***

Когда граф добрался до земель войска, был уже полдень. Сражение шло полным ходом - не меньше сотни барсов в доспехах бились на мечах на тренировочном поле. Далеко за пределы Танбата разносился звон скрещенных клинков Воевода просигналил в горн смену. Рыцари переместились согласно правилу и снова разбились на пары. Это было похоже на танец, один из тех, что бывают на балах в Танбат-холле, только вместо музыки - лязг обнаженного металла.

Почувствовав предвкушение битвы, Риваль надел шлем. Сквозь прорези увидел, что воевода его заметил и, поняв без слов, махнул становиться в строй. Барс влился в сражение. Ярость нашла выход. Риваль бился отчаянно, повергая напарников в трепет. Радовался, когда встречался сильный тренированный боец, тогда бой превращался в захватывающее действо с непредсказуемым концом. Таким был и этот шустрый малыш в шлеме. Совсем ещё мальчишка, но сноровка удивительная. Юный воин быстро наклонялся и извивался, уходя от клинка, и при этом успевал наносить удары. Риваль был заинтригован и наступал сильнее, тесня соперника к краю тренировочного поля. Оказавшись в ловушке, тот сделал выпад, развернулся, использовал в захвате левую руку и отбил меч Риваля. В последнюю секунду барс распознал "Львиную пасть", увернулся, чтобы не потерять оружие, и тут же рубанул. От удара мальчишка упал, шлем откатился в сторону. Кинни вскочила, ее глаза метали молнии.

• Ты нарушил правила!
• Горлица?!

Барс стащил шлем, чтобы лучше видеть. Она была девой-воительницей, гибкой, сильной, фигуристой. Пышный хвост каштановых волос развевался на ветру. Это могло быть только видение. Очень злое и от того ещё более притягательное. Язык едва слушался Риваля, когда выговорил:

• Кинни? Ты - здесь?
• Р..Риваль? - моргнула, осознавая происходящее. А потом развернулась и что есть мочи побежала прочь.

Бежать! Бежать! Подальше от боли, разочарования, тоски. Ну и пусть, хотела отдать меч. Сглупила, с кем не бывает. Уже передумала.

Риваль отбросил шлем и пустился за ней, вслед за Кинни снимая на ходу тяжёлые доспехи.

Воевода просигналил в горн о нарушении границ тренировочного поля, но барс с газелью не обратили внимания.

• Эх, надо поработать над скоростью, - проворчал воевода, делая отметку в пергаменте, обернулся к стоящему рядом Тревору. - Думаешь, догонит граф нашу валькирию?

Юноша промолчал хмуро. Он видел, что догонит.

Кинни пересекла долину реки Шань, пробежала по мосту, оказалась в лесу. Оторваться не получалось - проклятый граф следовал по пятам. Пропетляла меж деревьев в березовой роще, бесшумно ступая по мягкому мху. Не мог он выследить ее, не хищник же - человек. Не знала Кинни, что Риваль бежал по запаху ее волос, свежему, манящему. Расслабилась, затаившись, и потому проглядела, как подобрался к ней барс за-за орешника. Все же выследил, прижал к широкому стволу древнего дуба. Такой высокий, совсем забыла. Встретила горящий взгляд охотника за мгновение до того, как на нее обрушились его губы. Эти ядовитые, властные, проникающие под кожу губы. Они покоряли, стирали мысли, оставляя лишь одну - ещё, ещё! Мгновение чистого счастья. Кинни положила ладонь на грудь Риваля, там неистово билось сердце. Вспомнила, что нравилось ему, когда трогала волосы - обняла шею барса, зарылась в жесткие темные завитки на затылке. Осчастливил низким утробным рыком. Ее кожа была мягкой, как ранние весенние ландыши. Она пахла, как сама мечта. Маленькими пальчиками газель перебирала его волосы, посылая змейки удовольствия по всему телу.

Риваль обнял ладонью ее собранный на затылке хвост, провел по всей длине. Прошептал:

• Красииивые.

Кинни улыбнулась ему. Они были такими уязвимыми сейчас, открыв душу друг другу нараспашку. Барс отодвинул рукав ее туники, увидел свою ленту.

• Ты не сорвала ее?

Покачала головой. Он выдохнул так, будто сбросил с плеч тяжесть мира, приник лбом к ее лбу.

• И не вышла замуж?

Покачала ещё.

• И по-прежнему моя невеста и кровная жена?

Положила ладонь на его щеку: - Да, Риваль. А как же иначе?

Улыбнулся, счастливый. И снова его губы везде, ищущие, пронзительно нежные. Кинни отвечала неумело, кончиками пальцев гладила плечи барса, приподнялась на носочках, чтобы целовать Риваля так крепко, как хотелось. Одной рукой поддержал, чтобы не упала, другая же путешествовала по ее телу, высекая искры.

• Хм, милорд, - воевода прокашлялся. - Я уж заволновался, все ли в порядке, но теперь вижу что лучше некуда.

Кинни зарделась, спряталась за спиной Риваля.

• Мы идём, воевода, - услышала низкий голос графа Танбацкого.

Этого самого барса она сейчас целовала так, будто хотела съесть. Прикрыла глаза от стыда и выдохнула. Глянула из-за плеча Риваля, встретила смеющиеся глаза Намира.

• Хорошо, милорд, - продолжал воевода. - А то тут защитники валькирии нашей объявились, покоя не дают.

Риваль перевел взгляд на трёх парней - один наивный и совсем молодой, второй старше, с лукавым, понимающим взглядом, третий серьезный и мрачный. Кивнул им, чувствуя, как маленькие пальчики газели неосознанно бродят по ткани рубахи-сарры на спине.

• Друзья Кинни - мои друзья, - дипломатично сказал Риваль.

Тогда наивный юноша решился:

• Милорд, мы несем ответственность за нашу сестру по оружию. Какие у вас намерения на ее счет?
• Заил! - обескураженно раскрыла рот Кинни.

Воевода с усилием скрыл улыбку. Риваль проникся уважением к парню.

• Кинни моя невеста. Я намерен сыграть свадьбу как можно скорее.
• В таком случае, мы вам не отдадим ее до церемонии, милорд, - это уже Тревор. - Ничего личного.

После этих слов даже воевода Реган с опаской покосился на графа. Риваль стал серьезным, чуть сощурился, почувствовав соперника: - Я буду приезжать ежедневно.

• Кинни, воробушек, - Намир обратился к ней в своей манере - а ты что нам скажешь? Граф, очевидно, просит твоей руки.

Из-за спины Риваля газель встретила мрачный взгляд Тревора, скомкала в руке ткань рубахи барса. Ответила кратко.

• Я выйду за Риваля Танбацкого.

На том и решили.

17

Каменный Танбат сиял в лучах зрелого летнего солнца. Крепостная стена высилась над равниной, отражаясь в водах глубокого рва, переходящего в озера. Строгие монументальные дома города с устремленными в синее небо острыми шпилями, были залиты золотом. Леди в пышных платьях прогуливались по брусчатым дорогам с белоснежными кружевными зонтиками. Фонтаны весело плескались, привлекая детей и путников. Художники в беретах и обмотанных вокруг плеч палантинах творили искусство, расположившись на круглых мостах, переброшенных через каналы, площадях у подножия торжественных соборов, в узких, заросших плющом древних улочках.

Кинни в компании графа Танбацкого совершала конную прогулку по столичному граду. Как оказалось, девушке ее положения в племени барсов теперь требовалась компаньонка. Поскольку таковой у газели не было, следом за нею и Ривалем на лошадях вышагивали Заил и Намир. Новые братья никому не доверили миссию. Выезжая с войсковых земель, девушка случайно обернулась и встретила тоскующий взгляд Тревора. Из-за ранения он не мог ехать с ними.

Риваль повернул голову и по-мальчишески улыбнулся Кинни. Он вообще никак не увязывался в ее голове с тем грозным графом Танбацким с поля у реки Тануки. Сейчас барс был расслабленным и довольным, как сытый хищник. Только глаза серьезные и гораздо более взрослые, чем она помнила. Опустила взгляд на его руки, сдерживающие поводья коня. Рукава сарры он закатал, обнажив крепкие загорелые предплечья.

• Это твой город детства? - спросила Кинни, тряхнув хвостом на затылке. Ему нравились ее волосы, она видела, как загорались глаза Риваля. От этого у нее самой в животе что-то перекатывалось.
• Да, Кинни. Тут я вырос. Отец возил нас с Тристоном в земли войска ежедневно, несмотря на то, что при дворце стоит целый гарнизон. Говорил, тренировки у Регана сделают из нас мужчин.

В его словах была горечь.

• Как ты держишься, Риваль?

Он нахмурился. С тех пор, как Риваль принял управление графством, никто не интересовался, как собственно он сам переживает смерть отца и брата. Проявлять слабость не хотел, поэтому спрятал эту боль глубоко-глубоко.

• Как и все мы, Кинни. Расскажи лучше, как оказалась в войске барсов.

• Ну, я не осталась у антилоп, вернулась в лагерь барсов уже на следующее утро и увидела выжженную землю…

• Ты нашла мою хижину в лесу! - воскликнул Риваль, когда газель рассказала про маленький домик на дереве, где они с Дирнах с удобством переночевали по пути в Танбат. - Я в тебе не сомневался.
• Зачем он тебе понадобился так далеко от дома? - удивилась газель.

Риваль поднял руку, взлохматил свои жесткие темные волосы. Не хочет говорить, поняла Кинни - она потихоньку узнавала его. Но барс глянул на нее искоса и, вздохнув, выдал:

• Я жил там, пока наблюдал за тобой. Семь лет, помнишь?
• О, - только и сказала газель.

Несколько минут провели в уютной тишине, слушая стук подков о дорогу. Потом Риваль спросил:

• Кинни, а что ты делала у Хадея? Как там оказалась? Из твоего рассказа, я понял, что антилоп ты покинула гораздо раньше этой битвы.

Кинни вздохнула. Вот знала же, что дело дойдет и до этого случая. Вопрос о ее замужнем платье повис в воздухе.

• Мы с парнями выехали в разведку, - осторожно сказала она. Поскольку Риваль молчал, только раздул ноздри, продолжила: - Мы должны были узнать, по своей воле антилопы с кердами или нет. Портной выдал платье, оказалось замужним.

Но барс как будто и внимания не обратил на слова про одежду. Он прищурился, спутав на секунду длинные ресницы, и посмотрел вдаль. Зол, поняла Кинни.

• Воевода отправил тебя рисковать жизнью? Ты чуть не умерла.
• Риваль, - она протянула руку, положила на его плечо. - Ты должен понять, я воин. Воевода принял меня в дружину на условии, что буду как все. Послать бывшую газель на это задание было разумно.