Кинни обернулась на брата.

• Это, хм… это воин, который поможет нам.
• Хватит болтать, - Орад достал ключ, вставил в замок. Тот щелкнул как раз тогда, когда из-за соседнего шатра вышел Марри и ещё несколько антилоп.
• Что делаешь, Орад?

Двигаясь быстро, Кинни вытащила из голени спрятанный кинжал, обхватила брата и приставила к его горлу.

• Не двигайтесь, Марри, а то убью его.

Унэш растерялся на мгновение: - Кинни?!

Нарим сорвал замок, и барсы вышли. За Марри стали собираться другие антилопы.

• И что ты, Кинни, так одичала, что убьешь брата?

Она сощурилась: - Убью.

Барсы вытащили кинжалы. Антилопы напали. Кинни оттолкнула Орада и замелькала в бою, сверкая клинком. Их команда была быстрой и хорошо обученной, но антилопы сильно превосходили в числе. Кажется, задание воеводы они провалили - это была последняя мысль прежде, чем газель потеряла сознание.

15

Войско барсов в полной боевой готовности стояло за спиной своего графа, освещенное молодым утренним солнцем. Доспехи отливали серебром и отбрасывали тень на равнину близ реки Тануки. Риваль, щурясь, глянул на совершенно чистое небо без облаков. Его гнедой конь нетерпеливо постукивал копытом.

• Что-то Хадей запаздывает, - сказал Риваль воеводе Регану, стоящему по правую руку.

Воевода, получивший с утра почтового голубя от своей команды разведки, был задумчив. С одной стороны, они нашли ответ на вопрос - антилопы заключили союз с кердами по собственной воле - с другой, сами домой не вернулись. Сердце Регана болело от мысли, что они могли погибнуть.

• Антилопы с кердами не вынужденно, милорд, - сказал воевода Ривалю. - Они сами заключили союз.

Граф обернулся. - Откуда знаешь?

• Команда разведки прислала почтового голубя.
• Голубя? Она не вернулись?
• Нет, милорд.

Риваль на мгновение прикрыл глаза. Это была воинская доля - положить жизнь за племя. Но как же больно было полководцу за каждую такую жертву.

• Милорд, - снова заговорил Реган. - В этой команде была… я должен вам сказать…

Риваль отвернулся на стук копыт. Из-за леса появилась черная точка, затем ещё одна и ещё. Вот и войско кердов. Враги рассыпались по равнине в ровные ряды напротив барсов. Их доспехи были значительно проще барсовых, но керды отличались низким ростом и хорошей скоростью. Антилоп среди них было совсем мало. Риваль увидел всего несколько воинов этого племени. Хадей, возглавляющий войско, скакал на вороном жеребце. Он был невысоким мужчиной средних лет с узкими хитрыми глазами. На голове носил шапку, отороченную мехом. Заняв место по центру, правитель кердов развернулся навстречу Ривалю. Тишина встала над равниной. Только ветер лизал траву и лица врагов. Стая ворон перечеркнула небо, ожидая сражения.

Риваль развел руки в стороны:

• Вот я, Хадей! Ты хотел встречи!

Керд сощурился. Войско барсов значительно выросло со времени последней битвы. Оно было огромным и внушало ужас.

• Видеть тебя и признать, - сказал керд, - не одно и то же.
• Уходи в свои земли, Хадей! Здесь нет ни твоих людей, ни надобности в твоём признании.

Правитель кердов громко в голос рассмеялся.

• То же самое сказал мне твой отец в прошлый раз! Перед тем, как испустить дух! А потом и твой брат.

Волосы Риваля ветер взвил в воздух, когда он двинул коня вперед к Хадею на несколько шагов:

• Как хорошо, что вопреки твоим надеждам есть в Танбате кому повторить их слова - уходи в свои земли! Или останься в нашей земле - навсегда!

Войско барсов громко крикнуло и ударило о земь копьями, поддерживая.

Хадей не торопился с ответом. Вышагивая на коне вдоль рядов своих воинов, он внимательно осмотрел строй противника вправо и влево, оценил размер войска.

• Ты, барс, - сказал Хадей злорадно, ненависть сочилась из него волнами, - сегодня же откроешь нам врата Танбата. И вот тогда я посмотрю, кто останется сегодня в земле!

Он обернулся к кердам и крикнул: - Привести девчонку!

Войско расступилось, и на простор между Хадеем и барсами, оставляя в высокой траве две длинные примятые колеи, вывезли на лошади повозку с тесной клеткой. Внутри была девушка в разорванном платье антилоп. Ее волосы, некогда сплетенные в две тугие косы, теперь расплелись и обняли хрупкие плечи. Она подняла на Хадея сиреневые, пылающие ненавистью глаза.

• Кинни, - одними губами выдохнул Риваль. В ушах появился гул, он нарастал и нарастал, заглушая злорадные вопли керда и крики воинов с обеих сторон.

Хадей рассмеялся, пуская эхо по скогской равнине, объехал клетку на коне.

• Я вижу, узнал. Открой врата града, граф Танбацкий! И отдам ее тебе, - он улыбался так, что у газели волосы зашевелились на голове. - Не откроешь к вечеру, отправится к отцу твоему и брату.
• Кинни, - повторил Риваль, направляя коня к ней.
• Милорд! - крикнул воевода Реган. - Милорд!

Хадей перестал смеяться.

• Ты, видно, ищешь смерти, барс!

Риваль скакал все быстрее вопреки ожиданиям кердов и их тщательно продуманному плану. Топот ног его коня эхом разносился по равнине. Испуганные, вороны взмыли в воздух с криками. Хадей знал, что девка пригожа барсу, но не думал, что он рискнут своей и ее жизнью. Этот наследник династии Танбацких был отчаянным и непредсказуемым.

Войско двинулось за Ривалем. Две волны человеческих тел хлынули друг на друга. Зазвенели мечи, схватились щиты. И родилась битва, и разлилась смерть. Сраженные, равные, барсы, керды, антилопы падали на росистую молодую траву, поливали ее кровью и жизнью своею. Солнце зашло за тучу, тьма сошла на скогскую равнину. И только вой клинков да крики воронья носились теперь в долине реки Тануки.

Доскакав до клетки, Риваль вынул меч из ножен и рубанул. Железо затрещало, завыло, лопнуло. Ударил ещё раз, от отчаяния, глядя на нее, желанную. Ее платье было замужним, ее взгляд был виноватым. Она больше не принадлежала ему, теперь он знал точно.

• Горлица, - выдавил Риваль хрипло. - Беги! Беги быстро от него.

И когда Кинни попятилась назад, тихо добавил. - А от меня ещё быстрее.

Антилопа развернулась и исчезла в сгустке сражающихся воинов.

Риваль обернулся и встретил клинок Хадея.

А Кинни бежала, едва разбирая дорогу сквозь слезы. Это был он? Или уже сон смерти? Лицо, рост, широкий разворот плеч - все его! Платье, данное воеводой Реганом, путалось в ногах, волосы огибали шею и душили. Слезы перешли в рыдания. Риваль жив? Как могло такое случиться? Кинни поскользнулась на росе, упала в траву, вскочила и побежала дальше, босиком, без меча, без защиты. Он не погиб! Он жив! Жив!

Лес встретил прохладой. Прыгая по веткам и корням деревьев, газель прибежала к стоянке антилоп. Клетка с барсами ещё стояла там. Намир, Заил и Тревор были внутри. Истекающие кровью. Кинни бесшумно оббежала стоянку. Почти все антилопы были в сече, дозорные стояли очень редко. Газель легко проникла в лагерь, пробралась к клетке.

• Где Грет? - она приникла к прутьям. - Парни, где Грет?

Нарим откашлялся и открыл один здоровый глаз.

• Кинни?
• Я, я! Где Грет?

Намир повесил голову, уронил лицо в ладони.

• О нет… - она отпрянула.
• Мы потеряли его, - Заил встал, прислонился к клетке. Его рубаха была сильно порвана.

Тревор же лежал, залитый кровью, и не двигался. Намир подполз к нему и затряс.

• Тревор! Тревор!

Кинни осмотрелась. Клетка хоть и стояла в стороне, но в открытом месте, хорошо проглядываемом. И пяти минут не пройдет, как их заметят. Вчера на этом месте случился короткий бой. Противников было сильно больше, поэтому они без труда захватили пятерых отчаянных барсов. Но не убили, а только пытались допрашивать. В этом все антилопы. К счастью, поступок Кинни вывел Орада из-под подозрения. Его, правда, не допустили к допросу.

В высокой траве у края клетки валялся незамеченный кинжал. Он был коротким, чтобы можно было спрятать в голенище. Антилопы не обыскали место битвы. Оно и к лучшему. Кинни подняла кинжал и ударила по замку. Тот зазвенел, но устоял. Намир взял кинжал у Кинни и обрушил на замок еще раз, раздробив железные петли. Барсы схватили под плечи раненого Тревора и унесли вон из лагеря.

***

Заил протянул Кинни пучек свежих листьев подорожника. Она растеряла их, приложила к ране Тревора. Воин лежал на скамье в ветхой хижине, мимо которой шел путь в лагерь антилоп. Теперь же предстояла дорога назад в Танбат в земли войска. Ночь спустилась над скогскими лесами, темная, страшная. Кинни промыла раны Тревора отваром трав, наложила подорожник. Барс был ранен серьезно. Левая половина его тела синела от побоев, нога проткнута мечом воина антилоп. Больно рьяно защищал он Кинни тогда у клетки. Принял на себя почти все удары, предназначенные ей. Тревор наблюдал за ней, пока лечила.

Намир развел огонь в печи. Заил вместе с подорожником принес из леса сухие ветки. Затрещали они громко, бодро. А барсы молчали. Кинни закончила перевязь Тревора, села на скамью рядом. Идти по лесу в ночь - смерти подобно. Решили ждать до утра. Не спалось, и разговор не клеился. Кинни подошла к огню, протянула руки, греясь. По-прежнему босая, в рваной рубахе и платье антилопы. Только волосы прихватила кожаным ремешком.

• Возьми мои сапоги, Кинни, - сказал ей Тревор.

Обернулась к нему: - Не нужно, лежи.

• Я думал, не вернёшься к нам, - Намир смотрел на огонь, отражая в глазах желтые всполохи. - Удивился, когда увидел.

Кинни тяжело вздохнула: - У вас есть вопросы ко мне, парни, - посмотрела на каждого. - Я отвечу. Задавайте.

Они молчали.

Газель прислонилась спиной к горячей печи. Начала сама.

• Я из антилоп. Вы видели моего брата. Но они изгнали меня.

Тревор приподнялся на локтях.

• Почему?

Она встретила его взгляд: - Ко мне барс посватался.

Тревор сощурился, вспомнив ее ленту. Она слегка кивнула ему.

Заил бросил полено в печь.

• Ты согласилась?
• Да.
• Где он теперь?

Кинни отвела взгляд. Где он теперь? Она думала, что погиб. А он жив. Счастье наполняло ее душу, порождая разъедающее чувство вины. Всего день назад погиб Грет, а она была готова рыдать от счастья. Да, зол и больше не хочет ее. Никто бы не хотел на его месте после предательства того. Но жив! Не стала она причиной его смерти. Дышит, чувствует, живет. Кинни непроизвольно улыбнулась.