Девочки обернулись к нему. Риваль подавил привычную боль в груди, глядя в глаза Ренаты, такие похожие на сестринские.
Айна же развернулась и присела, как ее научила леди Камила, тщательно сохраняя осанку: - Добрый вечер, милорд.
Риваль улыбнулся, кивнул ей, как положено: - Приветствую вас, леди Айна.
Потом подхватил малышку Ренату под плечики и подбросил в воздух. Высокий музыкальный смех наполнил гостиную. Сдержаться было невозможно, и Риваль тоже засмеялся в голос. Рената обняла его голову и прижалась щечкой.
Он не мог прекратить улыбаться: - Конечно, принесу. Как ваши успехи, леди Рената? На сегодня, помнится, у вас стояли танцы.
Риваль сделал большие глаза: - Не может быть!
Барс глянул в хмурое розовое личико, хлопнул легко по носу: - Не время вешать нос. Давай-ка все исправим. Волшебница Айна, не могли бы снова сыграть нам ту восхитительную музыку?
Удивительные переливы снова заполонили гостиную. Риваль поднял малышку на руки и закружил в танце. Девочка сосредоточенно прикусила губу, запоминая движения его ног. Она была жутко серьезной и умилительной одновременно. Риваль пронес девочку в танце вокруг гостиной мимо летящего тюля и тяжелых портьер, старинного мраморного камина, вдоль торжественных колонн и замкнул круг. Завершив танец, барс поставил Ренату на ноги, завел левую руку за спину, как положено в танце, и поклонился.
Она радостно подпрыгнула, хлопнула в ладоши и пошла на второй круг уже сама, играя платьем.
Девочки тотчас остановились и поклонились ему.
14
Воин антилоп остановился, нахмурился и осмотрел лес. Не найдя источник шума, открыл водный мех и выпил. Затем пошел по границе дальше.
Намир нахмурился: - А куда его потом деть?
Тревор пожал плечами: - Привяжем к дереву и убежим.
Остальные странно на него посмотрели.
Намир снова шикнул, и он пригнулся к земле.
Кинни совсем не нравилась мысль об убийстве братьев по племени. Это стало бы ее личной трагедией.
Намир кивнул: - Похоже на то, но нужно убедиться.
Намир с Заилом схватили его и утащили назад за дерево.
Тревор отвернулся от них, раздув ноздри и тяжело дыша.
Намир встряхнул его: - Да думай же головой. У нее может получиться. Не придет через час, пойдем искать.
Парни упали снова на землю.
Кинни шла по росистой лесной траве и глубоко дышала. В отличие от антилоп, барсы предпочитали равнины и открытые поля, девушка соскучилась по запаху и звукам чащи. Белки с шорохом бегали по раскидистым дубовым веткам, собирая желуди и орехи. Кукушка отсчитывала года. И там, и тут на кустах малины алели спелые ягоды. Здесь, правда, было много лиственных деревьев. Через них смотреть не так удобно, как в сосновом бору.
Воин впереди остановился и прислушался, затем вынул меч. Кинни отодвинула пышную ветку черемухи и показалась ему. Парень был незнакомым. Кажется, он дружил с Марри.
Парень почесал затылок: - Хорошо. Пошли.
В лагере трава была сильно вытоптана. Пахло дымом. Кинни увидела дозорных на другой стороне. Они, действительно, стояли очень часто. В центре высились несколько шатров. В каком-то из них обитали женщины. Если воин приведет ее к ним, поднимется вой на весь лес, потому что женщины уж точно узнают ненавистную предательницу.
Парень вдруг схватил ее за руку и дернул на себя. Газель хлопнулась щекой о его твердую грудь и на секунду оглохла.
- Слушай, ты. Не знаю, кто ты такая, но мне плевать. Женщин тут нет, так что ничего не выйдет.
Он мерзко улыбнулся, провел ладонью по ее телу: - Впрочем, кое-что может и выйти.
Кинни сглотнула и толкнула его так сильно, как могла: - Ну, давай! Давай! Подпиши себе приговор. Знаю я, что нет тут женщин, откуда ж я сама пришла. Ты видишь мое платье, воин? Знаешь, что муж мой с тобой сделает?
Парень убрал от нее руки. Кинни поправила волосы, одернула сарафан, глубоко вздохнула: - Веди в командную, раз уж раскрыл мой подарок.
В командном шатре никого не было. Тихо горела свеча в стеклянном фонарике. Газель раскрыла пергамент, оглянулась на дверь. Карта. На ней было много полос, перечеркнутых по диагонали и одно слово на другом языке. Трава у входа зашуршала. Кинни запомнила сколько сумела, отложила пергамент и приготовилась.
Мужчина тихо вошёл а шатер, звякнув мечом. Выпрямился в полный рост.
Она бросилась к брату, обняла его крепко. Он сжал ее, поцеловал в макушку.
Орад провел сестру к скамье, усадил. - Как ты ушла, я все с ума сходил. Не знал, жива ли ты ещё.
Он сжал крепко в ладонях ее руки и все не отводил взгляда, будто наглядеться не мог. Кинни облизала губы от волнения. Она должна быть честной с братом. Иначе с кем же ещё?
Кинни снова прижалась к его груди.
Орад выбрался из ее объятий и встал. Кинни посмотрела на него снизу вверх: - У меня нет выбора, брат. Я теперь среди барсов.
Его взгляд дернулся в сторону скрученного пергамента и обратно к сестре. Орад прошелся по шатру взад вперёд.
Орад тяжко вздохнул: - И ради этого ты рискуешь жизнью?
Кивнула.
Она улыбнулась ему тепло и встала.
Положила руку ему на плечо: - Береги себя, ладно? Я пойду.
Орад задержал ее за локоть: - Постой. Что-то шумно снаружи. Будь здесь. Как уляжется, проведу тебя.
Он ушел. Кинни теперь только услышала топот и лошадиное ржание. Тихо прильнула к тонкой щели у входа. На улице уже встали сумерки. У большого костра в центре лагеря собралось много людей. Огонь отбрасывал причудливые блики на их лица. Кинни увидела Марри и других знакомых антилоп. Воины что-то громко обсуждали, стучали копьями и спорили. Из их разбросанных криков газель поняла, что пришла весть о битве. Не все были согласны идти на сечу. Кто-то говорил, что керды приведут на гибель верную. Вспоминали графа Танбацкого, отчего-то ругались на чем свет стоит. Говорили, что новый граф хуже прежних всех, что жесток и неумолим. Никак не расходились. Кинни все ждала подходящего момента, чтобы сбежать, но вдруг увидела братьев своих барсов. Она шли бесстрашно прямо по лагерю, так, словно всю жизнь провели антилопами. Только осанка у них была другая, это газель только сейчас заметила, видно, слишком долго прожила с барсами, привыкла к ним. Другие же сразу их непохожесть увидели и окружили. О чем-то говорили недолго. Потом Тревору, Грету, Заилу и Намиру связали руки за спиной, повели мимо костра и шатра, где пряталась газель, прямиком к тесной клетке.
Он закрыл клетку на замок и ушел. Парни подергали прутья и, отчаявшись, отошли по углам.
Она виновато на него просмотрела: - Не могу. Вы там барсов моих в клетку посадили. Без них не уйду.
Орад тихо выругался себе под нос.
Они тихо вышли. В лагере стемнело. Крики улеглись. Красные угли догорали в костре.
Он глянул на нее краем глаза: - Да.
Кинни положила ладонь на его плечо: - Орад, не надо. Барсы сильно превосходят нас, я это сразу увидела. У них доспехи и подготовка гораздо мощнее.
У клетки остановились.