ГЛАВА 57.

Судьба. Не все в неё верят, принимая череду мелких происшествий за случайные совпадения. Тем не менее в мире нет ничего случайного, считаю я. И если что суждено — то непременно сбудется. В соседнем доме на первом этаже открылось кафе-мороженое. Да-да именно так оно и называлось. Оформлено по-советски в ретро-стиле. Галина Семёновна ловит меня во дворе и сообщает, что очень хочет туда пойти, а одна не может. Плохо видит, слышит так себе и вообще, сто лет не бывала в подобных заведениях. Как теперь принято в них себя вести? Опозорится старуха. Неудобно.

- Я плачу! - сообщает соседка. - У меня вчера пенсия пришла.

- Ну, это лишнее, - говорю я.

- Нет, нет. Я настаиваю! - и тащит меня в кафе.

Мы сидим за столиком на неудобных высоких стульях. Галина Семёновна еле залезла, а как слезать будет неизвестно. На столах скатерти в красно-белую клетку, бумажные гвоздички в пластмассовой вазочке, улыбчивые девушки-официантки в белых передниках. Едим мороженое из хрустальных вазочек. У меня шоколадные шарики, у Галины Семёновна ассорти — клубничное, фисташковое и дынное.

- Раньше такого не было, - говорит она. - Только пломбир или стаканчик.

- Вас послушать, - замечаю я, - так в советское время совсем плохо было.

- Да по-разному! - Галина Семёновна качает головой. - Кому-то хорошо, кому-то плохо.

- Скучаете?

- По чему?

- По тому времени.

- А чего скучать? Уже не воротишь. Мы-то сегодня живём, не тогда. А времён плохих не бывает. Хороших тоже. Всегда всё в равновесии.

- А знаете, как я с мужем своим познакомилась? - спрашивает Галина Семёновна. - Я ведь сначала не с ним встречалась, с другим. Парень с завода. Хороший такой, Серёжа. Замуж за него собиралась. А его на заводе нашем все крохотулей звали. Я думала, кличка такая, для смеху. Он-то высокий, под два метра. Оказалось, фамилия такая. И вот стою я как-то перед зеркалом, смотрю на себя и думаю: если я за него замуж выйду, то и у меня такая фамилия будет! Крохотуля! Подумать только! Сама метр с кепкой и Крохотуля!

Соседка смеётся:

- Так я ему и отказала. А потом и Петя мой встретился.

- Так может вы и не любили. Нельзя же так, из-за фамилии, - говорю я.

Может, и не любила, - она задумчиво смотрит в окно. - А может судьба.

Любовь — странная вещь. Как не ошибиться? Чем отличается она от судьбы? Или судьба это и есть любовь? Каждый день я ходил домой через Лесную, делая огромный крюк, и смотрел на кошку в окне. Она всё так же следила за мной разноцветными глазами и буравила мне спину, когда я проходил мимо. Я просто физически ощущал её взгляд. Где-то через неделю окно распахнулось.

- Привет! - в нём показалась девушка примерно моего возраста с длинными светлыми волосами. - Нравится?

- Кто? - опешил я.

- Кошка.

- Ну, да, красивая.

- Никому не говори, но я её украла, - девушка уселась на подоконник и теперь насмешливо смотрела на меня сверху вниз. - Когда я была маленькой, мы ездили на юг. И там в доме, который мы снимали, она и жила. Сидела на окне рядом со всякими поделками. Хозяйка хотела её выбросить, а я засунула в чемодан перед отъездом. Папа потом ругался, но было уже поздно.

Я спросил про город, где они жили. Девушка не помнила.

- Где-то на Чёрном море, - сказала она неопределённо. - Кстати, меня Аня зовут.

И протянула узкую длинную ладошку.

- Гена, - ответил я. Рука оказалась мягкой как шёлк и тёплой.

Аня прищурилась:

- Григорян? Так я и знала! Вымахал!

Откуда она меня знает?

- Помнишь на олимпиаду вместе ехали. Ты ещё сказку рассказал. Я тебе номер дала, а ты не позвонил!

- Там же буква «Н» была в подписи, а ты Аня, - попытался оправдаться я.

- Дурачок! «Н» - это Нюта, - засмеялась девушка. - Я себя тогда так называла!

Так мы и встретились — длинный неуклюжий парень и самая замечательная на земле девушка. Самым удивительным была то, что Аня меня помнила. Я и забыл, что на олимпиаде делали общее фото, а сбоку список участников и номер школы. Я фотографию не покупал, потому что дед разворчался насчёт нелишних денег на всякую ерунду, при том, что как я помнил, он скопил достаточно большую сумму, а она купила и смотрела на неё время от времени и ждала, что я позвоню. А раз не позвонил — значит не хотел. Так зачем искать и навязываться?

Случайности. Квартиру с кошкой почти продали. Аня была в ней последний раз, и именно в этот день и час я проходил мимо. Когда я увидел её, то не ощутил ни страсти, ни всепоглощающего чувства любви, как пишут порой в любовных романах. Я понял лишь одно — она мой человек, моя вторая половина, как не банально звучат эти слова. Мы очень много говорили. Последний раз я настолько широко открывал душу лишь сестре. Я стал её первым мужчиной, и пусть этот вопрос для меня не принципиален, всё же меня грело ощущение, что она только моя.

Мы часами бродили с ней по городу, не нуждаясь в других развлечениях. И говорили, говорили... Как-то раз она остановилась и, смеясь, заметила:

- А ведь я соврала! Ты у меня не первый!

Я замер. Как же так?

- Был у меня мальчик лет в семь, - расхохоталась она, заметив мою удивлённую физиономию. - Мы как раз на юг приехали. Я сидела у вокзала и ждала родителей. Тут он как подбежит, как поцелует ! Прямо в губы! Представляешь? Потом застеснялся и убежал, юный Казанова.

Она смеялась и никак не могла остановиться, а я думал о том, что в мире не бывает совпадений. Значит, судьба? На следующий день я сделал Ане предложение, и она ответила: «Да».