ГЛАВА 39

Линкольн вздрогнул, пытаясь сесть в постели.

― Тебе еще рано вставать, ― обругала его Руби, войдя в комнату с подносом в руке.

Она поставила его на тумбочку.

― Кроме того, я, возможно, могла бы залезть к тебе и пообниматься с тобой.

Грудь Линкольна сжалась от волнения. Руби, красивая упрямая Руби разрушила проклятие. Она любила его. Он все еще не мог поверить, что она действительно любила его.

Прошло два дня после разрушительного урагана. Два дня, как Линкольн вернулся в образ человека, которым он должен был стать. Два дня на свободе человек, который стрелял в него.

Руби протянула ему чашку чая.

― Пей.

Линкольн выпил столько, сколько мог, прежде чем показать, что ему достаточно.

― Я бы предпочел смотреть на тебя, чем на чай.

― Мне тоже нравится смотреть на тебя, мой прекрасный принц.

Прекрасный. Все еще было трудно поверить, что он больше не носил лицо зверя.

― Ты понятия не имеешь, сколько ты для меня значишь.

― Покажи мне, ― дразнила она, возвращая чашку чая на поднос.

Подняв ее руку, Линкольн потянул девушку на себе и накрыл своими мягкими губами. Ему понравилось, когда она вздохнула ему в рот.

Руби прервала поцелуй и немного отодвинулась.

― Сегодня утром звонил детектив Холл. Они арестовали Спенсера Райта за нападение на тебя.

Брови Линкольна поднялись.

― Что привело их к нему?

― Я, ― пожала плечами Руби. ― Я рассказала им о его визите сюда и о том, как он разговаривал со мной за моим домом в день урагана. Они получили ордер на обыск и нашли оружие в его доме.

Ярость жгла Линкольна. Его голос прозвучал смертельно мягко.

― Он напал на тебя?

Руби покачала головой.

― Нет. Просто схватил меня за руку, чтобы попытаться остановить меня.

― Что ты сделала?

― Я ударила его.

Губы Линкольна дрогнули.

― Значит, ты на самом деле сдала его?

― Это не смешно, Линкольн. Он стрелял в тебя. Ты чуть не умер.

Он потянулся и нежно прижался к ее щеке.

― Но я этого не сделал. Я больше никогда тебя не оставлю, Руби. Как Кэмерон?

Руби улыбнулась.

― Ему намного лучше. У него есть миссис Туф, которая не отходит от него.

― Хорошо. Ей нужно нечто большее, чем Стайлс.

Смешок вырвался из девушки. Линкольн обнаружил, что ухмыляется ей в ответ. Но тут он внезапно пришел в себя.

― Я не хочу, чтобы ты возвращалась в город, Руби.

Сжав зубы от боли, Линкольн потянулся и открыл ящик тумбочки. Он ворошил там все, пока не нашел то, что искал.

Руби наклонила голову.

― Линкольн?

Мужчина медленно открыл коробочку и поднял ее к глазам девушки. Там, внутри, лежало бриллиантовое обручальное кольцо его матери.

― Руби Этвуд, ты окажешь мне честь и станешь моей женой?

― Да, ― прошептала Руби сквозь слезы. ― Да. Тысяча раз да.

Звуки хлопков и аплодисментов послышались за дверью.

― Вы можете тоже войти, ― позвал Линкольн трио, стоящее сейчас в дверях.

Он вытащил кольцо из коробки и скользнул им по пальцу Руби. Кэмерон заковылял к кровати, используя костыли.

― Вы женитесь?

― Да, ― вздохнула Руби, подняв руку на свет.

― Значит, мы можем остаться здесь? ― спросил Кэмерон с чересчур большим волнением.

Линкольн откинулся на подушки и наблюдал, как его слуги обнимали и приветствовали Руби в семье с распростертыми объятиями. Миссис Туф, конечно, находилась рядом с Кэмероном, чтобы при случае помочь ему. Стайлс подмигнул Линкольну, как если бы он был нормальным человеком. И Линкольн предположил, что это так. Хотя часть Зверя всегда будет жить внутри него, человек, которым он родился, лежал в этой постели, окруженный людьми, о которых он больше всего заботился. И Руби, ах, Руби. Она стояла рядом с ним и поддерживала его.

Какую пару мы составляем, подумал Линкольн, чуть не задыхаясь от эмоций. Красавица и Чудовище…