– Мы обсудим это в библиотеке, – ответил Девон. – Леди Трени, вам, однако, нет необходимости присутствовать...

– Я буду присутствовать. – Кэтлин нахмурила брови. – Я лично пообещала Вутенам во всём разобраться.

– Они не должны были приходить к вам, – резко бросил Девон. – Им следовало дождаться разговора с моим братом или с мистером Карлоу.

– Они и пошли сначала к мистеру Карлоу, – возразила она, – но он ничего не знал о происходящем. И мистер Рэвенел отсутствовал. Я была единственной, с кем они могли поговорить.

– Отныне, я предпочёл бы, чтобы вы не вели разговоров, когда обсуждение касается земель арендаторов. Вам следует ограничить себя делами, которыми должна заниматься хозяйка поместья. Приносить им корзины, когда люди болеют, и тому подобное.

– Что за самодовольный, снисходительный... – начала Кэтлин.

– Мы будем пререкаться у парадного входа? – поспешно вмешался Уэст. – Давайте притворимся воспитанными людьми и перейдём в библиотеку. – Он взял Кэтлин под руку, и вышел вместе с ней из прихожей. – Я бы не отказался от чая и сэндвичей, – сказал он. – Я умираю с голоду после поездки в поезде. Вы же сами всегда напоминаете мне о еде, помните?

Девон шагал вслед за ними, вполуха прислушиваясь к разговору. Хмурясь, он сосредоточился на ладони Кэтлин, покоившейся на руке Уэста. Почему он прикасался к ней? Почему она это позволяла? Незнакомая, ядовитая ревность вернулась, сворачиваясь тугой спиралью в груди.

– Миссис Вутен не могла говорить, её душили рыдания, – возмутилась Кэтлин. – У них четверо детей и пожилая тётя миссис Вутен, за которой надо присматривать, если они потеряют ферму...

– Не волнуйтесь, – прервав её, успокаивающе прошептал Уэст. – Мы во всём разберёмся. Я обещаю.

– Да, но, если Трени принял такое важное решение, ничего не сказав….

– Ещё ничего не решено, – холодно ответил Девон, следуя за парой.

Кэтлин бросила на него взгляд через плечо, прищурившись.

– Тогда, что делали железнодорожные геодезисты на землях поместья?

– Я предпочитаю не обсуждать свои дела в коридоре.

– Это же вы им разрешили? – Кэтлин попыталась остановиться и повернуться к нему лицом, но Уэст непреклонно тянул её в сторону библиотеки.

– Интересно, не выпить ли мне дарджилингского чая¹⁵? – размышлял Уэст, вслух. – Нет, пожалуй, лучше что-нибудь покрепче... цейлонский или пеко¹⁶... и немного маленьких булочек с кремом и джемом не помешали бы, как они называются, Кэтлин?

– Корнуолльские шпагаты.

– Ах. Неудивительно, что я их люблю. Они напоминают мне о том, что я однажды видел в дэнс-холле¹⁷.

Они вошли в библиотеку. Кэтлин дёрнула за шнурок колокольчика возле двери и подождала, пока не появится служанка. Попросив принести поднос с чаем и тарелку с сэндвичами и выпечкой, Кэтлин подошла к длинному столу, где Девон развернул карту земель поместья.

– Так вы это сделали? – спросила она.

Девон бросил на неё зловещий взгляд

– Сделал что?

– Разрешили железнодорожникам обследовать ваши земли?

– Да, – сказал он прямо. – Но им не разрешалось это с кем-нибудь обсуждать. Они должны были держать рты на замке.

Её глаза гневно вспыхнули.

– Значит это, правда? Вы продали ферму Вутенов?

– Нет, и не собираюсь.

– Тогда что…

– Кэтлин, – мягко вмешался Уэст, – мы проведём здесь всю ночь, если вы не позволите ему закончить.

Она нахмурилась и замолчала, наблюдая за тем, как Девон придавливает края карты различными предметами.

Взяв карандаш, он провёл линию через восточную часть поместья.

– Недавно я встречался с директором Лондонской железной дороги Айронстоун, – сказал Девон. – Это частная компания, которой владеет мой друг. Том Северин, – пояснил он для Кэтлин.

– Мы состоим в одном лондонском клубе, – добавил Уэст.

Девон критически оглядел карту перед тем, как нарисовать параллельную линию.

– Северин хочет сократить длину существующего портсмутского маршрута, принадлежащего Лондонской компании Айронстоун. Он также планирует заменить рельсы на более тяжёлые на всех шестидесяти милях пути, чтобы внедрить быстрые поезда.

– Он может позволить себе такой проект? – спросил Уэст.

– У него уже есть один миллион фунтов.

Уэст издал бессловесный возглас.

– Именно, – сказал Девон и продолжил деловым тоном: – Из всех перспективных планов по сокращению маршрута, естественный уклон лучше в этом районе, – он слегка заштриховал область между параллельными линиями. – Если бы мы позволили Лондонской компании Айронстоун проложить железнодорожные пути через восточный периметр поместья, мы бы ежегодно получали большую сумму денег, которая пошла бы на решение наших финансовых проблем.

Кэтлин склонилась над столом, пристально разглядывая пометки, сделанные карандашом.

– Но это невозможно, - сказала она. – Согласно тому, что вы нарисовали, пути прошли бы не только через ферму Вутенов, но, как минимум, через ещё три участка арендованных земель.

– Будут затронуты четыре фермы арендаторов, – признал Девон.

Лоб Уэста пробороздили хмурые морщины, пока он изучал карту.

– Пути, похоже, пересекают две внутренние дороги. У нас не будет доступа к восточной части.

– Железная дорога построит путепроводы за свой счёт, которые свяжут все части поместья между собой.

Прежде чем Уэст смог высказаться, Кэтлин встала и смело встретилась взглядом с Девоном. Она выглядела потрясённой.

– Вы не можете на это пойти. Не можете отобрать фермы у этих семей.

– Адвокат подтвердил, что всё законно.

– Я имею в виду не юридическую сторону вопроса, а моральную. Вы не можете лишить их домов и средств к существованию. Что станет с этими семьями? А с детьми? Даже вы не сможете жить с таким грузом на совести.

Девон язвительно посмотрел на неё, раздражённый тем, что она автоматически предположила о нём худшее.

– Я не собираюсь бросать арендаторов. Я твёрдо намерен помочь им найти новые места.

Кэтлин начала качать головой ещё до того, как он закончил.

– Эти люди занимались фермерством поколениями. Оно у них в крови. Забрав у них землю, вы их просто уничтожите.

Девон был уверен, что именно так она и отреагирует. В первую очередь – люди, деловые предприятия – во вторую. Но это не всегда было возможно.

– Мы говорим о четырёх семьях из двух сотен, – сказал он. – Если я не заключу сделку с Лондонской железнодорожной компанией, все арендаторы Приората Эверсби могут лишиться своих ферм.

– Должен быть другой выход, – настаивала Кэтлин.

– Если бы он был, я бы его нашёл.

Она ничего не знала о тех бессонных ночах и изнурительных днях, которые он провёл в поисках альтернативы. Хорошего решения не существовало, только выбор между несколькими плохими, и данное решение имело наименее пагубное последствие.

Кэтлин уставилась на него, будто поймала на том, как он отбирает корку хлеба у сироты.

– Но…

– Не давите на меня, – огрызнулся Девон, потеряв терпение. – Ситуация достаточно сложная и без демонстрации подростковой драмы.

Лицо Кэтлин побелело. Не сказав больше ни слова, она развернулась и вышла из библиотеки.

Уэст вздохнул и посмотрел на Девона.

– Молодец! Зачем себя утруждать приводить доводы, когда можно просто заставить подчиниться?

Прежде, чем Девон успел ответить, его брат вышел вслед за Кэтлин.