• Ой, твою ж… - услышала Кинни, затем перестукивание копыт. - Да, милорд, конечно.

Лошадь Заила исчезла. Экипаж остановился. Дверца открылась, и Кинни с удивлением встретила хмурый взгляд мужа.

• Леди Валлин, - сказали его губы. Кинни, растерявшись, еле сообразила, что это ее имя по легенде. - Моей жене не хорошо. Не будете ли вы против, если я посажу ее в ваш экипаж?

Кинни засмотрелась на него. Риваль поднял брови.

• Леди Валлин?

• Н.. нет, - пискнула. - Не против.
• Хорошо, надеюсь, вы защитите миледи и не дадите ей по глупости, - он задержал на ней взгляд, - по глупости погубить себя.
• Не дадим, - выдохнула Кинни.

Риваль подмигнул, вызвав улыбку. Так захотелось обнять его, зацеловать. Но барс обернулся, демонстрируя великолепные манеры, помог спешиться своей "графине", усадил в экипаж, поправил юбки и тщательно прикрыл дверь. Затем вороной конь унес барса обратно во главу войска.

• Добро пожаловать, - криво улыбнувшись, сказала Кинни.

Девушка откинула вуаль и с облегчением выдохнула:

• Спасибо, миледи.

Антилопа рассмотрела служанку. Совсем юная девушка, светлая кожа, светлее Кинни, что объясняло присутствие вуали. Но черты лица, действительно, похожи. В ней не было заносчивости или хотя бы гордости за то, что на нее пал выбор изображать графиню, только усталость. Риваль утомил бедную девушку, отвлекая внимание от настоящей графини.

• Вы, должно быть, устали, - мягко сказала Кинни, протянула бархатную подушку. - Айна, пересядь к нам с Ренатой, пожалуйста. Дадим гостье отдохнуть.

Газель спешно пересела. Служанка удивленно поморгала.

• Спасибо, миледи. Долгих лет вам, - тихонько прилегла на подушку и почти сразу заснула.

Через несколько часов монотонной езды из-за окошка экипажа послышались крики чаек. Колосок дернул ухом и поднял заспаную мордочку. Ветер принес запах йода, шум прибоя. Море было уже рядом. Кинни протерла глаза, глянула на улицу. Бухта имела вытянутую форму. На волнах плавно покачивались корабли танбацкого флота. Их было так много, что рассмотреть выход в открытое море антилопа не могла. Почти все жители уже погрузились на борт, дети, бегающие по палубам, собрались горстками и показывали пальцами на войско. Моряки построились в ожидании приказа отправляться.

Дверь экипажа отворилась, Кинни встретила взгляд Риваля. Пришло время прощаться. Барс осмотрел ее внимательно, протянул ладонь. Спросонья хотела подать мужу руку, успела одернуть себя - с графом должна выйти ложная графиня. Но Риваль успел схватить ее пальцы и на мгновение сплести со своими. Его рука была теплой и родной. Кинни прижалась к ней щекой, намочив слезами кожу. Риваль тяжело вздохнул, словно испытывал физическую боль, задел большим пальцем ее губу и тотчас отнял руку. Служанка поправила на лице вуаль и вышла вслед за графом. Легенда продолжилась.

Кинни устроилась в каюте с Ренатой, Айной и, конечно,"графиней". Они с двойником должны были все время находиться вместе. Так наказал Риваль. А еще отправил с женой Кроша, наказав ему беречь ее. Риваль… Берег давно остался позади, а Кинни все не могла забыть взгляд мужа, когда корабль отплывал. Метр за метром вода разлучала их, нельзя было даже поцеловать его на прощание. Барс стоял на земле, его волосы трепал ветер прибоя, а темно-серые, почти синие глаза были устремлены на служанку. Он улыбался и махал "графине", один раз все же рискнув посмотреть на скромную худышку в темном капюшоне, стоящую за спиной "жены". Многое сказал ей этот взгляд, настолько, что голова шла кругом от беспокойства, что готова была Кинни верить ему и выполнять волю мужа во что бы то ни стало. Потому что дорога была ей не собственная жизнь, а его.

22

Риваль стоял на берегу до тех пор, пока корабли не скрылись в открытом море. Ветер играл с его волосами и чувствами, которые были в полном раздрае. Сиреневые глаза Кинни смотрели на него из-под длинного капюшона, вырывая сердце. Последний раз, когда он с антилопой так прощался, не принес ничего хорошего. Танбацкий флот превратился в рой маленьких точек. Барс оседлал коня и поскакал обратно во главу войска.

Путь к женской горе лежал вдоль моря по крутой обрывистый дороге. Теперь воины двигались значительно быстрее - повозки и экипажи остались на берегу. Погода благоволила, солнце светило ярко. Времени уже почти не оставалось. Пейзаж становился все более гористым. Лошади послушно брели по узкой тропе. К женской горе барсы планировали зайти с другой стороны, противоположной сожженому поселению антилоп. На плато добрались к вечеру. Отсюда открывался чудный вид на море и скалы. Здесь и остановились ночевать. Риваль не стал раскидывать шатер, постелил плед и лег. Спать не хотелось. Шум прибоя все стоял в ушах. Барс в тишине рассматривал звезды. "Если не видишь солнца", - поговаривал отец, когда сын унывал из-за промахов в боевом обучении, - "радуйся звездам". Они мерцали перед глазами холодным светом, не грели, не упрекали, холодные и равнодушные. Риваль всегда старался смотреть в будущее с надеждой. Даже сейчас. Танбату грозила катастрофа. Графство могло погибнуть, дома лишилось бы целое племя, весь народ. Рассыпаться по земле неприкаянными бездомными группами - такой удел сулил им враг. Риваль не знал, хватит ли ему сил переломить ход войны и избежать этой доли. Несмотря на давящее бремя ответственности, сердце его болело оттого, что при худшем раскладе Кинни останется на континенте совсем одна.

Первые лучи солнца Риваль встретил на краю обрыва под шорох крыльев парящего над ущельем сокола.

• Ты чувствуешь, воевода? - сказал беззвучно подошедшему Регану, рассматривая горизонт. - Земля трясется.

Реган встал рядом, серьезно кивнул.

• Да, милорд. Всю ночь.

Риваль опустил взгляд вниз в темный обрыв. Хадей, действительно, применил ключ. Механизм был настолько массивным, что его движение вызывало землетрясение.

• Созывай войско, воевода, поедем дальше.

С мужской горой, стоящей напротив, было что-то не так. Она будто раздвоилась и тряслась. Риваль ещё минуту рассматривал ее, затем развернулся и пошел в лагерь.

При приближении к ущелью между женской и мужской горами землетрясение усиливалось. Некоторые толчки были слабыми, но единицы - такими сильными, что рыцари падали на землю. Лошади беспокойно ржали, воины с трудом держали строй. Вот и ручей, который газели-хранительницы пересекали по пути на вершину за водой и травами. По обеим сторонам от него по-прежнему росли крупные лилии с мясистыми лепестками.

Барсы завернули в ущелье и увидели масштаб катастрофы. Отвесный склон женской горы был полностью лишен растительности. Верхний слой земли керды тщательно содрали, открыв древнюю каменную скалу. Состояла она из множества гигантских обтесанных валунов, объединенных в механизм, напоминающий колесо с зазубринами. Он громко стонал, скрежетал, как титан, под руками двигающих его кердских воинов. Сама женская гора, действительно, значительно увеличилась в размерах, раздвинулась, как в родовых муках. Земля здесь тряслась сильнее, оставалось только гадать, что творилось в ее недрах.

Между мужской и женской горой рассыпалось войско кердов. За ним - тщательно уложенные рядами небольшие лодки. Вместе с Танбатом на дно морское должно было уйти и плато, и весь горный хребет - враг тоже готовился.

Барсы встали строем, положенным для горной местности.

• Граф Танбацкий! - воскликнул Хадей. - Поди явился занять место в первом ряду!

Он хрипло засмеялся. Риваль же сосредоточился на механизме. Очевидно, ключ можно было передвигать только сторонней силой, он не двигался сам. Это значит, что барсам достаточно прогнать кердов с женской горы, чтобы затопление остановилось. Да, враги хорошо ориентировались в местности и были ловкими, но барсы превосходили их в численности и с детства учились сражаться в горах. Механизм, вживленный в скалу, двигался все быстрее под руками кердских воинов, набирая обороты. Чтобы добраться до него, армии Танбата нужно преодолеть ущелье и взобраться на гору. Ей это однозначно под силу. Риваль сделал воинам знак приготовиться и ответил Хадею:

• Хотелось бы принять активное участие!

Керд снова рассмеялся.

• Не спеши с решениями, барс! Потерять можешь больше, чем приобрести.

Ключ снова нарастил обороты. Риваль обернулся на море, но наступающие на Танбат волны не были видны из-за горного хребта. Времени не осталось пора действовать. Заметив решимость в глазах барса, под звон кольчуг занимающих боевую позицию воинов Хадей крикнул:

• Не думал же ты, барс, что я буду ждать тебя тут беззащитным, что позволю подойти так близко!

Керд указал стрелой на соседнюю мужскую гору. Она была выше женской и более крутой. И там в небе на скале под прицелом стрел половины кердского войска билась прикованная женщина. Наступила смертельная тишина… Цепи оков громко ударились о каменную породу. Ноги женщины были облачены в кожаные брюки, волосы собраны в хвост. Риваль заледенел.

• Кажется, это твое? - мерзко улыбнулся Хадей, размахивая в воздухе брачной лентой с руки Кинни. - А вот теперь решай, барс, на какую гору посылать свое войско. И кого спасать.

Колесо ключа сделало ещё один оборот...

***

В море было очень много воды, что вполне очевидно, подумала Кинни. Корабль качался туда-сюда. К горлу подкатывала тошнота.

• Давайте погуляем по палубе? - предложила Айна. - Нет больше сил сидеть взаперти.

Сплотившейся женской компанией во главе с ложной графиней под охраной черного волка они выбрались на воздух. Рената сразу побежала к остальным детям.

• Осторожно! - крикнула ей Кинни.

Пузатые белоснежные паруса несли корабль к континенту. Соленый морской ветер ударил в лицо, антилопа прижала капюшон. Кроша встал рядом, уткнулся мордой в бедро. Кинни погладила его жесткую шерсть и мокрый нос. Погода благоволила - солнце светило ярко на фоне насыщенно синего небосклона. С соседнего корабля послышался шум, и судно чуть было не вышло из строя, однако, капитан удержал штурвал. На корме как будто произошла потасовка, моряки быстро ее уладили. Кинни оперлась на дерево борта, глянула в море. Земля Танбата осталась за горизонтом. На волнах играли дельфины. Вот так будет выглядеть графство, если Риваль не сможет остановить Хадея. Кинни была готова на что угодно, чтобы получить обратно живого мужа. Никакая земля, никакое графство не стоило его жизни.