания держаться от меня подальше, но вместо этого стала единственной девушкой, которая когда-либо имела для меня значение. — Эмили мило улыбается мне, затем застает меня врасплох и атакует мой рот. Я смеюсь, но затем издаю мучительный стон и заставляю себя отодвинуться. — Давай зайдем внутрь, детка, чтобы я быстренько мог отвезти тебя домой и раздеть.

Сначала я открываю дверь, чтобы помочь ей, и смотрю на сексуальные фиолетовые кружевные трусики под белым сарафаном, когда она выползает. И тут вспоминаю, как вчера вечером отшлепал ее тугую попку. Да, нам нужно быстрее закончить эту встречу.

Когда выхожу из машины, звонит мой сотовый. Я смотрю на номер и вижу, что это Ник.

— Иди, детка, я сейчас приду.

— Ладно, но, Джеймсон? — Я смотрю на нее, когда она обращается ко мне. Эмили подходит ближе, хватает меня за рубашку и тянет вниз для поцелуя. — Ты самое лучшее, что со мной случалось, и когда мы вернемся домой, надеюсь, ты снова отшлепаешь меня.

Мой член в штанах дергается, и, прежде чем я успеваю ответить, она виляет своей сладкой попкой, направляясь в дом. Делаю вдох и отвечаю:

— Джеймсон, — каркаю я, мой голос звучит хрипло даже для моих собственных ушей.

— Привет есть что-то от экономки?

— Нет, мы только что приехали и… — замолкаю я, когда из дома доносится мучительный крик. Мое сердце мгновенно останавливается, а кровь превращается в лед, когда понимаю, что это Эмили. Отключаюсь, не удосужившись сказать «пока», и вытаскиваю оружие, прежде чем ворваться в дом. — Эмили? — кричу я, прицеливаясь и оглядывая дом в поисках какой-либо угрозы. Моя паника усиливается, когда она не отвечает. Я следую за звуком ее измученных криков и в итоге нахожу Эмили в главной спальне. Ох, блин! Зрелище, с которым я встречаюсь, навсегда укоренится в моей голове. Эмили на коленях, вся в крови, она держит на руках безжизненную Розу.

— Райдер, поторопись, иди сюда и помоги ей, ты должен помочь ей. Я не знаю, что делать. — Она рыдает, накрывая окровавленную грудь Розы руками и обнимая ее. Даже отсюда я вижу, что Роза мертва, ее глаза открыты и безжизненны. — Поторопись! — снова кричит Эмили. — Почему ты ничего не делаешь?

Я подхожу и опускаюсь на колени рядом с ней.

— Эм, детка, — шепчу я, обнаружив, что мне трудно говорить сквозь мучительный ожог в горле, звук ее боли словно физический удар в грудь.

— Все в порядке, Роза, просто подожди, Райдер поможет тебе. — Эмили рыдает, целуя экономку в лоб. Не уверен, правда ли Эмили не осознает, что та мертва, или просто не хочет верить в это.

— Эм, мне жаль, но мы опоздали. Мы...

— Нет! — кричит она, отчаянно хватаясь за мою рубашку. — Сейчас же помоги ей! Сейчас же! — Она начинает рыдать и бьет меня кулаками в грудь.

Я хватаю ее за запястья, чтобы сдержать удары.

— Послушай меня, черт побери! — кричу я, пытаясь прорваться сквозь ее горе. — Слишком поздно, детка. Мне чертовски жаль, но она умерла, Эм. Мы ничем не можем помочь ей.

— Не-е-ет! — Эмили закрывает уши руками, когда кричит. Я обнимаю ее и прижимаю к себе, звуки ее боли разрушают меня Я буду слышать эти крики до конца своей жизни.

Эмили

Я сижу на полу душевой, пытаясь почувствовать, как струи горячей воды бьют по мне, но не могу. Я ничего не чувствую, кроме мучительной боли в груди. Жестко тру руки, пытаясь убрать с них кровь, и всхлипываю, когда думаю о том, как она там оказалась.