Нашему дуэту подпевали деревья. Наши руки были переплетены, когда мы, продолжая петь, повернулись к зрителям.

Может быть, это то, что они имеют в виду

Когда они говорят о падении.

(Это так)

С головой во что-то новое

Что-то знакомое

(С тобой)

Я хочу отдать все

Если это то, на что похоже падение...

(Падение)

Кажется, я влюбляюсь в тебя

Я снова нашла ожерелье. Долгий взгляд между нами. Руки разомкнулись, и он ушел.

Я стояла в центре. Толпа актеров снова заполнила сцену, танцуя вокруг меня. Селена Тернер, сыгравшая злую девчонку, толкнула меня в плечо и грубо рассмеялась.

— Хороший парень.

Это звучало снисходительно и должно было изменить мое отношение к Такеру. Другие студенты подшучивали над нашими отношениями. Мои плечи напряглись, пока я теребила ожерелье с пластиковым сердцем, висевшее на моей шее. Хор певцов насмехался ненавистными словами, которые переросли в почти невыносимое крещендо (*музыкальный термин, обозначающий постепенное увеличение силы звука).

Мучения от сверстников продолжались. Они толкались, ухмылялись, выкрикивали ненавистные вещи, пока я не рухнула на стену, отворачиваясь от всех.

Когда сцена опустела, я стояла в темноте. Только прожектор заливал меня светом, когда я начала соло. Я вытерла вспотевшие руки о джинсы и приподнялась на цыпочки.

Это конец начала.

Я чувствую это в своей груди

Это сердце, когда-то бьющееся

Пришло в мучительный покой

Я не могу справиться с огнем

Не могу вынести жар

Мое сердце вдруг сделалось пластмассовым

А пластиковые сердца не бьются

Акт закончился тем, что мой персонаж порвал отношения — поверхностные и бесчувственные — на волне общественного внимания. И я вернула ему ожерелье, после чего свет погас и занавес опустился.

Такер повернулся и проскользнул за кулисы, чтобы переодеться в костюм с галстуком для второго акта. Я же быстро сменила джинсы и блузку, которые требовались для первого акта, на зеленое платье.

Антракт пролетел слишком быстро, чтобы выбежать и проверить, сдержала ли Сэм обещание. В любом случае, мне нужно было сосредоточиться на последнем акте.

Снова заняв позицию для выхода на сцену, я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Эта часть мюзикла ранила больше всего. Я должна была обуздать эмоции и отдать все свои силы.

Все началось с того, что мы жили в разных городах — взрослые с новой работой. Я трудилась в офисе с видом на горизонт, а Такер был синим воротничком(* понятие, обозначающее принадлежность работника к рабочему классу, представители которого, как правило, заняты физическим трудом с почасовой оплатой) с девяти до пяти. Каждый день он возвращался домой, в крошечную квартирку.

Мы снова и снова шли по сцене, хватаясь за руки разных людей. Хор голосов пел вокруг нас о том, что время меняет все, и второго шанса не существует.

В конце концов мы оба остались одни в своих домах. Вытащив пачку писем от него, я решила пойти в местный бар. Я делала вид, что пью пиво, которое на самом деле было просто водой, сделанной желтой с помощью пищевого красителя. Такер стоял в дальнем углу того же бара, и как только мой персонаж заметил его, я подошла, громко сказав, что надеюсь, он настоящий, а не просто плод моего воображения.

Мы вышли из бара в искусственный лунный свет. Я медленно спустилась со сцены, нервно заламывая руки и ожидая, когда он заговорит. Он произнес фразу, которую мы отрепетировали в моей комнате, подошел к центру сцены и наклонил свое лицо к моему. Его руки оставались там, где они должны были быть, раскрытыми на моих щеках, чтобы зрители увидели поцелуй, когда я поднялась на цыпочки и встретилась с его губами. Я не застонала, но вздохнула у его рта, наслаждаясь моментом. Когда он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза, я искала в них истинные чувства, но он был настороже, защищаясь образом своего персонажа.

Мы начали танцевать. Я крепко держалась за него, позволяя всем эмоциям, которые чувствовала в тот момент, отразиться на моем лице. Это было прекрасно. Мы были безупречны.

Я пообещала ему свое сердце, и он согласился, прежде чем мы преступили к исполнению дуэта. Сара начала играть, и он вышел вперед, чтобы посмотреть на публику.

С закрытыми глазами

Это меня ты ищешь?

Это меня ты видишь в темноте

Пока ты лежишь на полу?

Когда твои глаза закрыты

Ты хочешь чего-то большего?

Вместо пустой тишины

Я могу постучать в твою дверь?

Я бы разрушил твои стены.

(Разбил бы их все)

Сжег бы все мосты еще раз

(Разведи костер)

И из пепла

(Из пепла и пыли)

Мы начнем все сначала

(Давай начнем все сначала)

Но только если ты попросишь меня об этом

(Разве ты не знаешь, что я прошу тебя?)

И вот история закончилась. Мы вдвоем, плотно прижались друг к другу посреди сцены, а остальные актеры окружили нас, распевая песню искупления и надеясь, что второй шанс действительно существует.

Когда занавес опустился, Такер улыбнулся, но это была не та улыбка, которая освещала все его лицо. Это была улыбка, которую я не узнала. Это заставило меня искать объяснение. Мы так хорошо справились. Ему не нужно было так себя вести.

До момента, когда занавес снова будет поднят, оставалось совсем немного времени. Я отошла к краю сцены, чтобы посмотреть, как наши актеры парами спускаются, чтобы поклониться стоячей овации зрителей. Аплодисменты заполнили весь театр.

Это заставило мое сердце забиться сильнее.

— Мы сделали это, — прошептала я, обращаясь только к себе.

Такер вышел на середину сцены и протянул мне руку, призывая идти вперед, пока наши руки не соприкоснулись. Когда мы подошли к краю сцены, он поклонился, а я присела в реверансе, наслаждаясь взрывом криков и аплодисментов. На мгновение мне захотелось сделать то, что я намеревалась, прямо сейчас. Но было не время. Сначала мне нужно было заняться кое-чем другим.

За кулисами все были в восторге. Отовсюду слышались поздравления и похвалы. В фойе собрались зрители, члены семьи, друзья и одноклассники, чтобы обнять и похвалить актеров.

Мое имя все еще красовалось над пустым местом на полу, и мне потребовалась секунда, чтобы успокоиться. Я проскользнула мимо людей, возбужденно болтающих в раздевалке, чтобы взять маленькую фиолетовую коробку с желтой лентой. Выглянув в фойе, я осмотрела толпу в поисках Такера. Как я и ожидала, он был в центре группы, которая составляла около двадцати человек. Рядом с ним было свободное место, и я, пробиваясь сквозь толпу, пробралась туда.

Пока я шла, меня не раз хватали за руку. Знакомые и незнакомые люди широко улыбались и говорили, какую невероятную работу я проделала. Что у меня чудесный голос. Что персонажи весьма реалистичны. И больше всего на свете мне хотелось сказать, что они и правда настоящие.

Приняв комплименты, смущаясь от внимания, я, наконец, добралась до того места, где стоял Такер. Его пальцы дотрагивались до мест, которые он обычно трогал, когда широко улыбался и кивал людям вокруг.

Я похлопала его по плечу. Он повернулся. Его глаза расширились, а затем переместились на маленькую девочку рядом с ним. Она прижималась к пожилому мужчине, который, как я поняла, был мистером Скоттом. Я протянула ему руку.

— Вы, должно быть, отец Такера.

Он широко улыбнулся, совсем как его сын.

Я слегка наклонилась и встретила ледяной взгляд Элизы.

— Мы толком не познакомились. Я — Мэллори. И я — полная дура.

Ее рот открылся от удивления, и она поерзала на подтяжках, с немым вопросом глядя на брата. Он просто шокировано таращился.

— Ну, по крайней мере, ты это знаешь, — наконец ответила она. Ее отец начал что-то говорить, скорее всего желая сделать дочери выговор, но я подняла руку, останавливая его.

— Да. Поверь мне, я в курсе. Но обещаю, что постараюсь исправиться. Так что... я знала, что сегодня ты будешь здесь, чтобы поддержать брата. И это заставило меня задуматься о том, что случилось несколько лет назад. Видишь ли, твой брат украл несколько браслетов из твоего комплекта. Не знаю, нравится ли тебе подобное до сих пор, но я подумала, что, может быть, смогу исправить его воровские привычки, заменив то, что было украдено. — Я вручила ей подарок, который держала в руках — совершенно новый комплект украшений. Я слегка согнула колени, чтобы встретиться с ней взглядом. — Надеюсь, ты примешь это в качестве извинения. Или, по крайней мере, как начало одного из них.

Она поджала губы и снова прищурилась.

— Думаю, это зависит от того, насколько хорош подарок.

Выпрямившись, я рассмеялась.

— Может, когда-нибудь ты мне расскажешь. — Со всей уверенностью, на какую была способна, я попрощалась с ней и мистером Скоттом и затерялась в толпе, не оборачиваясь, чтобы посмотреть на реакцию Такера.