— Эм? — слышу я голос Райдера, когда он входит в ванную и становится на колени возле ванны. — Черт, остановись. — Он хватает меня за запястья, пытаясь остановить.

— Мне нужно смыть кровь, — хрипло шепча объясняю я

— Ее нет, детка, ты делаешь себе больно.

Смотрю на свои руки, не видя ничего сквозь боль и слезы в глазах. Райдер протягивает руку и выключает душ. Я прижимаю колени к груди и обнимаю себя, отчаянно пытаясь согреться, но не могу. Но он раздвигает их, прежде чем я понимаю это, оборачивая полотенце вокруг моего тела. Подняв меня, Райдер несет меня в постель, затем ложится рядом со мной, притягивая меня к своей груди. Его руки удерживают меня, но я не ощущаю их тепла. Я ничего не чувствую, я чувствую себя мертвой.

— Скажи мне, что делать, Эм. Скажи мне, как все исправить, мне больно видеть тебя в таком состоянии.

— Верни ее, — шепчу я сквозь боль, зная, что прошу о невозможном.

Слышу, как он вздыхает.

— Если бы я мог поменяться с ней местами, детка, я бы сделал это. — Тихие слезы текут по моему лицу, когда думаю о том, что он окажется там, где Роза. — Я просто хочу, чтобы с тобой все было нормально, скажи мне, что ты будешь в порядке, Эмили?

Я не отвечаю, потому что не могу. Не думаю, что без Розы рядом я когда-нибудь буду в порядке, не без единственного человека, который когда-либо любил меня.

Райдер

Несколько ночей спустя я просыпаюсь от звука тихих рыданий, но пребываю в замешательстве, потому что у меня адский стояк. Открываю глаза и вижу, что Эмили сидит сверху. Слезы текут по ее щекам, лицо искажено от горя и отчаяния.

— Ты мне нужен, — всхлипывает она. — Мне нужно почувствовать что-то кроме этой мучительной боли. — Она хватается за грудь, показывая мне, где болит, перед тем как сбросить с себя мою рубашку, открывая мне самый прекрасный, но и самый душераздирающий вид в моей жизни.

Я тут же включаюсь в происходящее и переворачиваю ее. Целую сладкие губы, которые дрожат от боли, и пробую ее слезы. Просовывая язык, пытаюсь вдохнуть всю ее боль и забрать ее себе, желая, чтобы она перестала так страдать.

— Райдер, пожалуйста, — всхлипывает Эмили, потянув вниз мое белье. Я спускаю трусы настолько, чтобы освободить свой член, затем провожу пальцами по ее влажному теплу, проверяя ее готовность. Обнаружив, что она влажная, беру член и погружаюсь в нее. Эмили ахает, ногтями впиваясь мне в плечи. Я двигаюсь медленно и продуманно.

— Быстрее, — она задыхается, пытаясь заставить меня двигаться быстрее.

Стискиваю зубы и качаю головой.

— Нет, детка, только так. — В течение нескольких дней я ждал возможности как-нибудь ей помочь. Как бы я ни старался, Эмили не подпускала меня, и теперь, когда она такая, я не хочу все испортить. Мне не нужно лишь ее тело. Я хочу ее, хочу, чтобы моя девушка вернулась.

Эмили смотрит на меня с самым печальным взглядом в глазах, который я видел.

— Мне так больно, — говорит она с рыданиями, ее слова пронзают меня как горячий клинок.

— Я знаю детка. Мне жаль. Черт, извини, Эм, — шепчу я, затем целуя влажные щеки, желая стереть слезы. Двигаюсь мимо ее ключицы и прижимаюсь губами к сердцу, чувствуя, как оно дрожит от горя.

Эмили с отчаянием хватает меня за волосы, прижимая меня к себе.

— Она была всем, что у меня есть, — шепчет Эмили, — она была единственным человеком, который когда-либо любил меня.

Я застываю и вскидываю голову.

— Неправда, — горячо возражаю я. — У тебя есть я, Эмили. Я люблю тебя. Любил тебя шесть лет назад и до сих пор люблю, никогда не переставал. — Упираюсь лбом в ее лоб и смягчаю тон. — Ты меня слышишь? У тебя есть я, навсегда, я твой. Я охрененно, больше всего на свете люблю тебя, и всегда буду любить, Эм.

Эмили смотрит на меня, и впервые после смерти Розы мне кажется, что она наконец-то снова видит меня. Она ничего не говорит, но убирает руки от моих волос к лицу, исследуя пальцами.

— Я помогу тебе, Эмили. Помогу помочь пройти через это. Ты доверишься мне?

Эмили кивает, выражение ее лица все еще грустное, но это только начало. Я обвиваю ее запястье и целую ладонь, а затем поднимаю ее руку вверх и сплетаю наши пальцы.

— Почувствуй меня, детка. Почувствуй, как сильно я тебя люблю. — Я начинаю толкаться в ее плотный жар.

Она стонет и выгибает спину.

— Я чувствую, Райдер, но мне нужно больше, я хочу больше...

Эмили ахает, когда я переворачиваю нас и меняю положение, мой член глубоко внутри нее, когда она седлает меня.

— Возьми то, что тебе нужно, Эмили. Покажи мне, чего ты хочешь, детка.

Она облизывает губы и прижимает руки к моему прессу. Как бы тяжело это ни было для меня, я не двигаюсь, позволяя ей взять на себя инициативу. Сначала ее движения медленные и неуверенные, поэтому я хватаю ее за бедра, чтобы помочь ей. Вскоре Эмили находит свой собственный ритм, и, мать твою, от нее нельзя оторвать глаз. Взъерошенные волосы падают на плечи, обрамляя идеальную грудь. Выражение ее лица нежное и милое, экзотические бледно-голубые глаза теперь освещены больше желанием, чем болью. Ее безупречная загорелая кожа светится от пота, который производят наши тела. Она похожа на чертового ангела, моего ангела.

Поднявшись, я ласкаю ее тяжелую грудь, дергая и потягивая красивые розовые соски. Со стоном ее руки накрывают мои, и Эмили увеличивает темп.

— Вот и все, детка, трахни меня. — Я поднимаю бедра и чувствую, как ее киска напрягается.

Она отклоняет голову назад и хнычет:

— Боже, Райдер, ты так глубоко. Я чувствую тебя, мне так хорошо.

Господи, она убивает меня. Я уже так близок к долбаному краю. Мне охрененно сильно необходимо было почувствовать ее, узнать, что она оправится от потери.

Убираю руки из-под нее и кладу ее руки туда, где только что были мои.

— Прикоснись к себе, Эм, покажи мне, что тебе нравится. — Она останавливается и прикусывает нижнюю губу. Чувствуя ее застенчивость, помогаю ей начать, заставляя ее помассировать мягкую плоть. Ее бедра снова набирают темп, и когда я чувствую, что она расслабляется, убираю руки и наблюдаю, как она касается себя.

— Вот так, детка, черт возьми, так сексуально. — Одной рукой я крепко обхватываю ее бедро, а другой провожу костяшками по ее влажной щелочке. Найдя ее опухший комочек, я врезаюсь в нее.

— Боже, как хорошо, — стонет Эмили. — Не останавливайся, Райдер, пожалуйста, трахни меня.

Именно так я и делаю, издавая рычание. Крепко удерживая ее за бедро, я вколачиваюсь в нее, продолжая кружить вокруг клитора. Ее крики пронзают воздух, и я чувствую, как с каждым движением пальца и каждым ударом моего члена комочек набухает.

— Боже, я сейчас кончу.

— Давай, Эм, кончи на моем члене. — Как только слова покидают мой рот, Эмили выполняет мой приказ. Я чувствую, как ее киска сжимает меня, когда она в экстазе откидывает голову назад. — Черт, да! — Я не тороплюсь, трахая ее, пока ее тугой, влажный жар не вызывает мое собственное освобождение. Огонь распространяется по моему телу за мгновение до того, как я застываю и изливаюсь в нее.

Эмили падает на меня и прячет лицо в моей шее, ее тело обмякло. Когда мы наконец восстанавливаем дыхание, я перекатываю ее вниз и начинаю двигаться.

Только собираюсь встать, как она крепко обнимает меня и поворачивается лицом ко мне.

— Не оставляй меня.

Моя грудь сжимается от тихой просьбы, и я прячу лицо в ее сладко пахнущих волосах.

— Никогда, детка. Я лишь хочу что-нибудь надеть. Сейчас вернусь. — Целую ее голову, затем иду в ванную.

Смачиваю тряпку горячей водой, выжимаю ее, а потом возвращаюсь к Эмили. Теперь простыня частично накинута на нее, а она смотрит в потолок. Эмили признает мое присутствие, глядя на меня, и, хотя в ее глазах все еще грусть, видно, что ей лучше.

Садясь рядом с ней на кровати, я стаскиваю простыню с ее тела, затем развожу ей ноги. Эмили смотрит на меня, когда я вытираю ее горячей тканью, выражение ее лица нежное, но немного неуверенное. Я наклоняюсь и прижимаюсь к ее гладкому животу, а она вонзает пальцы мне в волосы, прижимая меня к себе.

— Прости, мне так грустно. Извини, что делаю тебе больно, — шепчет она в темной и тихой комнате. Поднимаю глаза и вижу, что она снова смотрит в потолок.

Быстро заканчиваю, затем через всю комнату бросаю тряпку в корзину, прежде чем лечь рядом с ней. Двигаюсь так, чтобы Эмили смотрела на меня, затем притягиваю ее ближе

— Ты не должна сожалеть о том, что грустишь, Эм. Я знаю, тебе больно, детка. Твоя боль причиняет мне боль, но не ты.

— Я просто не могу поверить, что Роза умерла, и что я больше никогда ее не увижу. — Последние слова Эмили переходят в плач, на лице написано горе. Я обнимаю ее крепче, больше всего на свете желая иметь возможность забрать ее боль. — Кроме Саммер, Роза единственная настоящая семья, которая у меня когда-либо была. Как мне жить без нее, Райдер?

Я сглатываю, чувствуя себя так, будто кто-то ударил меня в горло.

— Ты живешь для меня, потому что ты мне нужна. Я знаю, сейчас тебе больно, но клянусь, Эм, я помогу тебе пройти через это.

— Мне больно знать, что мой отец сделал это с ней. Как он мог просто взять и убить ее, и что вообще произошло? Что пошло не так?

— Не знаю, но, блядь, обещаю, я все выясню и удостоверюсь, что каждый гребаный человек, имеющий отношение к ее убийству, заплатит за это.

Эмили смотрит на меня.

— Я решила пройти через гипноз. Позвоню завтра доктору Россу и как можно скорее пройду процедуру.

— Не уверен, что это хорошая идея. Эм. В последнее время ты через много прошла, я волнуюсь, что для тебя это будет слишком, и...

— Я не стану больше ждать, Райдер. Мне нужно сделать это. Ради себя, ради Розы. Я знаю, что вы с Ником строили планы на благотворительный обед, но, если я вспомню, что произошло все эти годы назад, мы могли бы все ускорить. — Я делаю глубокий вдох, паника накатывает на меня, когда думаю о том, что с ней происходит из-за всего этого. — Пожалуйста, скажи мне, что ты со мной, — шепчет она.