12

Ключевая вода обожгла щеки, Кинни открыла один глаз.

• Подъем, валькирия, - подмигнул дежурный и умчался вон из избы, гремя ведром.

Кинни дотянулась до сапога, бросила ему вслед. С громким смехом парень хлопнул дверью, сапог глухо ударился о деревянную ручку.

На соседней лавке Дария натянула одеяло на нос: - Рань какая, не спится вам.

С улицы в избу только слегка заглядывали первые всполохи красной зари. Кинни протерла глаза, опустила ноги на пол, потянулась. Пришло время для утреннего воинского правила. Спешно надела свои кожаные порты, зашнуровала тунику, натянула жилет, сапоги, собрала в высокий хвост свои каштановые волосы. За проведенные тут 30 лун поняла, что плести косы поутру совсем некогда. А вот скоро перевязать их кожаным ремешком - в самый раз. Прошла к умывальнику, плеснула в лицо ледяной воды. Перед самым уходом натянула кольчугу, просунула руку в ножны меча, проверила кинжал за поясом.

Дверь громко скрипнула, когда Кинни открыла ее и соскочила с деревянных ступенек. Воины из мужских покоев, ещё лохматые спросонья, спешно бежали на построение к воеводе под стрекот кузнечиков. Газель вдохнула глубоко молодой утренний воздух и понеслась следом за ними.

• Последний - Заил, сын кожевника! - объявил воевода Реган. - 100 отжиманий!

Кинни сочувственно глянула на юного Заила. Сама она чуть не дюжину первых лун прибегала последняя, а воевода никого не щадил. У нее до сих пор ещё руки гудели. В последние три седмицы их войско сильно выросло. Новый граф Танбацкий объявил всеобщую мужскую повинность, и на территорию рыцарей все время привозили парней, перепуганных и совсем неопытных.

Заил вышел, размял руки и опустился в траву.

• Один, два, три, - привычно засчитал воевода Реган. - Быстрее, быстрее, Заил, ты же воин, а не баба.

После поездки во дворец воевода стал трижды требовательнее. Тренировки проходили чаще и дольше. А неделю назад к ним добавились совершенно необычные - воевода делил барсов на группы и давал задание залезать на крепостную стену. Занятия самой Кинни усложились еще сильнее, словно воевода готовил ее к чему-то.

• … Намир, Грет, Тревор, Кинни, Заил! - услышала газель. - В южный лес через Шань. Дерн, Свен, Торн, Каар, Ветр, на запад к Тануки.

Шань была небольшой быстротекущей рекой на южной стороне графства. И слова воеводы означали бежать туда Кинни по сигналу с братьями названными барсами на утреннюю разминку. Под грохот горна это она и сделала. Кольчуга и меч были тяжелы. Но 30 лун подобного бега научили Кинни до реки добираться значительно шустрее. А вот переплывать реку в кольчуге, как делали это Грет и Намир, ещё не научилась. Скинув ее, газель поправила ножны и вошла в реку. Шань не была широкой, но течение неслось быстро. Окунувшись, Кинни резко выдохнула, поскольку холодная вода перебила дыхание и, схватив за меч, потянула на дно. Спешно работая руками и ногами, девушка выплыла на другой берег и отряхнулась. Рядом с ней со смехом упали в пряную росистую траву Тревор и Заил, тоже без кольчуги. Она улыбнулась им и поднялась на ноги. Грет и Намир уже бежали впереди. Отставать не следовало. Кинни бросилась за ними. Когда прибыли к веревочной дороге, 7 групп были впереди и столько же приближались позади. Грет с Намиром в нетерпении дождались Кинни, Заила и Тревора, затем спешно полезли наверх, схватившись за бечеву. Кинни - за ними. Оказавшись наверху, задержала дыхание от душераздирающей красоты речной долины. Веревочная дорога была связана в вековой дубовой роще меж крепких высоких крон, открывая вид на несколько бурных ручьев. Кинни по очереди проскочила по деревянным доскам, прогнулась под ветвями дуба и по длинной верёвке скатилась на землю к Намиру и Грету. Несколько секунд, и Тревор с Заилом присоединились к ним. Впятером они схватили приготовленное бревно и потащили через мост. Воевода стоял у горы таких же бревен, выглядывая следующую группу. Когда Кинни с командой бросила поклажу в общую кучу, он отметил что-то в своем пергаменте.

• Славно, свободны, - сказал воевода.

Обнявшись за плечи, парни и газель засмеялись, счастливые. Успели! Не самые последние! Теперь можно и за кольчугами брошенными сходить, и в трапезную подкрепиться.

• Барсы! - окликнул их воевода Реган. Воины обернулись. - После трапезы зайдите в командную избу. Поговорить надо.

***

• Необычно строг воевода в последние луны, - сказал Грет, пока остальные доедали медовую кашу, стуча ложками.
• Говорят, керды лютуют, - в тон ему ответил Заил.

Намир покачал головой: - Мы с кердами не первый год воюем.

• Вчера менялись дозорные с границ графства, - Грет задумчиво нахмурился. - Говорят, усиление тройное.

Кинни доела кашу, погладила Колоска. Кот вставал поздно, за хозяйкой по лесам и рекам не ходил, прибегал сразу в трапезную, где его щедро угощали сливками. Газель перекинула ноги через деревянную скамью: - Схожу за кольчугой.

Выйдя из трапезной, потянулась, поправила кожаный ремешок на лбу и уже обсохший высокий хвост. Солнце стояло над землёй, грея плечи. Сорвав травинку, Кинни закусила ее зубами и двинулась к реке. За 30 лун она так и не добралась до склепа Танбатского дворца - едва хватало сил доползти до своей лавки в женской избе и упасть замертво до утренних петухов. Дария с матушкой первое время все причитали, что погубит девка глупая себя вконец. Потом махнули на нее - нет ума, свой не вложишь. Теперь же воевода позвал в избу командную, самое время попроситься в город.

Кинни пересекла речную долину, подняла кольчугу свою. Шань журчала и плескалась, ударяясь о пороги. Из-за дерева бесшумно шагнул Кроша. Девушка улыбнулась ему, протянула руку. Волк каким-то дивным образом учуял ее, нашел и теперь приходил каждый день с тех пор, как поселилась Кинни на территории войска. Первые луны вовсе не оставлял, словно проверял, как ей живется. Теперь приходил реже. Погрузив руку в жёсткий мех, газель, прильнула щекой к его морде, потрепал волка за холку. Он заурчал почти так же, как умел некогда Риваль. Сердце Кинни обливалась кровью, стоило допустить мысли об этом барсе. От Кроша как будто даже пахло им - бесстрашием и необъяснимой нежностью. Завидев друга, Колосок, привычно запрыгнул ему на спину. Волк встряхнулся и побежал по долине, катая кота.

• Смешные они, - сказал Тревор за спиной Кинни. Она обернулась - барс стряхнул траву со своей кольчуги.

Матушка его трижды приходила к воеводе за этот месяц, просила отдать сына. И если раньше Реган отказывался по собственной воле, то теперь, с введением всеобщей мужской повинности, у него появилась причина, которую даже Дирнах пришлось услышать.

• Почему одна ушла? - Тревор сел рядом с Кинни на камень. - Слышала же, опасно нынче.

Она улыбнулась, встала, натянула кольчугу.

• Я же на земле войска.

Поймала тоскливый взгляд барса. Он взлохматил пятерней свои густые пшеничные волосы, поднялся с камня, поправил кожаный ремешок у нее на лбу: - Керды нынче лютуют. Не ходи одна.

• Благодарю, - Кинни шагнула назад, глянула на избы. - Пойдем? Поди заждались нас.

Шелестя сапогами по пряной траве, дошли до командной.

• Теперь все, наконец, - сказал воевода Реган и прикрыл дверь на замок. - Идите сюда к столу.

Грет, Заил, Намир, Тревор и Кинни окружили распростертую карту.

• Приказ графа, - воевода по очереди встретился взглядом с каждым воином. - Пробраться в стойбище кердов и выяснить положение антилоп, по своей ли воле они в союзе с этими шакалами. Пойдет ваша группа - воевода многозначительно посмотрел на Кинни. - Из всего войска вы лучше всех сможете найти общий язык с антилопами.

Кинни кивнула, прочитав по глазам - основную часть задачи воевода возлагает на нее.

• Если не по своей воле, отбить? - спросил Намир.

Воевода покачал головой: - Нет. Только выяснить и не показать себя, - он ткнул пальцем в карту. - Здесь за южным лесом стоят антилопы. По донесению последней группы, керды рядом, но еще южнее. Будьте внимательны. Антилоп вы без труда найдете, а вот керды появляются из воздуха и с разных сторон. Одежу получите у портного, она будет точь-в-точь антилоповой. Добираетесь до стойбища, узнаете, как обстоят дела, и мигом обратно.

• Когда выдвигаться? - спросил Намир.
• Завтра поутру.
• Да, воевода, - ответили дружно.

Он посмотрел по очереди каждому в глаза: - Славно. Будьте осторожны, сынки… хм и дщерь.

Улыбнулись воеводе и вышли вон из избы, задумчивые. Кинни осталась.

• Воевода Реган.
• Что, Кинни?
• Можно мне сегодня в город?
• Зачем понадобилось?

Она закусила губу крепко.

• Нужно в одно… место.

Реган чуть прищурился.

• Нельзя, Кинни. Не для того я 14 лун готовил тебя к заданию, чтобы ты в последний день беду себе на одно место нашла.
• Но воевода!..
• Отставить, воин. Отпущу по возвращении. Свободна.
• Да, воевода.

Вышла из избы с тяжким сердцем. На отдаленной поляне в лучах полуденного солнца уже начинали тренировку барсы. До Кинни доносился лязг сталкивающихся клинков. В этот час барсы вместо кольчуги надевали тяжелые доспехи, закрывающие тело почти полностью. Газель не любила их - слепили глаза во время сражения и были жуть какие неповоротливые. Но на лошади давали значительное преимущество. Кинни лишь однажды видела Риваля в таких доспехах - в день знакомства, когда стянула его тяжёлый шлем и задохнулась от красоты лица барсова. Теперь же у нее были свои собственные, сделанные на заказ и начищенные до блеска. Пусть не такие искусные, как у сына графа Танбацкого, но задачу свою выполняли отлично.

Пиная перекати-поле, Кинни добрела до избы портного.

• Ах, да, наряд газели, - затараторил портной.

Открыл большой сундук, вытащил из него сарафан расшитый, рубаху, ленты.

• Держи, девица.

Кинни поймала одежу, расправила, рассмотрела. Даже в бытие свое газелью в поселении антилоп не носила она никогда такие девчачьи вещи. Ей больше по вкусу были порты, туника. И меч, конечно. Но делать нечего, приняла, поклонилась портному.